Селфи на фоне дракона - Кристина Юраш

– Линукс? – с удивлением спросила я, понимая, что про своего плюшевого медведя я вряд ли успела рассказать.

– Да, Линукс! Ты меня сгребла в охапку, сдавила горло, прижала к себе, бурча: «Линя, иди сюда, скотинка. Маме без тебя холодно!» – обиженным голосом произнес Андоримэль, положив руку себе на шею.

– Это мой игрушечный медведь… И я так понимаю, сегодня ты случайно исполнил его обязанности в его отсутствие… Попался под горячую руку… – во рту у меня все слиплось, и говорить было тяжело. Я стала шарить вокруг и искать свой телефон. Вот и он, родимый. С активированной камерой. Значит, я вчера фотографировала. Интересно, поможет ли телефон освежить мою память? Я быстро стала пролистывать фотографии, пытаясь понять, что вчера было. Андоримэль тоже подлез и стал смотреть. На одном фото он стоял в очень смешной позе и со странным выражением лица.

– Это что такое было? – спросил эльф, очевидно, не удивляясь магическим штучкам в стиле мобильника.

– Вспомнила! Это мы играли в «Крокодила». Игра такая. Один загадывает слово, а другой должен его показать! – сообщила я.

– И что я такое показывал? – с сомнением произнес эльф.

– Рефрижератор! – гордо заявила я.

– А что это такое? – поинтересовался Андоримэль. – Я даже представить себе такое не могу!

– Но вчера ты, судя по всему, знал, поэтому показывал полчаса, пока Джио не угадал! – сглотнула я. – Хотя он тоже не знает такого слова…

Я стала листать фотографии дальше. Там были разные смешные фотографии – и с ошейником, и с бутылкой. Короче, компромата на сто мегабайт.

– Так мы поженились или нет? – спросил эльф, тряся головой.

– Нет, это мы репетировали мой номер! – успокоила я бедолагу.

Эльф призадумался. От сердца у него явно отлегло.

Я взяла бумагу со стола и прочитала песню, которую мы вчера написали. Слова мне очень понравились. Я зачитала их вслух, чувствуя гордость за себя и свое детище… Наверное, так чувствовал себя Пушкин, дописав «Евгения Онегина». Ай да Сима, ай да молодец!

Тут в комнату осторожно постучался слуга. Джио приподнял голову, чуть не перевернув бокалы и бутылки, стоящие на столе, и попросил его убрать все это безобразие.

– Я, интеллигентный эльф, руководитель Эльфийской филармонии, а так напился… – стонал мой сэнсэй, надевая мятый сюртук. Я сочувственно кивала.

Меня тем временем проводили в выделенные мне покои, где я помылась, переоделась, сдала платье в стирку и спустилась завтракать. За столом меня ждали. Вид, правда, у всех нас был помятый.

– Итак, – бодро сказал Джио, отхлебывая какую-то настойку, – с песней мы определились! Звездное небо я уже заказал. Сейчас его рисуют. Остались конь и хор. Конь с меня. Хор с тебя, Андоримэль.

Эльф обреченно кивнул.

– Итак, сегодня мы будем репетировать с конем. Сейчас перекусим и отрепетируем, – постановил мой продюсер, пока я налегала на блинчики с вареньем.

После еды стало клонить в сон, но меня вывели в сад, где уже стоял огромный красивый белый конь.

– Осторожно, конь покрашенный! – предупредил меня орк, усаживаясь на плетеный стульчик. Второй стульчик он предложил эльфу. Когда зрители расселись, я осторожно стала подходить к животинке. Конь стал осторожно отходить от меня. После нескольких тщетных попыток сближения, ситуация не изменилась. Мы стояли на пионерском расстоянии, с ужасом косясь друг на друга.

– Пой! – скомандовал Джио, махнув рукой, и приготовился слушать.

Я набрала побольше воздуха в грудь и начала петь… Когда я дошла до слов: «Сяду я верхом на коня!» – конь поднял хвост, и его пронесло. В буквальном смысле.

– А он покакал… – противным голосом доносчика заявила я, глядя на то, как конь стыдливо прижал уши.

Джио позвал слугу, который до этого момента тихонько стоял в тенечке и наблюдал, открыв рот, за всем этим представлением.

– Я предупреждал, что коня до репетиции не кормить! – свирепо произнес гламурный орк.

– Мы его не кормили… – растерянно развел руками слуга. – Это он от испуга… Понимаете, животное очень умное… Все понимает…

Каки убрали, и мы решили начать репетицию сначала. И снова, когда я дошла до этого момента, животное снова сделало свое грязное дело, шарахнувшись от меня.

– Тут бы по смыслу правильно было бы залезть на коня… – деликатно подсказал эльф.

Конь посмотрел на меня, я посмотрела на коня. Животное стало осторожно отступать, натягивая поводья. Я, будучи на кураже, вспоминая, как в детстве каталась на лошадке в парке аттракционов, стала медленно приближаться к нему. Умное животное быстро разгадало мои намерения и попыталось сопротивляться, мотая головой.

– Он не хочет! – заявила я, глядя в испуганные глаза коня.

– Хочет, хочет… – спокойно ответил орк. – Залезай!

Я приблизилась к несчастной животинке, подняла ногу и поставила ее в стремя. Вторую ногу я попыталась закинуть в седло, но конь дернулся, и я упала. Если бы не стратегические запасы жира, то, наверное, я бы себе что-нибудь сломала, а так отделалась легким испугом.

После этого инцидента всем стало понятно, что с конем мы не сработаемся. Потирая ушибленную попу, я немного прошлась, чтобы проверить, все ли части тела функционируют в должном режиме, а потом расстроенно села на траву.

– Что будем делать? – спросил эльф, обращаясь к Джио. Орк выглядел так, словно ему только что сообщили новость о том, что ожидаемый конец света отменяется, а он уже успел прокутить все деньги и послать императора на три веселых буквы.

– Может быть, игрушечного коня сделаем? – спросила я. – Или чучело на колесиках? Я его буду таскать по сцене за собой на веревочке…

– За шесть дней? – поморщился орк, перебирая в уме все возможные варианты решения возникшей проблемы.

– Вот был бы конь чуток поменьше… – жалобно простонала я. – Пони, например…

– Ну в песне же поется про коня! При чем тут пони? – заявил эльф, но орк уже расцвел зубастой улыбкой.

– Мы просто заменим слово «конь» на «понь». Давай-ка исправим текст, пока нам найдут нужный реквизит, – сел черкать листочки Джио, а слуги побежали за пони. Через четверть часа его привели. Мое сердце дрогнуло от умиления. Это был очаровательный, милейший серенький пони, с красивой густой белоснежной челкой и большими умными глазами. Он доверчиво смотрел на меня, а я с восторгом глядела на него.

– Ну, давай, репетируем! – нетерпеливо воскликнул Джио. – Только не забывай менять слово «конь» на «понь».

– Выйду ночью в поле с понем! – спела я, а пони жалобно заржал.

– По следам мы принца пойдем! – пони снова заржал, вызвав у меня умиление. Он, оказывается, еще и музыкальный.

– Только мы с понем по полю идем… – пони фыркнул.