Zападня - Вячеслав Шалыгин

Когда баржа покинула зону противной мелкой мороси и вошла в зону настоящего дождя, Гудрон, вопреки ожиданиям пассажиров, слегка расслабился. Выяснилось, что здесь больше не грозит опасность напороться на скрытые под водой объекты, да и столкнуться с какими-нибудь лихими людишками не так вероятно, как на мелководье. Будто бы в пику словам шкипера, в тылу замаячили сразу пять катеров, которые определенно тоже шли за баржей. Но Гудрон так и остался расслабленным. Он без труда определил, что катера военные, а у военных база на «истукане» – так местные называли памятник Петру Первому, ставший теперь «скалистым островом». Значит, военным было просто по пути, вот и легли в кильватер.

Андрею версия Гудрона не понравилась. Он приказал уйти в сторонку. Шкипер поворчал, но подчинился, и очень скоро даже Гудрону стало ясно, что военные катера идут за баржей не случайно. Установив приемлемую дистанцию, они сбросили ход и дальше плыли, как на веревочке – не отставая и не приближаясь.

Своеобразный конвой так и дошел до зоны ливня: баржа, за ней пять катеров и посудина Гудрона параллельным курсом. Андрей приметил еще один катер, он стартовал с запозданием от скалистого островка Сити, но куда он, в конце концов, двинулся – за конвоем или по своему маршруту, Лунев не успел разглядеть. Конвой вошел в зону ливня, и видимость упала почти до нуля.

Впрочем, это не помешало проследить за конвоем в режиме эхолокации. У Гудрона нашлось соответствующее оборудование.

– Приплыли, епть, – скрипучий голос шкипера прорезал грохот ливня, как раскаленный нож масло. – На Арбатскую платформу высаживаются. А военные дальше пошли.

– Дальше? – Каспер удивленно взглянул на Андрея. – Почему не перехватили?

– А почему на трассе не стали перехватывать или в порту? – Андрей пожал плечами. – Какие-то особые соображения у них. Говорил же.

– В доле?

– Все может быть. Гудрон, к платформе подойдешь? Только незаметно.

– Незаметно, – Гудрон рассмеялся. – Это запростяк! Такая водопадища! Кто ж заметит сквозь нее? Только ты не надейся, земеля, таким макаром туда не заберешься. Проверено. Вода лупит, аж катера переворачиваются.

– Я попытаюсь.

– Ты глухой? – Гудрон указал себе на ухо. – Катера, говорю, переворачиваются! Не пойду я туда! Надо тебе – за борт и вразмашку! С водяными наперегонки.

– А куда ты можешь подойти?

– Только к причалу. – Гудрон всем видом показал, что других вариантов нет и быть не может.

– Там баржа, – заметил Каспер. – Может, сюда причалим, к этому вот бутылочному горлу, которое причал с платформой соединяет?

– Какой резон? – Гудрон поскреб недельную щетину на шее и сглотнул. Упоминание о недоступной пока бутылке его слегка взволновало, а потому продолжил он нервно-решительно: – Причал, и баста, землячки! Вот уйдет «девятка», причалим. Если не передумаете.

Гудрон отвел катер от платформы, но недалеко, чтобы оставался виден силуэт баржи, и, как оказалось, поступил верно. Не прошло и минуты, сквозь серую пелену ливня пробились многочисленные мелкие вспышки. Это началась какая-то стрельба на нижней палубе платформы.

– Надеюсь, это не расстрел экипажа баржи, а салют по случаю воссоединения банды, – многозначительно взглянув на Андрея, сказал Каспер.

– Экипаж в воду сбросят, – уверенно проскрипел Гудрон. – Зачем патроны тратить?

Андрей и Каспер одинаково угрюмо посмотрели на шкипера.

– Чего таращитесь? – Гудрон снова почесал кадык. – Необязательно, конечно. Но бывали такие случаи, да.

– К барже подойти сможешь? – Лунев пересел на лавку поближе к месту рулевого и положил руку на плечо шкиперу.

– Я ж сказал… – Гудрон вдруг осекся и обмяк.

Андрей сдвинул потерявшего сознание шкипера с места и кивком приказал Касперу сесть за штурвал:

– Давай, на малом ходу. Только не воткнись!

– Ты ж помнишь, – Каспер с готовностью уселся на место Гудрона.

– Шурочка, что там на дескане?

– Кружочек светится, – доложила девушка. – Мы к нему приближаемся.

– На какой отметке кружочек? Цифры видишь?

– Сто пятьдесят.

– Годится. Каспер, плавно подходи!

– Я и так плавно! Как подойдем, покрепче привяжи!

– Как подойдем, так и отойдем, – Андрей покачал головой. – Вернее, вы отойдете.

– А ты?

– А я останусь. И не возражай. Некогда сейчас торговаться.

Каспер хотел все-таки возразить, но вовремя сообразил, что это бессмысленно и даже вредно. Андрею требовалось сосредоточиться. А решения своего он все равно не изменит, даже закати Каспер скандал с потасовкой, а Шурочка истерику с битьем посуды. Между прочим, Шурочка всю дорогу наблюдала за Луневым с явным интересом и теперь, когда он собрался сделать рискованный шаг, забеспокоилась не меньше Каспера. Почему? Потому, что Андрей ей понравился? Или она считала, что без него группа будет беззащитна? В любом случае, настроение у Шурочки было не менее тревожным, чем у Каспера.

Подойти к барже удалось без особых проблем, более того, Каспер ухитрился подвести катер к тому месту, где с борта свисал толстый канат, но причалить не получилось. Вода у борта большого судна бурлила и отталкивала катер, словно упругая резиновая подушка. Пришлось импровизировать. И не Касперу, а Луневу. Андрей выбрался на бак, выждал момент и прыгнул.

Катер понесло в дождливую пелену, и его рулевой не смог рассмотреть, что случилось дальше. Хотя что могло произойти? Андрей ухватился за канат, это точно, а дальше… дело техники. Каспер дал малый задний ход и медленно отошел в глубь маскирующей завесы ливня. Недалеко, чтобы видеть очертания баржи и не пропустить сигнал к возвращению, когда он последует.

«Если последует, – мелькнула тревожная мысль. – Попал Муха под раздачу или нет, встретятся Старый и Муха или Андрей будет воевать на платформе в одиночку – без разницы. Андрей все равно пойдет до конца, но каким будет этот конец – неизвестно. А мне, при любом раскладе, в текущей операции отводится роль встречающего. Моя подстраховка – фикция. Старый просто сбросил меня, как балласт, вместе с этой Шурочкой. Наверное, это правильно, вот только… все равно обидно. Ведь мы уже повоевали вместе, и я был полезен. Взять хотя бы стычку с людоедами в Бангкоке. Хотя… там я тоже был на катере, а всю операцию Лунев провернул самостоятельно. Что тут поделаешь, если он композитор-одиночка, а я… пока лишь таскаю рояль».

Каспер вздохнул, но тут же приказал себе не раскисать. Встретить в нужном месте в нужное время тоже очень важно. А вдруг от этого будет зависеть жизнь Старого? Да и с Мухой пока не все ясно. А вдруг от Каспера две жизни будут зависеть и успех операции заодно? Вот то-то!

– Что там на дескане? – спросил Каспер строго.

– Кружок не двигается. – Шурочка склонилась над детектором. – Ой, нет! Зашевелился! К нам подвинулся. Все. Снова замер.