У вечности глаза жестокие - Розалинда Шторм

Рада вошла в туннель. Преодолела путь, не заметив никаких странностей. Подала Вольному сигнал. Отряд вступил под своды.

Каменная галька скрипела под ботинками. Мелкие валуны не мешали движению, однако, глыбы приходилось обходить, что существенно сказывалось на скорости отряда.

Спустя некоторое время застопорились. Лексус и смуглый медик чуть не уронили пострадавшего, когда компьютерщик, не увидев трещины, запнулся. Выровнялись. Пошли дальше. Но не успели.

Затрещал свод туннеля. Подпрыгивая, стали выпадать камни. Вначале одиночные, через пару секунд камнепад превратился в настоящую лавину.

Грохот и рокот пришедших в движение горных пород, оглушил людей. Мечась, они не находили пути и сталкивались друг с другом. Падали, поднимались, ползли на коленях, стараясь укрыться от сыплющихся обломков.

Александр суетился, пытаясь набросить более прочную броню на всех и сразу. Одиночный щит отмел без сомнений, так как ни о какой сплоченной группе говорить уже не приходилось. Люди обезумели от страха.

Снова толчок. Медик, единственный, кто сохранил хоть сколько — то здравого смысла, оттолкнул мельтешащего Лексуса вместе с Анатолием прямо под ноги Дарье. Чтобы тут же быть погребенным под завалом.

Схватив обоих за шкирку, Первоцвет поставила их на ноги. Остановив беспорядочное движение, дав Александру возможность накинуть защиту.

Грохот прекратился. Перестал трястись свод, еще немного осыпались мелкие камушки, но и они замерли. Вот только один из проходов, в который группа недавно вошла, отсутствовал. Он был полностью заблокирован обвалом.

Вольный упал. Сколько смертей, а он ничего не мог поделать. Зачем же дана сила, если она не помогает.

Жаркая ладонь успокаивающе погладила плечо. Провела по волосам, коснулась щеки.

— Вставай, родной, — шепнул Дарья на ухо. — Нужно выбираться. Рада уже, наверное, волнуется.

И вправду, от лука шли волны тревоги, которые перемежались с неуверенностью.

— Да, да, встаю, — протерев лицо грязным рукавом, Александр поднялся.

— Я в норме.

Взял себя в руки и осмотрелся. Чумазые, потрепанные, но в целом невредимые, товарищи со страхом и надеждой взирали на него.

Люди. Самые обычные люди. Спецназовцы, закаленные в горячих точках и ученые, проведшие большую часть жизни в исследованиях, кропотливой работе, в этот момент перестали быть для него разными. Стерлись грани, определяющие те или иные особенности профессии. Остались лишь люди. «Человеки», ждущие от Александра, сверхсущества, супергероя, защиты и спасения.

— Славка? — растерянно пролепетал Лексус. — Он что? Погиб?

Вольный нехотя кивнул.

— Но, как… ему нельзя умирать! У него же дети маленькие, — парень недоверчиво переводил взгляд с меня на командира. — Ему нельзя умирать!

— Прости, я не успел.

— Почему…

— Лексус, отставить треп! — прошипел капитан. — Подбирай сопли, и вперед, на тебе Толик.

Спец не сдвинулся с места.

— Боец, выполнять приказ!

Лексус повернулся и выплюнул в лицо Свиридову.

— Есть.

— Мы заберем его, Коля, — уже мягче добавил командир. — Обязательно заберем с собой. Никого здесь не оставим.

Побрели дальше. Нужно было выйти наружу, связаться с экипажем и поторопить пилотов. В туннеле связь не работала, свод глушил радиоволны.

Внезапно по узам силы пришла вязкая волна ужаса. Александра буквально передернуло, до того были сильны эмоции Любимовой.

— Стоп! — чуть повысил он голос, боясь чрезмерным шумом вызвать повторный камнепад. — За спину. Быстро.

Бойцы слаженно отступили. Доверяя своему чутью и приказу командира, без промедления выполнили указание, увлекая за собой спасенных.

Вольный прислушался. Рядом замерла Дарья.

— Второй прет? — задала она вопрос.

— Похоже на то.

— Вот, гадство! — сжала партнерша кулаки. — Как не вовремя.

— Капитан, — обернулась она к хмурому командиру. — Мы задержим его на какое — то время. Вам нужно успеть убраться.

— Сами?

— Одни, уйдем, — Дарья выделила интонацией первое слово.

Вновь борьба взглядов. И снова Свиридов отступил, проиграв уверенности меча.

— Понял. Начинайте.

Сам же, раздавая приказы подчиненным, мельком провожал их взглядом.

— Лишь бы одна не полезла.

— Не полезет, — Александр был уверен в благоразумии Любимовой. — Да и броня на ней, не переживай.

— Очень надеюсь.

Они спешили. Необходимо было успеть преодолеть туннель, пока под свод не ворвался монстр. На легкие шаги защитников, земля отзывалась гулом от поступи терриуса. Вольному казалось, что время летело слишком быстро, и они не успевали, катастрофически не успевали добраться до выхода.

— Щит! — закричала Дарья.

На автомате Александр бросил экран. И вовремя, с той стороны преграды показался каменный исполин. Настоящий гигант. Тот первый, в сравнении с этим экземпляром был по — настоящему мелок и жалок.

Нежная сердцевина полностью скрыта под толщей каменной оболочки. Псевдоруки и ноги были больше похожи на сваи, чем на человеческие конечности. Камень, должный изображать голову, безглазо пялился на укрытых людей, с точностью до сантиметра ощущая расположение.

Вот терриус поднял лапу и дотронулся до щита. Словно проверяя преграду на прочность, нанес несколько точечных ударов в разные части экрана. Не пробил. Отошел на шаг и остановился.

— Аккуратист, блин! — возмутилась Дарья. — Точно на границе встал, тварина.

Вольный молчал. Судорожно думал, как же сдвинуть щит вместе с терриусом и при этом не свалиться от нехватки силы.

Конечно, была возможность убрать защиту и пролезть под ногами гиганта. Но, он не был уверен, что обозленный монстр повелся бы на такую уловку и стал преследовать именно их защитников. А не потопал прямиком в туннель. Так что этот вариант даже не рассматривался.

— Даша, — повернулся к партнерше. — Сможешь протащить меня со щитом на полметра?

— Если этот не станет давить, — кивнула Дарья на терриуса. — Думаю, рывком, смогу.

— Отлично. Как только появляется зазор, выходишь. С Радкой стараетесь отвлечь каменюку от экрана. Я переделываю щит на подвижный. Пока не буду, слишком много энергии жрет. Попробуем прижать гада к скале.

— Поняла.

Первоцвет отошла на несколько метров.

— Будь осторожна, — проговорил Александр нервно.

— Всегда, — ответил Дарья.

Пара секунд, чтобы успокоить дыхание.