Я – сталкер. Тропами мутантов - Андрей Левицкий

Между тонкими иглами наконечника с шипением мигнул голубоватый разряд.

– Аккумулятор дохлый, – заметил Керзон. – Ерунда, игрушка.

– Ну ладно, и куда ж мы теперь? Майор, а?

– По дороге, – буркнул Озеров, не поднимая взгляда.

Это точно, больше здесь идти некуда. Во все стороны уходит исчерченная оврагами равнина. Только к горе, только по дороге. Она тянулась, прямая, как прочерченная под линейку, и терялась вдалеке, растворялась в серой долине. Ни холмы, ни овраги на ее пути не попадались, хотя в стороне от дорожного полотна их хватало. Как журналист, я поколесил по разным местам, но ничего похожего на эту равнину с одинокой горой мне не встречалось.

Заглянув через плечо Озерова, я увидел, что экран его КПК идет волнами – сигнала нет. Майор сделал еще несколько безуспешных попыток определить наше положение, потом выключил прибор. Пригоршня тем временем показал мне компас – стрелка медленно поворачивалась. Замерла и пошла в обратном направлении.

– Ну и дела! – пробормотал он растерянно.

Дорожное полотно меня удивило – оно казалось упругим и будто пружинило под ногами. Никита даже попрыгал, а потом попытался расковырять поверхность десантным ножом, но ничего не вышло. Непонятный материал дороги, хотя казался податливым, клинку не уступал.

– Сейчас я его… – пыхтел Пригоршня, войдя во вкус, – сейчас…

– Не надо, – сказал я. – Видишь же – не ковыряется. Идем.

– Порядок движения, – объявил Озеров. – Бугров – головной, остальные соблюдают дистанцию не меньше тридцати метров.

Бугор тяжело вздохнул и потопал по дороге. Мы выждали немного и пошли следом. Сперва держались настороженно, но равнина была такой спокойной и безжизненной… Пригоршня, покачивая электрическим копьем, вскоре принялся строить предположения, куда это нас занесло. Я помалкивал, хотя все его догадки яйца выеденного не стоили и хотелось отпустить на их счет пару саркастических замечаний – нигде в Зоне не было пустошей такого размера. Была, однако, легкая надежда, что напарник так достанет Озерова, что майор расколется и сам выложит, что знает о нашем положении. Мои надежды не оправдались, майор молчал. Потом Бугор остановился и поднял руку. Мы тут же рассредоточились, хотя я ничего подозрительного не видел. Бугров указал вправо, на пригорок – такой же пологий, с плоской верхушкой, как и все возвышенности в этом странном месте. Исключая, конечно, остроконечную гору на горизонте. Приглядевшись, я понял, в чем дело. С одной стороны грунт на склоне холма осыпался, открывая угол здания, погребенного под землей. Холм этот и был зданием, только давным-давно вросшим в землю.

– Цепью вперед, – скомандовал майор.

Мы развернулись и пошли. Пересекли овраг, остановились у склона. Пригоршня поковырял выглядывающую из земли стену.

– Обычный бетон, – сообщил он.

Пока мы разглядывали бетонную стену, сержант вскарабкался по склону и выглянул.

– Товарищ майор, – позвал он, – взгляните!

Конечно, мы с Пригоршней тоже полезли вверх. За холмом открывался вид на долину. Этот участок местности с дороги не просматривался, его заслонял холм, который на самом деле оказался зданием. Вдаль уходили ровные ряды таких же холмов – вытянутых, с плоскими верхушками. Между ними попадались вросшие в землю объекты поменьше. Мне показалось, что различаю очертания автомобилей, припаркованных на этой улице. Большинство занесенных землей и песком возвышенностей имели слишком правильную форму, чтобы оказаться созданием природы. Нет, это город, точно. Улица – давным-давно заброшенная, отданная песку и ветру.

– Вон здание! – ткнул пальцем Керзон. – Там и дверь видно!

– Проверим, – ответил Озеров.

Он подал знак Бугрову, и тот направился к нам. Снова развернувшись цепью, мы зашагали к руинам. Это была прямоугольная бетонная коробка, которую по какой-то причине засыпало меньше соседних домов.

Вот и дверной проем. Внутрь нанесло песка, но, согнувшись, можно было войти. При нашем приближении из темного нутра здания метнулось гибкое тело. Какой-то зверь, тонкий, довольно крупный, почти метровой длины, если вместе с хвостом. Правда, хвост был очень длинный. Шустро перебирая лапками, тварь скользнула в щель между камнями. Пригоршня сунул за нею электрическое копье, но Озеров резко поднял руку, и Никита остановился. Озеров знаком показал: тихо!

Мы встали по бокам дверного проема, и майор почти беззвучно прошептал:

– Сержант – налево.

Керзон скользнул внутрь и скрылся за стеной слева от двери, майор тут же исчез справа. Двигались они слаженно и тихо. Негромкий шорох, тихие шаги… донесся голос Озерова:

– Можно войти.

Что мы и сделали. Передо мной оказался широкий коридор, из дальнего конца проникал свет. Может, на другой стороне здания не занесенное песком окно?

Здесь не было ничего – ни мебели, ни каких-нибудь вещей. Я прошел по коридору, заглядывая в двери слева и справа. В темноте было трудно что-то разобрать, но, похоже, и там пусто. Зато в комнате с окнами… Заглянув с порога, я сделал шаг назад и вскинул автомат. Перед окном на стуле сидел человек. Одежда на нем разлезлась и превратилась в лохмотья – наверное, от времени. Судя по слою пыли и занесенной в пустые оконные проемы земле, сидел незнакомец здесь очень давно. Но его почему-то время не коснулось, я видел розовую гладкую кожу на затылке, аккуратно расчесанные волосы. Керзон, который был уже здесь и рылся в груде хлама, сваленного в угол, оглянулся и кивнул мне:

– Зайди, зайди. Он не кусается.

Я подошел поближе, обогнул стул с замершей фигурой… Твою мать – манекен! На лице застыла идиотская улыбка, он пялился пустыми глазами в окно, за которым тянулась улица с ровными рядами вросших в землю зданий.

Пригоршня тоже подошел посмотреть.

– Куда ж это нас занесло? – растерянно протянул он.

Очень точно сформулированный вопрос. Мне вот тоже интересно! Хотя догадка появилась, конечно… Майор любит темнить, но, может, Керзон скажет?..

– Сержант, как по-твоему, где мы?

Он оставил груду мусора, отряхнул ладони и молча пожал плечами. В комнату вошел Озеров. Окинул хмурым взглядом наши удивленные лица, шагнул к окну и уставился на развалины. Взгляд у него сейчас был точь-в-точь, как у того манекена, что замер рядом на стуле.

Я встал рядом и сказал:

– Странное место, а? Не пойму, где мы.

Озеров, не глядя в мою сторону, буркнул:

– Разберемся.

А может, он и сам не знает ответа? Но хоть что-то ему ведь известно о нашем положении! Уж точно побольше, чем нам с Пригоршней, раз сюда целую группу отправили с заданием… Увы, разговор наш прервался, едва начавшись: откуда-то издалека донесся раскат грома. Озеров вскинул голову, высунулся в окно. Оно было достаточно широким, и я тоже выглянул, но отсюда источник шума виден не был. Майор ухватился за узкий подоконник и легко перебросил тренированное тело наружу – на пологую насыпь. Отбежал в сторону и, задрав голову, уставился куда-то вдаль. Я выпрыгнул следом, оглянулся: над крутобокой горой, в сторону которой вела дорога, поднималась легкая, почти прозрачная струйка дыма.