Под северным небом. Книга 1. Волк - Лео Кэрью

Хафдис обернулась к Кетуре и, изобразив бесцветную улыбку, слегка приобняла молодую женщину за талию.

– Рада видеть, Кетура! Как поживаешь? – спросила она и, не дождавшись ответа, добавила: – Разве не грустно, когда легионы уходят?

– После ухода отца в доме стало гораздо меньше смеха, – ответила Кетура. – Хотя, сказать по правде, он наслаждался только своей собственной персоной. Но я рада, что сатрианцы наконец-то будут изгнаны.

– О да. Полагаю, ты присматриваешь за своей матерью, – небрежно бросила Хафдис. – Сегодня слишком жарко.

Кетура уже привыкла к резким поворотам мысли Хафдис, чтобы всерьез обращать на это внимание, но про себя отметила, что жарко ей только из-за обилия шерстяной одежды.

– Ты одета не совсем по погоде, дорогая, – сказала она мягко. – Слышала, Унндр и Уртр женились? Мои поздравления!

Выражение неприязни на лице Хафдис сменилось отвращением.

– Я мечтала о лучшей для них доле. Замухрышки из Дома Орисов и Надоддуров? Теперь это останется на совести моего мужа.

– Разве мальчики не хотели жениться?

– Они даже ни разу не видели своих жен до помолвки. Обе девушки глупые и невзрачные – от таких союзов никакой радости.

– Мне так жаль, – притворно посочувствовала Кетура, качая головой.

Она с трудом подавила сардоническую усмешку, которая едва не вырывалась из нее всякий раз, когда она слышала об этом. В отсутствие Роупера Уворен укрепил свою власть над Хиндранном, женив двух сыновей на дочерях малопризнанных Домов. И Дом Орисов, и Дом Надоддуров были ничтожны и не представляли особой ценности для Уворена, но они существенно увеличивали его шансы на трон. Роупер, скорее всего, потерпит поражение в войне, но на всякий случай – если он все же вернется в Хиндранн, – Уворен уже гарантировал себе подавляющую поддержку. Ход, который он сделал, был сильным. Перевес на его стороне будет таким значительным, что новые союзники ему уже просто-напросто не понадобятся. Образно говоря, Уворен поставил ногу на горло Роуперу и постепенно усиливал давление. Но и Унндр, и Уртр, как она слышала, этими союзами были страшно недовольны. Кетуре даже рассказывали, что Унндр постарался провести свою первую брачную ночь как можно дальше от невесты.

– Я должна вернуться к матери, дорогая Хафдис. Ты не откажешься разделить со мной вино послезавтра? Я буду очень рада с тобой увидеться.

Хафдис согласилась, и Кетура мысленно поблагодарила себя за то самопожертвование, на которое она была готова пойти ради мужа. В обычных обстоятельствамх она очень осторожно выбирала себе подруг, и Хафдис вряд ли была той компанией, общения с которой она бы жаждала. Но сейчас мало кто сможет полнее познакомить ее с секретами Уворена, чем его разочарованная жена.

Таким образом, у Кетуры появится еще один союзник. Сражение пока развивалось вполне успешно.

Она уже собралась уходить, как вдруг воздух вокруг нее словно застыл. Только что беззаботно болтавшие за прилавками продавцы внезапно умолкли и посмотрели на Кетуру. Вернее, не на нее, а куда-то за ее правое плечо. И даже Хафдис вдруг стала очень тихой. Кетура обернулась, уже понимая, что там увидит, и нос к носу столкнулась с самим Увореном Могучим, стоявшим за ее спиной. Для человека, находящегося не на войне, он носил слишком много стали. Весь его ремень был покрыт стальными пластинами, шерстяную рубаху усеивали толстые стальные зажимы. На поясе висели стальные ножны с длинным кинжалом, который он раньше брал только на битвы. Поверх стальной кольчуги был надет прихваченный стальной застежкой плащ. Длинные волосы были собраны в роскошный хвост, носить который имели право только лорды и Священные Гвардейцы.

Зрелище заставило Кетуру иронично изогнуть бровь. В желании себя украсить Уворен, несомненно, потерял уже все берега.

Царившее вокруг молчание сменилось взволнованными перешептываниями, и Уворен озарился улыбкой.

– Доброе утро, друзья! Прошу, продолжайте свои дела!

Людская масса на рыночной площади почти не отреагировала на его слова, лишь слегка колыхнулась.

Рядом с Увореном стоял Болдуин Дюфгурсон, Трибун Легионов – высокий, черноволосый, с тонким лицом и узкого телосложения. Он надменно осмотрел Кетуру с ног до головы, словно подозревая что-то нехорошее в том, что жена Роупера оказалась к нему так близко, и холодно спросил:

– Что ты здесь делаешь, Текоасдоттир?

Кетура сделала вид, что изумлена, и осмотрелась.

– Как странно, Трибун, я думала, что я на рынке… Погоди-ка! – Она огляделась еще раз. – А ведь точно! Действительно, на рынке… Наверное, я здесь что-то продала или купила…

И она посмотрела на него ледяным взглядом.

Уворен расхохотался, игриво толкнул Болдуина в бок, что последнему, похоже, не понравилось, затем глаза его остановились на жене.

– А ты? – спросил он, все еще улыбаясь. – Почему ты здесь?

– Покупала яйца, – нерешительно ответила Хафдис.

– А разве ты не должна сейчас заниматься плетением?

– Я устала.

– Надеюсь, твой перерыв закончился и теперь ты вернешься к своим занятиям, – сказал Уворен, не переставая улыбаться.

Хафдис взглянула мельком на Кетуру, быстро попрощалась и пошла домой, неся на сгибе руки корзину с яйцами. Как только его жена скрылась с глаз, Уворен перевел взгляд на Кетуру.

– Так и что ты продавала, мисс Кетура?

Она пожала плечами:

– Немного древесины из Траудена, капитан. Еще купила пряжу. Пряжу и гусиные яйца.

Уворен улыбался. И улыбка его была настолько обаятельной, светилась такой теплотой и доверием, что она почти забыла, кто именно стоит перед ней. Она стала испытывать к нему даже некоторую симпатию.

– Собираешься немного поплести?

– Вместе с матерью. Отец уехал, и ей сейчас тяжело. Нужно чем-то отвлечь.

– О! Надеюсь, у тебя получится. – Уворен посмотрел на Болдуина, все еще стоявшего рядом с надменным видом. – Ты можешь идти, Болдуин.

Трибун поспешно прошел мимо Кетуры на рынок. Некоторое время Уворен смотрел на его спину, затем шагнул поближе к девушке. Та не сдвинулась с места.

– Я молюсь за то, чтобы твой муж вернулся домой с победой.

– Нисколько в этом не сомневаюсь, капитан.

Несмотря на то что Кетура была высокой, Уворен Могучий рядом с ней казался просто громадным. Даже не покрытые доспехами плечи его были шириной с распростершего крылья орла, а руки – могучи, словно цепи, поднимавшие решетку Великих Врат. Кетура, невзирая на то, что с детства привыкла к Текоа и Прайсу, которых другие боялись не меньше, чем Уворена, была несколько подавлена его чудовищной мощью. Когда он говорил, голос его, казалось, проникал прямо через ее грудную клетку и поднимался к горлу.

– Наверное, тяжело тебе сейчас, когда и Роупер и отец отсутствуют? Еще и с такой больной матерью…