Пропавший факультет, или Ведьмочки в Академии Боевых Магов - Катерина Полянская

Волноваться за парней причин не было, и мы выдохнули.

История магии и еще одна нудная лекция прошли в клевании носами и вялом скрипении чернильными ручками по бумаге. Экзаменов или хотя бы зачетов не предполагалось, поэтому рвения не проявлял никто. Но и открыто прогуливать не осмеливались, за посещаемостью в Академии следили. Так что все места были заняты, а в воздухе так и витала всеобщая сонливость.

Так продолжалось до основ целительства. Ну то есть для большинства присутствующих все и дальше продолжалось, а вот у меня случилась встряска.

Вела предмет лично декан целительского факультета — Фаина Чертополох. И когда милая пухленькая старушка в платье с кружевами, украшенном старинной брошью на вороте, и со старомодной высокой прической вошла в лекционный зал, я почувствовала себя так уютно, будто в теплый плед завернулась и вишневого пирога отведала. Улыбка у госпожи декана была приятная, и глаза светились теплотой. Речь ее плавно журчала, слушать — одно удовольствие.

Неприятностей с ее стороны не ожидал никто.

Но я же говорила, что у ведьм все через метлу кувырком?

Госпожа Фаина мерно вещала о том, что умение себя исцелять порой может спасти жизнь. На самом деле это самое сложное в целительском ремесле. Когда делаешь это для другого, соединяются силы целителя и больного, плюс амулеты могут помочь. Так проще. Если же исцелять приходится себя, амулеты бесполезны, а простейшее заклинание забирает в три раза больше сил.

— Сейчас я вам наглядно продемонстрирую, — улыбнулась госпожа Чертополох. — Но мне потребуется доброволец. Есть желающие?

Большинство присутствующих ее вообще не слушали, так что желающих так сразу не нашлось.

— Пожалуй, очаровательная ведьмочка с косами с первого ряда, — определилась с добровольцем преподавательница. — Ну же, не бойся.

Ничего опасного или сложного не предполагалось, и все равно у меня мурашки побежали по спине.

Стоять перед враждебно настроенными магами неприятно. Наверное, дело в этом.

Тем более стоило мне встать и приблизиться к госпоже Чертополох, как даже те, кто до этого демонстративно дремал, проснулись и теперь внимательно следили за происходящим.

Решено, на первый ряд больше не сажусь!

— Ты меня слушала, надеюсь? — на всякий случай уточнила целительница.

Я сознательно кивнула.

Предыдущий почти час она как раз объясняла, как почувствовать в себе нужные потоки силы и направить их в нужное место.

— Будет только небольшая царапина, — предупредила декан целительского факультета.

В ее руках сверкнула игла с камешком янтаря на тупом конце.

— Вот бы эта ведьма при виде крови в обморок грохнулась, — размечтался кто-то из недомагов.

Его поддержали смешками.

— Адепт Хорьков, вы следующий, — отметила заслуги нахала госпожа Фаина.

Теплая пухленькая ладошка взяла мою руку…

— О!.. — целительница смотрела прямо на двойной белый шрам — след от клятвы.

Изумление ее было столь явным и она его так старательно выпячивала, что мне во второй раз за последние десять минут померещилось неладное.

Шрама почти не видно… если, конечно, не знать, что он там есть, и не присматриваться специально.

— Как интересно… — пробормотала подозрительная особа.

— Я поранила руку. — Сама не понимаю, откуда возникла потребность оправдываться. — Давно. В детстве.

Мягкий свет на миг исчез из глаз целительницы, его место заняло нечто другое. Впрочем, я не успела понять, что именно, так быстро она вернула маску на место.

А сомнений в том, что это лишь маска, теперь уже не было.

— Дважды на одном месте? — иронично приподняла тонкую бровь госпожа декан.

— С ведьмами иногда еще и не такие происшествия случаются. — Я чувствовала себя как уж на сковородке.

Отговорка подействовала, с рядов раздались редкие смешки.

Но только не на Фаину!

— И уже в детстве ты знала заклинание сильнейшей магической клятвы? — закатила глаза в фальшивом изумлении целительница. — В противном случае следа бы не осталось. Интересное у тебя было детство, ведьмочка… Я так понимаю, смысла спрашивать, о чем была клятва, нет? Не расскажешь? Ладно, не буду тебя мучить, ни к чему царапать такую хорошенькую ручку. Возвращайся на место, я выберу другого добровольца. Адепт Хорьков!

В лекционном зале стало так тихо, что казалось, будто от каждого шага разносится эхо.

Мне ведь не померещилось? Она специально устроила весь этот цирк?

Пока добралась до своего места, накрутила себя настолько, что думать больше ни о чем не могла. Откуда она узнала? Зачем выставила кусок моей тайны на всеобщее обозрение? Что затевает?

Я дрожала как осиновый лист и никак не могла сосредоточиться на том, что эта Фаина объясняет на примере своей новой жертвы.

— Цветанка, ты в порядке? — заметила мое состояние Элла.

— Нет, — шепотом ответила подруге. — Эта преподша что-то затевает. У меня предчувствие.

— Надо напоминать, что провидица у нас я? — Она ободряюще сжала мою руку. — Не накручивай себя.

Вот кто бы говорил! Сама не далее как сегодня из-за нелепого сна на меня набросилась. Но от язвительных комментариев я удержалась. Ни к чему портить отношения.

Краса, кстати, тоже не разделяла моего беспокойства.

— А по-моему, она милая…

Остаток занятия я сидела как на иголках и от каждого мимолетного взгляда преподавательницы дергалась, будто меня пчелы жалили. Куда только девалось все ее очарование и то чувство спокойствия, которое окутало меня, едва она вошла? Теперь этого не было. Мной овладело непонятное беспокойство, и отделаться от него, чтобы записать что-то из материала, не получалось.

Предмет не профильный, контроля за успеваемостью не будет — это плюс.

Прогуливать нельзя, иначе нарвусь на личную отработку, а такого потрясения я точно не выдержу — это огромный минус.

Вывод: надо сидеть тихо, желательно где-нибудь в середине, и на глаза главе целительского факультета особо не попадаться.

Перерыв принес свое открытие. Но перед этим — записку от Глеба.

Встретимся в восемь возле лавки старьевщика.

Глеб.

Лаконично. И поинтересоваться, нет ли у ведьмы на это время собственных планов, ему, как истинному магу, и в голову не пришло.

Наколдованный голубок, доставивший послание, потихоньку таял, рядом громко переговаривались, распихивая вещи по сумкам, студенты, а я смотрела на небольшой клочок бумаги и глаз отвести не могла. Побыть с Глебом хотелось, но… внутри опять царапалось что-то.