Князь Тьмы и я - Елена Звездная

– Да ты хоть представляешь, что такое вампиры княжеских родов?!

– Так, а мне представлять не надо – вот оно, во всей красе! – указала я на чудовище.

Чудовище… которое больше не нападало!

И я как-то слишком поздно это поняла.

Вампирша не то, чтобы не нападала больше – она поджала куцый зад, и мелко тряслась, глядя на кого-то, кто появился в фойе, но стоял в основании лестницы, скрытый сумраком… и только ужас, ледяной расплывающийся губительным пятном сырой нефти ужас…

Черт, как же он не вовремя!

И вот он стоит, просто стоит, даже толком не различить, только очертания изящного тела и широкие плечи, прямой намек на то, что кто-то выполз из склепа, но кошмар кошмарный трясется, стремительно теряя остатки монструозности, и становясь тощей девчонкой, на которой все что осталось – трусы и частично чулки. Частично, это потому, что когтями она не только обои рвала, но и туфли разодрала.

– Навьен, – очень спокойный голос князя, – сопроводи княгиню в ее комнату.

И главное – тысячник точно знал, что там внизу князь. Просто отлично это знал, потому как даже головы не повернул, хотя там еще пару секунд назад вместо тощей девицы с силиконовыми… носителями силикона, был кошмар. А сейчас вот ничего так, вполне себе симпатичная особь, даже глаза уже почти не красные.

– Я никуда не пойду! – сделала громкое заявление.

– Навьен, – еще на порядок тише, произнес князь.

Меня подхватили на руки, и мир стал смазанной тенью – Навьен, когда хотел, он почти как князь передвигался.

Но вот то, что было дальше…

Открытая ударом ноги дверь в новую, построенную за ночь спальню со стоящей на высоких стеклянных столбиках кроватью из стекла, подсветкой по полу и без единого темного угла, из которого могла бы выползти змеи, он швырнул меня на кровать, а затем… развернулся и начал избивать стену.

Удар. Удар. Еще удар.

Между прочим вмятины оставались, но… меня пугало вовсе не это.

– Навьен… – испуганно позвала я.

Он замер, приложив обе ладони к стене, и пытаясь успокоиться. Его рубашка и пиджак трещали, казалось еще миг, и вздувшиеся мускулы разорвут все в клочья… или вампир убьет меня.

– Ты! – прорычал он, прислонившись лбом к холодной стене. – Ты!.. Ты!

Разворот, и глядя мне в глаза, тысячник прорычал:

– Зачем?

Я села на постели, скрестив ноги, огляделась… за остаток ночи князь Даркан умудрился построить для меня идеальную спальню. В смысле не он построил, конечно, но… эта стеклянная кровать, эта подсветка по нижнему контуру стены… Словно Даркан знал, что меня теперь будет от каждого темного угла трясти и… просто не оставил темных углов. Очень заботливо с его стороны.

И все же… и все же…

– Потому что я надеялась, что она меня убьет, Навьен, – очень тихо сказала я, не глядя на тысячника.

В спальне стало тихо. Так жутко и так тихо, все, что я слышала – его тяжелое дыхание. Снизу не доносилось ни звука. А здесь…

– Слушай, – я все так же не могла поднять взгляд на него, – мы оба знаем, что будет дальше. И… ничего хорошего ведь там не будет, Навьен. Так какой смысл? Эта тварь убила молодого парня, а после сидела и попивая кровавый коктейль… коктейль из ее крови, наблюдала за поднявшейся суетой, едва тело обнаружили. Она сидела и наблюдала. Просто сидела и… наблюдала. А хороший, талантливый парень погиб, и все что мы могли передать его убитым горем родителям – вашего сына больше нет. Ты когда-нибудь видел, как женщина, еще вполне молодая женщина… за несколько секунд стареет на твоих глазах? Я видела. Это – страшно. И еще страшнее было осознавать, что за это убийство никто не понесет ответственности…

Помолчав, тихо добавила:

– Знаешь, этот как в шахматах – до королевы не так просто добраться. Но если подставить под удар другую фигуру… Я надеялась, что она убьет меня, а Даркан из мести оторвет ее голову. Как по мне – нормальный расклад, правильный. Такие как она не должны жить.

И я посмотрела на Навьена, решительно вздернув подбородок.

Вампир, словно окаменев, молча смотрел на меня, его губы были плотно сжаты, в его глазах… достаточно сложно было интерпретировать, что плескалось в его глазах. Ярость, ненависть, злость… почти злоба. А после вдруг усталость. Просто безумная усталость, и очень тихое:

– Лучше бы ты была стервой, Каиль. Отъявленной хладнокровной стервой, которая искренне говорила про «Отдельное удовольствие осознавать, что этот потрясающий мужчина предпочел меня, такой твари как ты!». Лучше бы ты не лгала, Каиль, лучше бы… действительно так думала.

Он развернулся и ушел из моей спальни, хлопнув дверью.

Я вздрогнула, от грохота, и… медленно повалилась на постель, заваливаясь на бок, подтягивая колени к подбородку и… лучше бы она меня убила. Вот так было бы лучше. Правда.

Хотя с другой стороны – еще вчера я не могла ничем помочь числящимся без вести пропавшими людям, а уже сегодня – вытащила их из ада. И, может быть, может… может быть получится, спасти еще хоть кого-нибудь?

И вроде все правильно, и делаю, и поступила, но… чувствую себя виноватой. По большей части перед Навьеном. Он ведь пошел на нарушение приказа из-за того, что хотел разобраться с угрозой нависшей над домом Даркан, а… а в итоге я за день нанесла вампирскому кляну удар значительно больший, чем все заговорщики разом.

И вот с одной стороны – ненавижу вампиров, а с другой – стыдно. Перед Навьеном стыдно, и все же – был бы у меня шанс отмотать время обратно, я бы поступила так же. Потому что стыд стыдом, но человеческие жизни важнее.

Внизу раздался какой-то крик.

Крик перешел в рев.

Рев оборвался на высокой ноте.

Внезапно из сонма жутких картинок минувшей ночи, вычленилось сказанное Навьеном: «Это не пена, это слюна… Она засекла. Ты осознаешь, что теперь князь будет вынужден ее убить?».

А было бы не плохо, если так…

Я прислушалась, никаких иных звуков более снизу не доносилось.

Соскользнув с постели, подошла к двери, попыталась открыть – заперто. Не просто заперто – дверь теперь была тут другая. На порядок прочнее деревянной. Повернувшись, посмотрела на окна – помимо решеток туда добавили и бронированное стекло. Не то чтобы это сразу бросалось в глаза, но кто знает – разницу определит быстро.

Постояла, обхватив себя за плечи, и ощущая какие-то смешанные чувства…

Вспомнилось про очки. Надо же, оказывается из уважения князья, носят очки. Что-то типа «Из уважения я не буду читать ваши мысли». Правда… что-то я как-то сильно сомневаюсь, что это как-то спасает.

Постояв еще, пошла в душ.

Потом, вернувшись, завалилась на кровать, предварительно проверив, нет ли там еще парочки змей, и провалилась в сон. Два дня почти без отдыха давали о себе знать.