Сожженные мосты - Александр Афанасьев

А с утра надо было разгрести накопившиеся дела — верней, продолжить их разгребание, потому что следовать стилю работы старика Юрьевского я не собирался…

И еще надо было подумать. Крепко подумать.

Что происходит?

Лучшая оборона — всегда нападение. А врагов надо держать к себе так близко, как это только возможно, ближе, чем друзей.

Неужели шахиншах раскусил меня? Неужели понял? Или — донесли?

Стоп, стоп, стоп…

Что и когда шахиншах мог раскусить, если меня посылали в Персию, нацеливая на наши Восточные территории? На возможный заговор там. Кто мог донести, если еще ничего не произошло, по крайней мере, пока?

Как бы то ни было — надо играть дальше.

Переполох внизу я уловил не сразу, просек только, когда услышал, что несколько человек одновременно вошли в присутствие. Успел только встать, когда открылась дверь…

В кабинет шагнул высокий, даже можно сказать, долговязый молодой человек, по крайней мере выше меня ростом, простоватое, гладко выбритое лицо, бледно-голубые глаза, соломенного цвета волосы. Типичный древний перс — потому что древние персы, жившие до нашей эры, были именно такие, голубоглазые и светловолосые[85].

Те, кто пришел с этим человеком, остались в присутствии, не решились идти дальше.

— Чем обязан?

— Сэр, мое имя Хусейн Хосейни… Я взял на себя смелость не дожидаться вашего визита и первым нанести его…

Странно, но почему-то Хусейн сразу мне понравился. Было в нем что-то… простое. Даже придворный этикет у него получался каким-то свойским. Дружеским — видимо, сказывается прививаемая в британской армии неформальность, культ неформальности. То, что русские офицеры считают за панибратство.

— Князь Александр Воронцов, чрезвычайный и полномочный посол Российской империи при дворе Шахиншаха Персидского Мохаммеда Хосейни, — полностью отрекомендовался я, протянув руку. Хватка Хусейна была истинно военная, до судороги в пальцах…

— Рад знакомству, сударь, — принц Хусейн по-мальчишески улыбнулся.

— Вы отлично владеете русским. Где вы этому научились? Вы ведь получили образование в Великобритании?

— В Персии русский знают все. Русский, английский и арабский — эти языки я учил с детства, по каждому из них у меня был преподаватель. Скука страшная, сударь…

Да, похоже, этому молодому человеку и впрямь требуется наперсник. Бери ношу по себе, чтоб не падать при ходьбе — так, кажется, звучит пословица? Контрразведка и Гвардия Бессмертных — ноша пока совсем не по нему.

— Осмелюсь спросить, не собираетесь ли вы посетить Багдад в ближайшее время? — спросил принц.

— По странному стечению обстоятельств как раз собирался.

— Удивительно, но я тоже…

Кортеж у принца Хосейни был внушительным. Более чем…

«Руссо-Балты», как отцу, ему не полагались по чину и по должности. Их заменяли внедорожники «Датсун-Патруль»[86], собираемые на заводе в Исфахане по лицензии. Несколько внедорожников «Патруль», бронированных, окруженных вооруженными до зубов бойцами Гвардии Бессмертных, ждали перед посольством, бесцеремонно перекрыв всю улицу. Возглавляли и замыкали колонну внедорожники той же марки, но рейдовые, опоясанные каркасом жесткости, как на авто для ралли-рейдов, и с двумя-тремя пулеметами на турелях. В городе они смотрелись совершенно дико, как дико смотрится в городе и любая военная техника.

— В этом есть необходимость? — иронически указал я на рейдовые машины, перекрывшие улицу и ощетинившиеся пулеметами во всем стороны.

— Здесь неспокойно, сударь, — ответил принц, — не так давно заговорщики пытались убить моего отца, но хвала Аллаху, он остался жив и невредим…

— Правильнее будет «цел и невредим», — машинально поправил я.

— Цел и невредим, — повторил принц. — Русский язык довольно сложный, даже если учишь его с детства. Он мне еще тогда не нравился, и арабский тоже…

— Получается, вам нравился английский?

— Английский — простой язык… — задумчиво произнес принц. — Он более однозначный, чем русский. Даже в арабском языке нет такого разнообразия, как в русском. В русском можно сказать то, о чем ты думаешь, десятью разными способами…

— Тогда начнем с самого простого. Вся охрана, которая тогда была с вашим отцом, не помогла ему, его действительно уберег лишь Аллах. Никакая охрана не спасет, если найдутся профессионалы, которые решат вас убить. Поэтому, думаю, стоит взять на следующий раз две или три неприметные и хорошо бронированные машины для повседневных поездок по городу. Скрытность защищает лучше, чем открытая демонстрация огневой мощи. Начнем учиться русскому, ваше высочество?

Принц поморщился — было видно, что он не привык, чтобы с ним так разговаривали, но потом пересилил себя и улыбнулся.

— Возможно, вы и правы. Тем более что отец предупредил меня, что вы правы всегда…

— Хотелось бы, чтобы это было так…

Когда мы вышли за ограду посольства, к нам осторожно приблизился Вали, поклонился едва ли не в пояс, то ли мне, то ли принцу.

— Вали, я уезжаю с их высочеством. Переложи мой багаж в его машину.

— Будет исполнено, Искандер-эфенди…

— Пока я не вернулся, ты в распоряжении ханум[87].

— Слушаюсь, Искандер-эфенди…

Вали бросился к «Руссо-Балту», сопровождаемый напряженными взглядами охраны.

— Забавный малый, — заметил принц.