Перелом во времени - Джули МакЭлвен

После поспешного ухода леди Луизы Ребекка все же выглядела сконфуженной.

– Не знаю, о чем я думала во время всего этого разговора. Когда леди Изабелла восхищалась этим идиотом Сидмутом, стало ясно, что у нее в голове не было никаких мыслей, кроме тех, что заложил в нее мистер Седвик. Меня это разозлило.

– И вы подумали, что злость пройдет, как только вы расскажете им о том, что я расследую убийство леди Довер? Что мое дедуктивное мышление выше всяких похвал? Что я специализируюсь в расследовании преступлений?

– Я так говорила?

– Да.

– Что ж, я на вас полностью полагаюсь, мисс Донован.

Кендра криво улыбнулась.

– Не удалось нам не засветиться.

– Что это вообще означает? – Ребекка озадаченно подняла брови, но так как она, очевидно, уже привыкла к странным американским выражениям, она почти сразу махнула рукой на объяснение. – Не важно. Признаюсь, я не сдержалась, мисс Донован. Грустно, что та храбрость, которую леди Изабелла и леди Луиза демонстрировали, будучи детьми, куда-то исчезла.

– У леди Франсис хватит храбрости на троих.

– Да, я заметила. Однако это ее замечание по поводу предводительницы макак, это было жестоко.

– А что это вообще?

– Старая дева, мисс Донован. Вы должны знать это выражение. Женщины, которые страдают от бесплодия или не рожают детей, в следующей жизни в качестве наказания становятся проводниками макак в ад.

– Думаю, я бы предпочла скорее это, чтобы не выходить за лорда Лудлова. Тот еще подарочек. Или есть какой-то еще лорд Лудлов? Может, помоложе лет на сто?

Губы Ребекки дернулись в усмешке.

– Тише, мисс Донован. И нет, есть только один лорд Лудлов.

– Да он старше Мафусаила. У него кости хрустели.

Ребекка засмеялась.

– Это корсет. Некоторые мужчины носят его, как принц-регент. Это приспособление помогает им… быть в форме. – Она сделала паузу. – Бедная леди Луиза. Судя по тому, что мы видели, ее усилия бесплодны. Лорд Лудлов потерял к ней интерес.

– Она должна радоваться этому.

– Правда, мисс Донован? Тому, что она не у дел, никому не нужна и осталась без внимания? Общество плохо расположено к женщинам, которым не удается найти мужа к двадцати одному году.

– У вас, кажется, все не так плохо, – улыбаясь, сказала Кендра. Она ожидала, что Ребекка с ней согласится. Она удивилась, когда та промолчала.

Потом она все же произнесла тихим голосом:

– Мне повезло, что моя семья поддерживает меня. Посмотрите на меня, мисс Донован. – Ребекка специально подняла свой подбородок, чтобы золотистый свет заиграл на ее покрытой шрамами коже. – Вы знаете, как меня называли за моей спиной? Вы думаете, какой-то мужчина захочет иметь в женах кого-то вроде меня?

Кендра не знала, что на это сказать. Ей никогда не приходило в голову, что Ребекка могла мечтать о свадьбе и материнстве. Не только из-за ее разговоров о феминистке Мэри Уолстонкрафт, а скорее из-за ее чувства уверенности в себе и довольства собой.

Но, может, она спроецировала свои собственные нетрадиционные взгляды на Ребекку. Да и, по сути, Кендра тоже никогда не исключала свадьбу и материнство для себя лично. Просто она не думала об этом часто. В западной традиции в современном мире женщины имели широкий спектр возможностей. Тебя не считали никому не нужной старой девой в двадцать шесть. Черт, да и в девяносто шесть никто тебя так бы не назвал.

– Не смотрите на меня с сочувствием, мисс Донован, – предупредила Ребекка, ее глаза при этом сузились.

Сочувствовала ли она Ребекке? Кендра всерьез задумалась над этим вопросом. И ответ удивил ее.