Авангард. Клинок пери - Евгений Гаглоев

Модельное агентство Арины Станиславовны размещалось в современном четырехэтажном комплексе из темного матового стекла. Здание венчал большой стеклянный купол – под ним располагался демонстрационный зал агентства, где проходили показы мод и другие мероприятия.

Входные двери раздвинулись автоматически, пропуская посетителя, и Никита оказался в просторном прохладном вестибюле, стены которого были увешаны портретами манекенщиц, работающих в агентстве. Вдоль стен стояли большие кадки с раскидистыми декоративными пальмами, мягкие диванчики, столики, на которых были красиво разложены глянцевые журналы и каталоги. Ковровую дорожку от входных дверей до самого лифта обрамляли два ряда мраморных колонн.

Никита направился к лифту, рассматривая на ходу фотографии. Блондинки, брюнетки, шатенки – все редкостные красавицы, на них можно было любоваться часами. К своему удивлению, Никита вдруг заметил на одном из снимков бывшую одноклассницу Веронику Леонову, с которой он не виделся со дня окончания школы. Она сотрудничала с этим агентством! Надо же! Вероника всегда была хорошенькой, но теперь выглядела просто сногсшибательно. Значит, ее мечта сбылась, и она стала фотомоделью.

Они когда-то столько пережили с ней и ее ближайшими подругами Ларисой и Аленой. Самая кошмарная история случилась в летнем лагере неподалеку от Ягужино, Никита до сих пор не мог вспоминать об этом без содрогания. Но потом их пути разошлись, а жаль. Никита подошел ближе, чтобы получше рассмотреть фотографию и прочитать подпись под ней. Ого, фотограф – Артем Бирюков! Легостаев вытаращил глаза. Что, и Бирюков тоже работает с этим агентством? Как же мало он в последнее время общается с друзьями! Ничего о них не знает. Нет, надо почаще созваниваться и встречаться, а иначе он окончательно их потеряет.

И тут вдруг Никита увидел портрет Сейлин Бероевой. Это был точно такой же снимок, как тот, что дала ему экономка Бероевых, лишь многократно увеличенный в размере. Девушка смотрела на него с легкой грустью в глазах, словно предчувствовала свою кошмарную судьбу. Получается, и Сейлин сотрудничала с этим агентством. Хотя чему удивляться? Она была очень красивой, а агентство являлось дочерним предприятием фирмы ее отца.

Никита немного полюбовался портретом Сейлин, а потом нажал кнопку лифта. Разглядывать остальные фото ему как-то расхотелось.

Кабинет Арины Станиславовны располагался на самом верхнем этаже агентства. За секретарским столом в приемной сидел молодой парень в строгом коричневом костюме и элегантных очках в тонкой оправе. Он что-то набирал на компьютере, но, едва Никита вошел, сразу оторвался от своего занятия.

– Господин Легостаев? – учтиво поинтересовался секретарь.

Никита чуть не прыснул. Нечасто его называли господином.

– Да, – важно произнес он, стараясь подавить в себе смешок, – это я.

– Проходите, Арина Станиславовна ждет вас, – сказал секретарь.

Никита кивнул и вошел в кабинет. Он оказался в просторном, залитом солнечным светом помещении, оформленном в светлых тонах. На стенах кабинета также красовались фотографии девушек вперемежку с многочисленными дипломами и наградами в позолоченных рамках.

Арина Станиславовна сидела в инвалидном кресле за большим овальным столом, внимательно просматривая какие-то документы. При его появлении она подняла голову от бумаг и расцвела в улыбке.

– А вот и вы, Никита. Заходите, присаживайтесь. Чаю, кофе?

– Спасибо, ничего не надо, – сказал Легостаев. – Я недавно позавтракал.

– Неужели? А я вот еще не успела. Вы не возражаете? – Прежде чем он успел ответить, Арина нажала на столе кнопку селектора и произнесла: – Олежек, принеси нам две чашки чаю и какое-нибудь печенье.

– Сей момент, Арина Станиславовна, – послышался приятный мужской голос.

Никита опустился в широкое мягкое кресло перед столом и снял темные очки. Арина с загадочной улыбкой прищурилась.

– Я повторюсь, но у вас действительно очень привлекательная внешность, молодой человек. Кстати, вы могли бы сделать карьеру в модельном бизнесе, я вам как профессионал говорю. Если вы не против, мы даже сделаем несколько пробных снимков… естественно, когда вы завершите свое расследование.

– Спасибо, – улыбнулся Никита, – но меня модельный бизнес никогда особо не интересовал.

– Жаль. Вы не знаете, от чего отказываетесь, – сказала Арина Станиславовна. – Так что вас интересует?

– Расскажите, пожалуйста, о том, что произошло на вечеринке, когда погиб Павел Бероев.

Лицо Арины Станиславовны стало серьезным и немного грустным, она как будто сразу постарела на несколько лет. Между ее изящно подведенными бровями пролегла глубокая морщинка.

– Вы должны понять, я не люблю вспоминать тот день. Это был какой-то кошмар…

Дверь кабинета отворилась. Вошел высокий молодой человек с подносом в руках – видимо, Олежек. Он совсем не походил на того молодого человека, которого Никита видел в приемной. Значит, у Арины Станиславовны было несколько секретарей. Парень поставил поднос на стол, развернулся и молча вышел из кабинета.

Арина Станиславовна сама разлила чай по чашкам, и в комнате заблагоухало экзотическими цветами.

– Угощайтесь, – предложила она.

Снова отказываться было неудобно. Никита взял чашку, осторожно отпил. Чай по вкусу напоминал шампунь. Легостаев едва не выплюнул его обратно в чашку. Он предпочитал обычный черный чай, а не новомодные смеси.