Искушение - Елена Усачева

— Почему вы его зовете Эдо?

Бросила взгляд на зеркало. Бледная. Волнуюсь. Надо послать Макса к Катрин, пускай узнает, откуда она взяла этого колдуна. Начало мая… Он меня ждал?

— Имя Семен ему не нравится, а Эдуардович звучит длинно. Он сам сократил.

Неубедительно.

— Он живет на Переломной, около кладбища. Девчонки за ним проследили. Может днями не показываться на улице. И ходит только в библиотеку да в книжный. А еще на Прямушку. Разведет костер, сядет и смотрит на огонь. Девчонки однажды как бы случайно набрели на него, он их не прогнал. В следующий раз всех пригласил. Вадик гитару принес. У Эдо такой шикарный голос. Только песни какие-то странные поет. Ни «Алисы», ни «Арии» не знает. Радио, что ли, не слушает?

Надо думать. Вряд ли у Семена Эдуардовича есть на это время и интерес. Хотя ради своих фанатов мог бы и выучить пару песенок группы «Фабрика».

— Так ты чего тут? — словно опомнилась собеседница, требовательно вглядываясь мне в лицо.

— Зашла сказать, что мне понравился ваш спектакль. Эдо попросил задержаться.

Вопрос «зачем» раз за разом читался в глазах, но Принцесса его не задала, а я в очередной раз сделала вид, что его мне не пытаются задать. Все равно на подобные вопросы мог ответить только Семен Эдуардович.

— Что дальше? — Я все перебирала и перебирала костюмы, выправляя и без того красивый разноцветный строй. — Занавес опущен, вы расходитесь до осени?

— Еще пару раз сыграем… — томно протянула Принцесса. — И будем готовиться к новой постановке.

— Шварц? — Для такой толпы в самый раз будет «Золушка». А принца сыграет Эдо. И ему все признаются в любви.

— «Три мушкетера»! — с гордостью заявила мелкая. — Мы уже на шпагах учимся драться.

Я медленно повернулась. Нет, мысленно я повернулась гораздо быстрее. Даже успела представить тренировочный зал. Знакомый свист клинка. Рука сжалась, вспоминая подзабытую тяжесть сабли в ладони. Блок, защита, выпад. В груди защемило от внезапной тоски по прошлой жизни.

— На рапирах, — хрипло поправила я юную актрису.

— Ну, такая длинная, — смутилась девчонка. — Четырехгранная.

— Рапира, — согласилась я, прикидывая, как скоро эта пичуга сбежит из театральной студии. Даже облегченный эспадрон для неопытной руки тяжеловат, если им работать долгое время. Полкило на весу в течение часа… — И как, получается?

Снова провела рукой по шероховатым от нашитых украшений плечикам костюмов.

— У нас уже есть мушкетеры. У Гарика с Виком лучше всего выходит.

Я вспомнила лица парней. Они не выглядели изнеженными хлюпиками, мушкетеры из них выйдут знатные.

— А учит вас Семен?

— Эдо! Он говорит, что для актера важна реакция. Она должна быть молниеносной!

Принцесса сначала сказала и только потом бросила в мою сторону попавший ей под руку карандаш. Уже в начале фразы я знала, что она будет делать, и приготовилась. Желтенький карандашик с блестящим золотым ободком на незаточенном кончике. Я поиграла им, показывая, что поймала.

— Реакция нормальная? В спектакль примете? — попыталась я перевести ее проверку в шутку.

Принцесса обиделась. Ей хотелось выгнать меня отсюда.

Я прислушалась к ровному голосу Сказочника. Он объяснял, кто что сделал не так, мальчишки пытались спорить. Я покрутила в руках карандаш. Наверное, с рапирой Семен Эдуардович выглядит сногсшибательно. Держите меня семеро, я сейчас тоже влюблюсь!

Руки сами потянулись к костюмам. И хоть полка была забита до отказа, мне все же удалось раздвинуть тугие платья. Для этого пришлось освободить руки, сунув карандаш в карман. За вешалкой обнаружилась стойка с оружием. Потревоженные стальные гарды цокнулись друг о друга. Кожаные рукояти были темны от длительного контакта с потными ладонями. Я потрогала железную гайку на рукояти, потянула клинок на себя.

Рапира податливо прогнулась под тяжестью свинцового наконечника. На тренировках никто никого калечить не собирался. Интересно, как они станут пользоваться своими знаниями и умениями в жизни? Что сделают, когда их любимый Эдо крикнет «ату!» и укажет на вампира. И в руках у них в этот момент будет не только колющее оружие, но и рубящее. Чтобы ловчее было отсекать головы.

Я повела рукой, делая выпад. Всегда работала саблей, это режуще-рубящее оружие. Так и хотелось замахнуться, но рапира позволяла только укол.

— А вон тот — мой, — будущая убийца Констанции Бонасье указала в край стойки.

Странно, что Эдо выбрал рапиру, не шпагу, которой, в случае чего, можно и зарезать. Да и мушкетеры ходили именно со шпагами. Значит, где-то здесь есть другое оружие…

Я присела на корточки, оглядываясь. Каморка была слишком мала, чтобы в ней можно было спрятать арсенал. Встроенные шкафы заметно упростили бы решение задачи, но что-то я их здесь не вижу.

— Света! Все уходят.

Эдо стоял на пороге, и мне хорошо были видны его ноги, обутые в черные начищенные ботинки. Не только симпатяга, но еще и аккуратист. Поднимаясь, я машинально спрятала рапиру за спину.

— Не очень-то вы ругали своих подопечных, — буркнула я, не зная, куда деться от неловкости. Не каждый день меня застают ползающей по полу.

— Ребята стараются. — Сказочник обошел меня, забрал оружие. — А то порежешься.

Этими словами он окончательно вогнал меня в краску. Да еще стоял колдун слишком близко. Я чувствовала его спокойное дыхание. Гладкая щека. Смеющиеся карие глаза.

— В вас тут все поголовно влюблены, — беззастенчиво заложила я юных студиек. Пускай теперь Сказочник думает о себе, а не о моей безопасности.

— Издержки профессии. — Рапира нырнула в свой паз, костюмы выпрямились, надежной шторой загородив тайную подставку.

В комнату заглянули. Девушкам не давало покоя появление нового человека. За стеной хихикали. «Да она так, из приезжих», — делилась новостями Света.

— А ну, все по домам! — прикрикнул на них руководитель. — Родители на улице заждались.

Любопытные скрылись.

— Спасибо за костюмы, — повернулся ко мне Сказочник, и вдруг лицо его сделалось лукавым. — Я же сказал, можете идти!

В дверь заглянул Советник, недобро глянул на меня.

— Семен Эдуардович… — протянул он.

— Завтра с утра. Сегодня вам надо отдохнуть, — не поворачиваясь, ответил Эдо.

Советник скрылся.

Я смотрела на Сказочника, ожидая объяснений.

— Хорошо, что ты успела на спектакль, — произнес колдун, рассматривая гримерку, словно впервые видел ее. — Считай, что он поставлен специально для тебя.

— Я заметила. История про ледяное сердце, которое можно растопить?