Подмена для Ректора - Лючия фон Беренготт

— Я тоже слышала — странный шум в саду! — вдруг закончила за меня Хлоя. — Будто бы скрежет… Как бы кто Старые Ворота не пытался открыть…

Это помогло — ректор поднял на Хлою невидящие от ярости глаза, моргнул, перевел взгляд обратно на трясущегося в его руке Хантевея… и резко отпустил его. Вместо перепуганного шепота по холлу рассыпались смешки.

Старые Ворота всегда вызывали среди студентов сочетание насмешки и лицемерных "цоканий" — они прославились еще пару лет назад, когда оказалось, что некоторые девушки подобрали к ним ключи и убегают по ночам в город — в том числе и на свидания. Сразу от ворот шла тропинка через лес — прямо к дороге, где сбежавшую студентку обычно поджидало такси или машина очередного кавалера.

После очередного скандала ворота заварили, тропинку забросали рассадой трав и кустарника, а провинившихся девушек отчислили. Старые же Ворота стали притчей во языцех, всегда вызывающей сальные улыбочки.

Хлоя не могла придумать лучшей причины разрядить атмосферу.

— Я проверю, — кивнул Габриэль Хлое, слегка прищурившись, будто впервые в жизни присматривался к болтливой толстушке всерьез. Потом бросил Эльвиру — брезгливо, будто вонючему слуге приказал умыться. — С вещами, в Террагноскую башню. Прямо сейчас. Комната номер пять — туда Айвар особенно любит заглядывать…

«А вы, юная особа, в мою комнату. И тоже — прямо сейчас. И до завтра чтоб без меня больше никуда не выходила».

Отряхнув руку, будто испачкался, Габриэль развернулся и ушел — на этот раз окончательно.

А Хлоя взяла меня, ошалевшую, под локоть и бочком, бочком, увела из толпы. Повела по коридору в сторону женского общежития — я чувствовала по нарастающему ощущению потери связанного со мной мужчины, что выхожу из зоны нашей с Габриэлем «слышимости»… Прошла мимо поворота в спальные комнаты, завернула нас обеих в одно из хозяйственных ответвлений, остановилась и вытащила из кармана платья мою записку.

— Я, конечно, уже и сама подозреваю, Эль… Но на всякий случай, спрошу. А ты ответь, пожалуйста. Причем, честно — иначе я перестаю с тобой общаться…

Чувствуя себя загнанной в угол, я заоглядывалась, надеясь, что хоть кто-нибудь нам помешает.

— На что… ответить?

— На мой прямой вопрос. Ты спишь с господином ректором?

Моя челюсть медленно и будто бы сама по себе поехала вниз. Нет, не потому что меня ошеломило ее предположение — я ведь действительно сплю с господином ректором.

А потому что болтливая и глуповатая Хлоя была в моем представлении последним человеком, который мог бы об этом догадаться. А уж если она догадалась, то что уж о других говорить… Хотя, другие-то за мной не следили столь пристально.

— Чушь какая… — как можно возмущеннее выдала я, сильно округляя глаза. — С какого перепугу мне спать с господином ректором?

— Ты мне скажи, — Хлоя прищурилась.

— Сама придумала, сама и причины ищи… — я пожала плечами и сделала попытку просочиться мимо подруги. Не вышло.

А, может, усыпить? Я с сомнением оглядела ее пышные формы. Нет. Чревато ушибами или даже сотрясением… Если упадет прямо на пол, я ее точно не поймаю.

— То есть ты хочешь сказать, что все эти ночи ты шлялась неизвестно где? Потому что я знаю, что ты не ночуешь в общежитии — уже ночи три так точно… а возможно и раньше…

Я демонстративно покрутила пальцем у виска, сама пытаясь сообразить, что я делала не так — я ведь ее усыпляла, оставляла записки, что мол встала пораньше и уже ушла на учебу… А когда болела — ректор вообще всем сообщил, что я уехала домой. Как она могла догадаться?

— Хлоя… послушай… — мне вдруг расхотело ей врать. — Мы с ректором…

Хлоя ахнула и прижала руки ко рту, явно не готовая к тому, что ее подозрения окажутся правдой. Но испугалась она зря, потому что правду говорить я ей тоже не собиралась.

— В общем… он попросил меня кое с чем ему помочь. Взамен зачета по проваленному экзамену.

— С чем помочь? — опешила она, медленно убирая руки ото рта. А я выдохнула — какое же счастье, что я ей ничего не сказала! Она бы точно убежала от меня с воплями ужаса.

— Это связано… кое с кем из завтрашней комиссии…

— Поэтому тебя выбрали в команду! — осененная догадкой, Хлоя прям засветилась. И вдруг «потухла», вновь нахмурившись в подозрении. — Хотя… тебя-то зачем?

— Понимаешь… Приедет… мой дальний родственник. И я могу на него повлиять… чисто теоретически, конечно… — я лихорадочно соображала, чувствуя, как, слово за слово, у меня рождается стойкая, правдоподобная легенда. — А он может помочь наладить связь с Министерством Учебных Программ… Гранты там… стипендии… много чего…

— Хорошо… — Протянула подруга, переваривая информацию. — А дома не ночевала почему? И каким боком у тебя родственник аристократ? Ты же… — замявшись, он долго не могла продолжить, — ты ведь сама из простых…

Я уже начала было сердиться — еще от Хлои я не выслушивала проповеди о собственном происхождении — как вдруг сообразила, как сложить два и два.

— Ну вот! Оттого и не ночевала. Как меня без подготовки перед комиссией выставлять — простолюдинку эдакую? Я ведь манер не знаю, сплетен всяких модных, литературу не читала, которой вас с детства пичкают… Вот ректор и готовил меня…ночами.

Еще раньше, чем договорила, что Хлоя запросто может устроить мне экзамен, и уж тогда точно придется устраивать ей принудительный сон в какой-нибудь хозяйственной подсобке. Причем суток на трое. Но она просто слушала, слегка приоткрыв рот — по всей видимости настолько ошалев от услышанного, что ей было не до вопросов на профпригодность.

— Одуреть можно… Ты и ректор… И что, он к тебе… не приставал? Во время этих ваших… ночных уроков?

— Нет, конечно! — я даже посмеялась немного, всем своим видом показывая, насколько абсурдно это предположение. — Ты забыла? Он же меня презирает! Если бы не родственник, никогда в жизни не стал бы со мной так плотно общаться…

От такого лютого вранья мне стало немного нехорошо, и даже захотелось присесть куда-нибудь — проглотить ком в горле. Одна надежда была, что такие, как Хлоя быстро забывают обиды — потому, что я бы не простила столь масштабного вранья.

— Слушай, мне бежать надо… Кое-что повторить… Господин ректор там оставил для меня заметки про знаменитостей… в ректорской…

— Так ведь и я туда иду! — Хлоя удивленно уставилась на меня. — Он же сказал — победители, в ректорскую, за инструкциями и расписанием…

— Ах да!

Черт, я и забыла, что там сейчас соберутся человек пять или шесть, не считая меня. И мне придется мысленно объяснять Габриэлю, что произошло, потому что Хлоя, без всякого сомнения, будет многозначительно смотреть на нас обоих…

Придется отвлечь его, рассказать… А как рассказать, чтобы не привлекать внимания — ведь все эти пять или шесть человек будут на него смотреть в этот момент…