Сновидения Ехо - Макс Фрай

– Такое вообще возможно?! – спросил Абилат.

Я бы тоже спросил, но язык отказался повиноваться. И вокруг ни одной ракушки, чтобы положить в рот. Хотя происходящее было гораздо больше похоже на сон, чем наше давешнее веселье на пирсе.

С явью вечно так.

– Как видишь, возможно, – сказал Шурф. – «Последняя Сила» – зелье, которое изобрел Старший Магистр Ордена Водяной Вороны Валда Позумар, когда Лойсо Пондохва… скажем так, вынужденно прекратил исполнять обязанности Великого Магистра^[131]. Орден Водяной Вороны без него не просто осиротел, а утратил силу и смысл; всем было ясно, что его адептам конец, и счет идет даже не на дни, а на часы. Тогда Валда Позумар объявил своим товарищам, что у него есть средство, позволяющее каждому человеку исполнить одно свое желание. Любое, сколь бы невыполнимым оно ни казалось. Правда, ценой жизни, но для адептов Ордена Водяной Вороны это не было большой проблемой, Лойсо приучил их заранее считать себя мертвыми, а он был очень хорошим учителем – в том смысле, что умел воздействовать на умы. Поэтому многие Младшие и даже некоторые Старшие Магистры согласились принять пилюли и пожелать возвращения Лойсо, возрождения своего Ордена, ну или немедленного падения всех остальных, кому что больше по душе.

– То есть человек принимает пилюлю, загадывает желание, оно исполняется, а человек умирает, потому что на исполнение желания ушла вся его жизненная сила? – резюмировал Абилат. – Примерно так мне и рассказывали. Но всегда добавляли, что на самом деле это невозможно. По крайней мере, общеизвестно, что у Валды Позумара ничего не вышло, и в итоге его заживо разорвали на части рассерженные товарищи, чтобы неповадно было так над ними шутить…

– Тем не менее, с зельем все в порядке. Магистр Позумар не учел одного: желания его собратьев по Ордену оказались недостаточно неистовы. «Последняя Сила» действует только в тех редчайших случаях, когда человек хочет добиться своего больше, чем жить. Не в мыслях, не по велению долга, даже не как принято говорить в подобных случаях «всем сердцем», а всем своим существом. А это огромная редкость. Волю к жизни не обманешь. Даже я в свое время не обманул.

Я содрогнулся, осознав, что стоит за этим признанием.

– Это было очень давно, – сказал он мне. – И проговорился я не случайно, а намеренно. Вам обоим следует знать, что у меня была возможность лично изучить воздействие «Последней Силы» и понять, почему в подавляющем большинстве случаев ее употребление не дает никаких результатов. Можно считать меня в некотором роде экспертом – за неимением более компетентных. Кроме того, на моем счету многолетнее знакомство с единственным человеком, сумевшим и осуществить свое желание, и надолго остаться в живых. Так удачно сложилось, что на исполнение его желания требуется время. Очень много времени. Двенадцать тысяч гениальных стихотворений за одну ночь не напишешь. И за день, и за год. А если беспробудно пьянствовать в перерывах, можно стать практически бессмертным. Но леди Шимора, к сожалению, не настолько расчетлива. Ее желание уже осуществилось: она спасла своих пациентов. Формально, одного, но на самом деле всех пятерых, потому что не появись она настолько вовремя, ничего бы и не произошло…

– Пациентов? – переспросил Абилат. – Она знахарка? Почему я с ней не знаком?

– Потому что я не успел вас познакомить, – вздохнул я. – Хотя обещал. Это та самая леди, которая училась в Суммони. Неважно. Я потом тебе расскажу. Что мы сейчас можем сделать?

– Боюсь, ничего, – откликнулся Шурф.

– Быть такого не может, – упрямо сказал Абилат. – Всегда есть какой-нибудь выход. Она еще дышит. А значит…

И тут до меня дошло.

– Слушайте, так у нас же есть я!

Оба уставились на меня с таким удивлением, словно и правда только что увидели.

– Я могу шарахнуть ее Смертным Шаром и приказать выздороветь, – объяснил я, чуть не плача от облегчения. – И она выздоровеет как миленькая, никуда не денется. И все, вопрос закрыт!

– Твоя правда, – обрадовался Абилат. – Я этому методу не особенно доверяю, ты знаешь, но в безвыходных случаях вроде нашего…

– Только не сейчас, – сказал Шурф. – Если бы твой Смертный Шар мог принести пользу, я бы сразу велел тебе это сделать. То есть, конечно же, попросил бы. Извини.

– Но почему ты не?!..

– Особенность «Последней Силы» такова, что ее жертва не может согласиться со своим спасением. Я сейчас имею в виду неосознаваемое внутреннее согласие, которое является естественным откликом на чужие магические действия. Магию принято считать разновидностью насилия; строго говоря, так оно и есть, однако в случае воздействия на существо, обладающее сознанием, насилие принимает форму диалога, в ходе которого объект колдовства неизбежно соглашается с навязанной ему волей субъекта. А в нашем случае такого согласия не будет. Некому его давать. Колдуну не на что опереться, поскольку воля жертвы этого зелья уже устремлена к смерти, и любое стороннее вмешательство только придаст ей ускорение. В одном из случаев, свидетелем которого я стал, на помощь призвали человека, гораздо более сведущего и умелого, чем все присутствующие, включая меня. Однако его вмешательство только приблизило наступление смерти – впрочем, в любом случае, неизбежной.

– Но если смерть все равно неизбежна, почему бы не рискнуть? – спросил я.

– Потому что смерть наступит мгновенно, и твое колдовство будет воздействовать уже на мертвеца. Который, не сомневаюсь, послушно воскреснет. Я имею в виду, будет двигаться и разговаривать. И притворяться живой, настоящей леди Шиморой, просто немного уставшей от всего случившегося, а потому вялой и равнодушной ко всему, что с ней происходит. Зная тебя, я заранее представляю, что начнется потом. И не хочу принимать в этом участия. Но конечно придется, куда я денусь. Одна надежда: отговорить тебя прямо сейчас.

– Уже отговорил, – кивнул я. – Все что угодно, только не это. Но я не верю, что другого выхода нет. Должен быть.

– Я могу пойти на Темную Сторону, – неуверенно сказал Абилат. – Вдруг все-таки найдется какой-нибудь способ. Все лучше, чем так сидеть и ждать.

– Погоди, – попросил его я. Повернулся к Шурфу. Спросил: – Значит, ее нельзя спасти при помощи магии. А если спаситель совсем не будет колдовать? А просто… ну, я не знаю, к примеру, сделает ей массаж или щелкнет по лбу? Ни единого заклинания при этом не произнося?

– Не понимаю тебя. Какая польза может быть от массажа или щелчка?

– Неважно. Вопрос не об этом. Я имею в виду, если к ней сейчас кто-нибудь прикоснется, она не умрет?

– От обычного прикосновения? Конечно, нет. Но и толку от него не будет.

– А вот это мы еще поглядим, – угрожающе сказал я.