Перстень отравителя - Галина Полынская

– И что оно нам дает, энто открытие?

– Близко мы, Никанор, очень близко.

– Да хоть бы! А то обнюхаешься тут с вами, сам возьмешь да околеешь!

– Не волнуйся, откачаем в случае чего, – усмехнулся Феликс.

Через пару часов вернулись Гера с Ариной и доложили, что операция по госпитализации Николая Игнатьевича прошла успешно. Приехал Владимир с двумя врачами, аккуратно, полюбовно собрали пациента в дорогу и увезли. А дубликат ключей от квартиры на всякий случай оставили им как сотрудникам детективного агентства.

– Это хорошо, может пригодиться, – сказал Феликс, забирая ключи.

– Каков дальнейший план действий? – поинтересовался Валя. – Кстати, нам нужен сейф, а то в офисе полно улик, куча золотых колец, а у нас даже решеток нет на окнах.

– Верно. Гера, внеси в список необходимого еще и сейф. А план действия таков: я беру тайм-аут до завтра, соберусь с мыслями. Гера, тебе разобраться с деревом, постарайся сегодня.

Остальные могут пить кофе.

Феликс подошел к столу Сабуркина, на котором так и лежала папка со всеми уликами, взял распечатки фотографий и долгим взглядом смотрел на изображение улицы, идущей девушки и фрагмента церкви.

– Где эта улица, где этот дом… – на выдохе пробормотал он.

– Феликс Эдуардович, может, вы домой поедете? – решилась предложить Арина. – Вы таким уставшим выглядите, вон, даже глаза красные, вы не спали, наверное, всю ночь.

– Дело внучка говорит, – Никанор взялся собирать в папку бумаги, – давай, сердешный, поезжай отдыхать, мы тут сами справимся, позвоним, ежели чего стрясется важного.

– Пожалуй, так и сделаю, – Феликс и впрямь чувствовал себя обессиленным, еще и голод начинал подступать. – К утру будет дальнейший план действий. Если что – сразу звоните.

– Не волновайся, все будет как в аптеке! – С этими словами старик взял папку, прижал ее к груди и понес в кабинет начальства.

Прихватив с собой распечатку фотографии, Феликс поехал домой.

По дороге он старался думать о расследовании, но получалось только о ванной, чистой одежде и тишине черной спальни. И еще о том, что если детективные дела так и дальше пойдут, то надо снова держать в машине запасной комплект одежды и обуви.

Домой Феликс добирался три с половиной часа, еле-еле переползая из одной пробки в другую. Под конец терпения мужчина уже был готов изорвать зубами обшивку спинки соседнего кресла, недоумевая, что же такое происходит в этом светлом мире? Но тут пришло понимание, что до этого он практически всегда ездил по дорогам мегаполиса исключительно по ночам, крайне редко – ранним утром. А теперь вот они – все прелести светлого мира.

На парковку Феликс заезжал с сильнейшим голодом и головокружением. Выбравшись из машины, он забыл ее закрыть. Пришлось возвращаться. В результате к подъезду своего дома он подошел с острым желанием кого-нибудь немедленно убить. Мужчина вошел в вестибюль подъезда, и за стеклянной конторкой ему навстречу поднялся охранник Алексей:

– Феликс Эдуардович, здра…

Но Феликс Эдуардович промчался мимо, пробормотав что-то невнятное. Охранник проводил его взглядом и сел обратно на стул. Взгляд его невольно снова и снова останавливался на мобильном телефоне, лежащем на полочке под прилавком конторки. С самого утра Алексей печально рассматривал пару царапин на дисплее, ломая голову, откуда они могли взяться, ведь он всегда очень аккуратно обращался с дорогим подарком любимой жены.

Войдя в квартиру, Феликс сбросил обувь и, расстегивая на ходу пиджак и рубашку, пошел в ванную. Крысы с вороном не виднелось, и он понадеялся, что сейчас они где-то бегают и летают по своим делам, а значит, есть шанс побыть в тишине и покое.

Бросив одежду на пол темно-красной, в цвет хорошего вина ванной комнаты, мужчина снял с волос золотой зажим, с запястья часы и встал под душ. Закрыв глаза, он с наслаждением отдался текущей по коже жидкой свежести. Спустя пару минут умиротворяющий плеск воды нарушило царапанье в дверь и громкое карканье:

– Феликс, ты тут? Ты вернулся? Фе-е-е-еликс!

– Проклятье… – прошептал он. – Невыносима тяжесть бытия.

– Феликс! Это ты? Ты тут? – продолжал допытываться настырный вороний голос.

– Да! – рявкнул он в ответ. – Это я! Кому тут еще быть?!

– Мало ли, мы подумали, вдруг воры…

– Решили помыться, да!

– Что сразу кричать, такой прямо нервный, злой…

Птичий голос отдалился, умолкая. Тишину винно-красной ванной комнаты снова нарушал лишь плеск воды, но удовольствие было испорчено. Выключив воду, Феликс сдернул с держателя большое махровое полотенце такого же бордового цвета, как и вся ванная, обернул вокруг бедер и распахнул дверь. На пороге никого не было. Феликс посмотрел по сторонам и в конце коридора, ведущего к гостиной, увидал два маленьких, сидящих бок о бок силуэта.

– Прости, мы волновались! – пропищал Дон Вито.

– Чего ради вы волновались? – Мужчина откинул со лба мокрые кольца волос. – Что, по-вашему, может случиться такого ужасного с вампиром в цивилизованном городе? Даже самому становится интересно.

– Все что угодно! – Расправив крылья, Паблито заторопился к его босым ногам. – Обещай, что будешь звонить, если опять не придешь ночевать!

– Безумие какое-то, – выдохнул Феликс. Он вернулся в ванную, подобрал с пола костюм, белье и понес к гардеробной, намереваясь вынуть из карманов все нужное, одежду упаковать, как обычно, в пакет и выбросить. И не заметил, как из пиджака выпал листок с увеличенной фотографией. Листок подобрал ворон и, держа его в клюве, потопал в гостиную, зная, что Феликс туда скоро придет.

Закончив с одеждой, Феликс пошел на кухню, вылил молоко четырех орехов в бокал, добавил немного вина и отправился в спальню. Путь его, так или иначе, лежал через гостиную, там он и застал сидевших на ковре крысу с вороном, они изучали изображение на листе бумаги.

– Откуда это у вас? Из пиджака, что ли, выпало… – сменив полотенце на черный шелковый халат, Феликс небрежно завязал пояс, продолжая сушить густые влажные волосы пальцами.

– Ага, выпало! – каркнул ворон. – А что это?

– Сам хотел бы узнать, – Феликс положил связки ключей и мобильный телефон на круглый стол, накрытый вышитой скатертью с касающимися пола золотистыми кистями. Он включил напольный светильник, сел в кресло, вытянул ноги и сделал большой глоток из бокала. – Это снимок семидесятых годов. Понять бы, где он был сделан, что за страна, да маловато данных. Вижу, в каком стиле построены здания, но это мало что дает, слишком много городов и стран, где могут быть такие дома, церкви и девушки.

– Хм-м-м… – острый носик Дона Вито практически уткнулся в изображение, он шевелил усами, словно обнюхивал картинку. – Когда я жил при библиотеке…

Зазвонил телефон. Феликс взял со стола аппарат, на дисплее высветился номер Геры.