Шаг в пустоту - Алиса Жданова

Шисюну повезло, что в тот день он больше не попался мне на глаза – иначе бы он точно выслушал о себе пару неприятных вещей.

Даже следующим утром, на занятии по медитации, которое проходило на берегу крошечного горного озера, я все еще пылала от негодования. Мне нужно было смотреть на воду и представлять, что мое сознание становится таким же чистым – но вместо этого, чем сильнее я пыталась успокоиться, тем сильнее злилась. То, что Шоу Юэ собственной персоной сидел в нескольких шагах от меня, делало ситуацию только хуже.

– Су Ли, – голос наставника вырвал меня из мыслей, – ты сейчас вскипятишь пруд. Выкинь из головы все лишние мысли, заклинатель должен контролировать свой разум.

– Да, наставник, простите, наставник, – смущенно пробормотала я. От воды действительно уже шел пар, и я постаралась просто медленно дышать и любоваться красотой природы. Ну или полюбуюсь красотой одного совершенного человека, который удобно сидит недалеко от меня, глубоко погрузившись в медитацию, и поэтому глаза его закрыты, и я могу смотреть, сколько захочется. Мои губы тронула легкая, мягкая улыбка, и я действительно смогла немного успокоиться. Если Шоу Юэ совсем перейдет рамки дозволенного, я нажалуюсь наставнику, и он его приструнит.

К концу занятия я была уже почти совсем спокойна, и, когда наставник попросил меня задержаться, подошла к нему, вполне расслаблено улыбаясь. Он помолчал, ожидая, пока Шоу Юэ скроется среди сосен, и заговорил лишь тогда:

– Су Эн, – повернувшись ко мне, мужчина внимательно вгляделся мне в лицо: – У тебя все нормально?

– Да, – я поколебалась, не рассказать ли ему все сейчас, но говорить о преследовании шисюна было немного неудобно. Еще решит, что я выставляю желаемое за действительное.

– Ладно, – он явно не поверил мне, но решил не настаивать. Вздохнув, он добавил: – Ты же знаешь, что можешь прийти ко мне со своими проблемами? Я здесь не только для того, чтобы учить.

– Да, – от его слов мне на душе стало почему-то спокойно и радостно, и, улыбнувшись, я добавила: – Спасибо.

– Кстати, – окликнул он меня, когда я уже собралась откланяться, – сегодня праздник малой зимы. Его принято проводить с родственниками, но, думаю, ты не станешь сообщать своим родным, где ты, чтобы они приехали? Поэтому сегодня ужинаем в моей резиденции. Шоу Юэ тоже скажи – здесь мы одна семья и все праздники обычно отмечаем вместе.

– Да, наставник Юнхэн, – произнесла я, тщетно пытаясь скрыть радость. С ума сойти, я побываю в доме наставника! Даже присутствие шисюна не сможет отравить мою радость.

Однако, едва я, покинув заклинателя, двинулась к столовой на завтрак, как Шоу Юэ тут же решил предоставить мне возможность передать ему приглашение наставника, бесшумно перегородив мне путь.

– Шисюн? – растеряно спросила я, все еще мечтательно улыбаясь и витая в своих мыслях. Пусть уже говорит, что хотел, и оставит меня наедине с думами о том, какой прекрасный меня ждет вечер с самым достойным и прекрасным человеком на свете! И одной вредной лисой.

Мой мечтательный вид не ускользнул от парня, и он явственно помрачнел.

– Ты на него пялилась, – хмуро произнес он, и я даже остановилась от неожиданности, холодея. Неужели он догадался?

– Не понимаю, о чем ты, – проговорила я непослушными губами и, отводя глаза, попыталась обойти его – он все еще стол посреди тропинки, перегородив путь. Шаг влево – и Шоу Юэ снова оказался передо мной.

– Я прав, – так же хмуро произнес он, – за эти годы я научился разбираться в людях. Только вот лучше тебе не питать бесплодных надежд – такие отношения в школе запрещены. Это же так… пошло, – выдавил он, и в его голосе явственно прозвучало отвращение. Я дернулась, поднимая на него взгляд. Запрещены? Да и какие отношения, если никаких отношений у меня нет?

– Я не знаю, о чем ты говоришь, и хватит отнимать мое время, – снова выдавила я, едва ли понимая, что я конкретно говорю. В душе мешалось негодование на то, что Шоу Юэ вообще осмелился лезть в мою жизнь, и жгучий стыд оттого, что мои чувства так очевидны. У меня что, все на лице написано? А вдруг наставник тоже догадался, и втайне посмеивается надо мной? Нет, он бы не стал так делать.

Сейчас я мечтала лишь о том, чтобы Шоу Юэ исчез и дал мне пройти, но вместо того, чтобы освободить тропинку после того, как наговорил мне гадостей, он вдруг схватил меня за плечи и прижал спиной к ближайшему дереву.

– Посмотри на меня, – свирепо произнес он, поднимая мой подбородок, и я все же подняла взгляд. В глазах стояли слезы, и это немного отрезвило его. – Ты можешь хотя бы дать мне шанс?

– Шанс на что? – спросила я дрожащим голосом. – Что ты хочешь, шисюн? Чтобы я стала твоей любовницей?

– У мужчины может быть несколько жен, хоть две, хоть пять, хоть четырнадцать, – странно дернув головой, произнес он, и я истерически засмеялась. Надо же, мне делают предложение, да в такой изысканной форме!

– Нет, Шоу Юэ, я не буду твоей женой, не пятой, не четырнадцатой, – резко оборвав смех, произнесла я, и тут он меня поцеловал.

Не нежно, заставляю сердце трепетать, а грубо, притиснув к дереву за спиной. В его движениях поначалу чувствовалась злость, желание подчинить себе, а потом, опомнившись, он попытался вести себя осторожнее – однако я не отреагировала ни на первое, ни на второе. Поначалу я попыталась отпихнуть его, но, поняв, что он этого совершенно не замечает, просто замерла с открытыми глазами и ждала, пока он меня отпустит. Надо же, мой первый поцелуй, а я ощущаю лишь безнадежность и опустошенность. Отстранившись, он взглянул в мое лицо с болезненной надеждой – смягчилась я или нет, и я, все так же не меняя выражения лица, подняла руку и влепила ему пощечину.

– В следующий раз я запру тебя в барьере, и будешь сидеть тут, пока тебя кто-нибудь не выпустит, – срывающимся голосом произнесла я и, развернувшись, зашагала в сторону своего дома. Надо было прямо сейчас его запереть, что-то я поздно вспомнила про барьер… Добежав до гостевого домика, я заперлась в комнате, и, упав на кровать, залилась слезами. В ушах до сих пор стояли слова Шоу Юэ: «Такие отношения в школе запрещены. Это же так пошло». Меня трясло от того, что он догадался и так безжалостно прошелся по моей невинной привязанности: словно я вырастила хрупкий и прекрасный цветок на секретной полянке, а он нашел его и затоптал своим сапожищами. Да еще и поглумился, какая гадость тут выросла.