Бриллиантовая королева - Татьяна Форш

Блондин тяжело вздохнул и потупил глазки.

– Эх, Томочка! Говорил я тебе: не связывайся с демонами! Не послушалась.

– Я, кажется, просила – без проповедей!

– Ну хорошо! Вот тебе голые факты! Бросил тебя твой принц рогатый! Соблазнил и бросил! Все! Больше ты ему не нужна! Пойми, он – демон! Ему нельзя верить. Понимаешь? А ты еще влюбиться в него умудрилась! Что у него есть, кроме смазливой внешности? Ни души, ни сердца! Он де-мон!

Бамц!

Рука сама оставила отпечаток на его холеном лице.

– Что ты себе позволяешь? – обиженно вытаращился он на меня. – За правду – по лицу?

– А я тебе не верю! В том, что я услышала, не было и сотой доли правды! Быстро говори, где он!

– Хорошо, хорошо! – Васиэль нахмурился, потирая щеку. – В Лазури твой принц. Вернее на полпути туда.

– А что его туда понесло?! – Мне осталось только изумленно моргать.

– Говорю же! Сбежал! Куда подальше… молчу-молчу! Отца спасать поехал! Его, за то, что он вас отпустил, Верховное Правление архангелов приговорило к казни.

– Архангелов?! Но Алекс с ними не справится! Он погибнет!

– Все верно, Томочка! Затем он туда и поехал. Проснулся сегодня, посмотрел на тебя и думает: не-е-ет, уж лучше смерть, чем…

Шлеп!

– Ты мне бред не городи!

– Что за манеры?!

– Язык, говорю, держи за зубами! Твое мнение пока никто не спрашивал! Я еду за ним!

– Спятила?!

– Да! Окончательно и бесповоротно! – Я решительно направилась к двери.

– А как ты туда попадешь? – ехидно осведомился за спиной голос ангела.

Я остановилась.

– Через переход…

– Такие переходы может открыть только мастер Пространства.

– Ну и где его найти? – Я неохотно обернулась и исподлобья посмотрела на Васиэля.

– Только в Крак-шере, – развел руками ангел.

– Значит, идем в Крак-шер!

Толкнув массивные двери, я вышла в коридор.

Элекзил

Я на секунду почувствовал дурноту, едва воронка перехода, вызванная Ферзелем, вытолкнула нас в Лазурь.

Пронзительно-синее небо резало глаза.

Ах ну да!

Убрав броню, я посмотрел вверх.

Ну вот, совсем другое дело! Теперь понятно, почему этот мир называют Лазурью.

Нежно-голубое небо сливалось с изумрудно-синей гладью моря. Красота! Жаль, что Брилл этого не видит.

– Ну, и долго природой любоваться будем? – Зверюга толкнул меня в спину. – Пойдем, мы прибыли к хранителю Кириллию.

Вот интересно: хорошо это или плохо?

Подгоняемый шестикрылом, я направился к небольшому белому домику, стоявшему неподалеку.

– Ну, чего топчешься? Заходи! – Ферзель щекотно фыркнул мне в ухо.

– Гм… – В раю я был недолго, и единственно верный опыт подсказывал бежать подальше от всех домов и домиков. – А что мы тут забыли?

– Действительно, а чего вы тут забыли? – Прямо из стены высунулась кудрявая голова. – О-о! Опять к нам занесло? А чего бы тебе у архангелов не выпросить льготное посещение Лазури?

Мне оставалось только удивленно моргать. Что-то не припомню я этого небожителя, но, тем не менее, он меня явно знал.

– Э-э-э?

– Хорошо хоть защитным пламенем обзавелся! А то уж так за тебя девчушка переживала! Даже с ангелом своим поссорилась! – Из стены, словно из тумана, вылепилась крепкая фигура светловолосого мужчины. – Э-эх, демоны, совести у вас нету! Разве можно так с чистыми душами играть?

Пожалуй, пора перебить этого говоруна.

– Гм. Не имею чести… так сказать… Мы знакомы?

– Ну не то чтобы, но не далее как дня четыре назад я видел тебя так же хорошо, как сейчас! Я – Кириллий.

– Чудесно! Ну, если мы заочно знакомы, тогда не будем тратить время на расшаркивания! Начнем сначала. Мне нужен пропуск в Лазурь, и еще я ищу одного небожителя, а именно хранителя, мастера Артефактов Вереция. Знаешь такого?

Взгляд кудрявого погрустнел и уткнулся в пол.

Понятно! Знает.

– И не надо врать! Уж поверь, мы, демоны, как никто другой, чуем недомолвки и скрытые истины.

– Да я и не думал. – Улыбчивое лицо моего неожиданного знакомого омрачила дымка печали. – В Славдале Вереций.

Что-то знакомое. Где же я слышал это название?

– И?

Серые глаза смерили меня внимательным взглядом.

– А зачем он тебе?

– Надо.

Кириллий вдруг усмехнулся и шагнул в дом.

Разумеется, сквозь стену.

До меня донеслось:

– Заходи. О таких делах на пороге не говорят.

Хм… и где в этой коробке дверь?

– Да шагай. Шагай, не бойся! В его доме семь дверей, и все парадные. Но! Найти их трудно. Иногда даже на крыше бывает. Для оригинальности, – раздался надо мной голос Ферзеля.

Я поднял голову и встретился взглядом с пасущейся на крыше тварью.

– А сейчас?

– Чего? – Шестикрыл перестал пританцовывать и навострил уши.

– Сейчас, говорю, ее там нету?

– Кого?

– Тьфу! – Я заставил себя удержаться от крепкого словца. – Ты что, тут же забываешь, о чем говоришь?

– Где?

– Ах ты…

– Ты этого болтуна не переспоришь! Так что хватит маяться дурью, а заходи в дом. – Блондин высунулся по пояс и, цапнув меня за руку, без разговоров втянул в стену.

Хотя, как выяснилось в следующее мгновение, никакой стены не существовало. Я оказался в беседке, резной потолок которой поддерживали витые колонны.

Неплохо!

– Садись. – Хозяин толкнул меня на гладкую, с золочеными подлокотниками скамью. – И рассказывай все. Если вообще хочешь, чтобы я тебе помогал.

Вздох вырвался сам собой.

Рассказать? А чем я рискую? Даже если он отдаст меня архангелам, отца выпустят. Наверное…

– Вереций сообщил мне весть о своем аресте и последующей казни, если только его не заменит тот, кого он, обманув небожителей, отпустил.

Кириллий, заложив руки за спину, качнулся с носка на пятку и, не отводя от меня взгляда, хмыкнул:

– Допустим! А тебе до него что за дело?

– Я – тот демон, которого он отпустил, и я пришел его заменить.

– То есть это из-за тебя он сейчас у архангелов?