Шаг в пропасть - Юрий Иванович

Притихшая Монро так и металась взглядом между мужчинами, озадаченно потирая ладошкой лоб и пытаясь уложить в сознании только что услышанные чудеса. И явно научный склад ума ей в систематизировании и обработке поступивших данных помогал. А потом, не совсем вежливо, дама ткнула вначале пальцем в знаменитого сыщика:

– Вот поэтому ты так легко и быстро разгадываешь любые преступления! Достаточно тебе осмотреть место преступления и отринуть ошибочные предположения! Ну ты и… гений! – После чего пальчик повернулся в сторону Чернова: – А тебе проще простого разоблачить любого афериста, лжеца или мздоимца, пытающегося утверждать, что он лично общался с пришельцами или побывал во внутренностях неопознанного летающего объекта. Еще и все его плохие эмоции при этом различаешь. Невероятно!

Сергей Николаевич не мог сдержать улыбку, любуясь чистым и незамутненным восторгом эмоций, который окружал Колобка:

– И в самом деле, невероятно. Мне самому до сих пор не верится, когда я пользуюсь своими умениями. Жалко, что скрывать их приходится.

– Еще бы! – фыркнул Бокед. – До сих пор не представляю, чего мне это стоило – утаить свои способности с раннего детства. И только сейчас осознаю: проговорись я или похвастайся – меня бы обязательно какой-нибудь кардинальной гадостью «вылечили».

– Это в наше время, а раньше тебя бы сразу на костер отволокли. Еще и вместе с родителями, а то и с соседями.

Оба мужчины с грустью задумались о тысячах невинно убиенных в истории человеческой цивилизации. Но долго пребывать в трауре им не дала мадемуазель Монро, которая тоже обеспокоилась о своей судьбе:

– Да ладно вам пугать меня сожжением на костре! Лучше раскройте тайну моего… вернее, моих умений.

Ее коллеги переглянулись между собой, и Чарли взял инициативу на себя:

– Лилия! Ты ведь уже знаешь наши способности. Значит, должна сама продумать, какие утверждения о себе ты будешь говорить вслух. Мы, опять-таки по десятибалльной шкале, начнем делать у себя отметки на каждое твое утверждение. Как разграфить сферы деятельности, талантов и способностей, ты и сама прекрасно знаешь. Начинай с самых общих, а уже потом станем конкретизировать и выбирать твою узкую специализацию.

Знаменитой ученой не следовало повторять дважды. Она уже писала на чистом листе бумаги то, что собиралась оглашать своим коллегам. И попутно продолжала выпытывать:

– А что самое лучшее, ну, для меня, конечно! Может, я смогу передвигать предметы? Или кипятить взглядом воду в стакане?

Чернов встряхнулся, словно от озноба:

– Уважаемая, зачем такие страхи?! Ты знаешь, как это опасно и жутко? Представь, ты на кого-то обиделась, глянула со злостью, а у того или мозги закипели, или в сердце уже кровь при ста градусах Цельсия свернулась.

Ему поддакнул и Чарли. Хотя сделал это с доброй улыбкой:

– То же самое и с перемещением предметов или тканей: нечаянно сдвинула у человека участок кровеносного сосуда и… Нежданный финал недопетой арии!

Продолжая писать, Монро бормотала себе под нос:

– Всему можно научиться. Сноровка поможет укрощать собственные силы, да и опыт придет со временем.

– Пока придет опыт, на кладбище уйдут все, кто тебя окружает! – резюмировал академик. – Или им для выживания придется передвигаться в специальных защитных скафандрах или прятаться за сложными энергетическими щитами.

– А ты откуда знаешь? Сам-то ведь как-то научился?

– Хм! Мои способности не несут смерть другим разумным. Так что я не опасен. А вот о некоторых слишком опасных примерах есть сведения как в нашей истории, так и в некоем информативном поле Вселенной…

– Ну-ка, ну-ка?!

– …Про это поле и как обучали меня, я обещал рассказать позже. Пока давай прослушаем твои утверждения. Вижу, что они готовы.

Лилия откинулась на спинку кресла, просмотрела исписанный лист и собралась его читать. Но что-то вспомнила и спохватилась:

– Вдруг во мне обнаружится нечто, которое только при мимолетном опробовании испепелит вас на месте? Или дырку в борту самолета пробьет?

Мужчины серьезно, основательно задумались. Затем, не сговариваясь, стали заставлять дальновидную представительницу ученого мира с уверенностью повторять разные предложенные словосочетания. Хотя суть этих словосочетаний сводилась к тому, чтобы выяснить возможность нанесения вреда себе родимым даже случайным, непроизвольным образом. Итоги не порадовали больше всего Бокеда.

– Как мне подсказывает предвидение, в некоторой перспективе Лилия может нанести непоправимый ущерб моему здоровью. Что сильно настораживает. Радует лишь то, что сразу она мне никак повредить не сможет.

– Вот и я уверен, что без должного обучения она своими возможностями воспользоваться не сможет. А значит, – стал подводить черту под обсуждениями Чернов, – пора переходить к конкретному тестированию. Приступаем! Лиля, начинай!

Та немного засмущалась, потом выдохнула и стала утверждать для себя самое перспективное, как ей казалось, в самом начале составления списка:

– Я могу пользоваться левитацией!

Ну и дальше пошла шпарить по написанному. Мужчины делали отметки, проставляли циферки у себя на листочках, а потом стали делать сравнения. По ним получалось, что ни передвигать предметы, ни возносить себя или ходить по воде аки посуху Колобок не может. После чего перешли на иные общности, в которых выяснилось, что Монро может попробовать себя в медицине.

Пошел к написанию третий список утверждений. И вот после него уже вплотную приблизились к выведенному совместно постулату: каким-то неведомым пока способом Лилия может корректировать внешность человека.

Напряжение достигло пика, когда женщина, уже не составляя никаких шпаргалок, задала, а вернее, в утвердительной форме попробовала выявить свою конкретную паранормальную особенность. Причем она для контроля чередовала самые желанные с самыми несуразными:

– Умею выращивать у любого человека новые зубы!

За это получила две единицы.

– Могу излечить человека от анорексии!

Даже не переглядываясь, мужчины поставили ей по восемь баллов. Но пока еще сама женщина этих баллов не видела.

– Умею придавать волосам толщину и упругость!

Сумма обеих оценок удивляла: восемь.

– У меня получится излечить человека от инсульта!

Опять две единицы бесповоротно отторгли возможность ученой в области геодезии переключиться на всемирно известного врача-кардиолога или физиотерапевта.

– Если постараюсь, мне удастся любого человека излечить от ожирения!

После выставленных двух девяток мужчины не выдержали и заглянули в листочки друг друга. Затем в полной тишине еще долго переглядывались, хмурились и кривились. Доводя этим своим поведением мадемуазель Монро буквально до белого каления. Но вслух она так ничего и не сказала, не поторопила и не возмутилась. Только обеими руками жестко прикрыла непослушный рот.