У волшебства запах корицы - Надежда Мамаева

— А я смотрю, у вас желание насолить Эрину хоть в чем-то неистребимо?

— А как же! Этот ушастый зараза двенадцать лет назад моей бабке голову задурил, об их страстном романе все Чернолесье гудело…

— Только так я мог пробраться к тайнику с чертежами! Я же не виноват, что они хранились в опочивальне этой матроны, кстати, весьма симпатичной, несмотря на ее почтенный возраст… — парировал леголасообразный.

— Эх, говорил я отцу, что стоит документы отдать на сохранение министру тайной канцелярии. Посмотрел бы я на то, как наш милый эльф соблазняет трехсотлетнего демона, убеленного сединами…

«Нет, знакомы все же лично, — констатировала я, — а помимо государственных интересов еще и такие интимные подробности всплывают…»

Эльф, уводя разговор в другую сторону, помог послушнице подняться.

— Пайрем, вам надо привести себя в порядок, вы испачкались. Давайте я провожу вас к ручью, — заботливо предложил Эрин, и девушка во второй раз пошла по проторенному маршруту.

В голове мелькнула мысль: «Интересно, а третий умывательный заход у нее будет?»

Мы с демоном остались тет-а-тет.

— А я смотрю, этот вислоухий на вас глаз положил? — провокационно начал Дейрий. — Но поверьте, эльфы в постели — сущие поленья, я же могу предложить намного больше.

Если этот рогатый думал меня смутить, говоря столь откровенно, раздевая взглядом, — своего он отчасти добился. Вот только все испортил Фир циничной фразой: «Из этих двоих ставлю на демона. Рогатый — более опытный кобелиссимо, чем Эрин». Смущение как рукой сняло, зато членистоногому тут же захотелось возразить: эльф вообще-то изображал пылкую влюбленность лишь по той причине, что ему так проще всего было замаскировать необходимость находиться рядом и шпионить. К тому же, подозреваю, Арий ему еще отдельно приплатил за проверку жены на верность дражайшему супругу.

Эта мысль возникла оттого, что после нашего делового разговора утром в спальне больше признаков «неземной страсти» в мой адрес леголасообразный не выказывал, а то, что демону показалось… Что же, пусть бы рогатик заблуждался, вот только это его желание насолить давнему противнику как бы не вышло мне боком.

Взгляд Дейрия тем временем раздевал, ласкал и обжигал страстью. Похоже, див решил флиртовать по полной, как в том совете: «расслабился и получал удовольствие» — делал что угодно, лишь бы не вести разговоров на самую опасную тему — политическую. Ведь он, судя по всему, далеко не дурак и прекрасно понимает, что пока заговаривает зубы ерундой, к нам приближается погоня.

Однако и лошадям нужен отдых. Загнать их — означает самим выкопать себе яму. Единственное — вынужденной привал можно было бы использовать более эффективно, а не зубоскаля. «Зато всплыло кое-что ну очень интересное из прошлой жизни нашего шпиёна», — утешила сама себя.

Увы, в допросах я была не сильна, а потому сидящий передо мной рогатый секретер с информацией так и оставался заперт на все замки.

Пока я размышляла, Дейрий решил перейти от флирта конкретно к соблазнению, правда, в интерпретации демона это было чересчур откровенно.

— Только представьте. Ночь и наше с вами единение, — начал будоражащим воображение голосом вещать он, — общее наслаждение от того таинства любви, которое происходит между мной и вами. Я опущусь на вас, ощущая шелк кожи, прохладу вашего живота, и медленно, затаив дыхание, начну проникать… Вы откроете рот, чтобы вскрикнуть, но звука не последует. Крик истинного наслаждения всегда отдает безмолвием. Будете ощущать мою тяжесть, моля о продолжении, задыхаясь, чувствуя всю полноту жизни в одном мгновении. Сжимаясь и расслабляясь, в агонии страсти, наполненная мною, вы почувствуете себя счастливейшей из женщин…

«Не знаю как в деле, но на словах этот Дейрий весьма опытен. Теперь буду надеяться, что он практик, а не теоретик, — цинично прокомментировал над ухом мой личный суфлер на полставки. — Главное, меня на тестирование взять не забудь». Такую циничную реплику таракашки я списала на то, что мой усатый дуэнья боялся, как бы его подопечная, то бишь я, при описании этакой постельной мизансцены не стушевалась и не растеклась карамельным сиропом по полянке. Едкие и колкие замечания — самые действенные пилюли от многообещающих речей демонюки. Они гораздо лучше любых увещеваний в стиле: «Не поддавайся, этот рогатый шельмец пытается тебя соблазнить».

— В ваших словах чувствуется знание и опыт… — провокационно улыбаясь, начала я.

Демон лишь многообещающе ухмыльнулся в ответ.

— А опыт — самый хороший учитель в жизни. Берёт, правда, дорого, но объясняет очень доходчиво. Интересно, сколько раз вам пришлось обжечься, чтобы расплатиться по счетам за преподанную науку?

— Кажется, я начинаю понимать, что в вас нашел этот ушастый засранец, — задумчиво протянул демон. С него тут же вешней водой сошла вся томность, исчезла поволока в глазах и нарочитая игра мышцами.

— Рада, что с прелюдией мы закончили, — деловито прокомментировала я. — Может, теперь поговорим серьезно?

— Согласен, но откровенности гарантировать не могу.

— Понимаю, и все же… Как так получилось, что Кичиер, о взятии которого заранее раструбили все газеты, не покорен?

Дейрий лишь грустно усмехнулся.

— Армия правителя драконов завязнет здесь еще надолго, это я вам гарантирую. Мое пленение ничего не изменит.

— Подкрепление? Новое оружие? Рецидивисты в тылу врага? Партизанское движение? Неучтенный фактор? — медленно перечисляла все возможные варианты, которые могли бы задержать в этих лесах полки и корпуса драконов, внимательно глядя на собеседника.

— Значит, все же новое оружие, — проанализировав реакцию демона, подытожила я. По тому, как на сотую долю секунды опустился левый уголок губ, поняла, что догадка была верной. Выдало демона при перечислении даже не лицо, а хвост, кисточка которого непроизвольно метнулась вверх при одном из предположений.

Задумалась надолго, сопоставляя уже имеющуюся информацию. Добыли формулу «Грозового шквала»? Не похоже, иначе бы не просто задержали армию противника, а разметали ее в клочья. Взгляд упал на край штанины демона. Тонкие точки-проплешины, словно мелкие брызги, проевшие ткань. Для кого стороннего они бы не сказали ничего, но для химика, испоганившего таким макаром не один лабораторный халат, — если не все, то многое. Разбавленная азотная кислота оставляет весьма характерные отметины на ткани из хлопка и льна, с чуть желтоватым ободком по краю, в отличие от того же олеума, что напрочь обугливает кант.

Мазок, словно застывшая капля зубной пасты, на левом запястье связанных веревкой рук. Вот только структура отметины — пенистая. Догадка, озарившая меня, заставила буквально подскочить к демону и, как заправской ищейке, принюхаться к его запястью. Сказать, что Дейрий был удивлен, — значит, ничего не сказать.

— У вас в роду были оборотни? — только и смог спросить он обеспокоенным голосом.