Академия смертей. Учеба до гроба - Валерия Тишакова

Да и стены в нашей академии не были выкрашены в черно-красных тонах. Мы вели себя… как смертные. За исключением магии и специфики работы. Жизни же, напротив, подчеркивали свое предназначение. Все их учреждения были увешаны картинами с младенцами, стены были выкрашены в белый цвет, а розово-голубая лепнина вызывала у меня тошноту радугой. Фанаты тети Аси, чтоб их.

И посередине этого белого великолепия стояла я, в черном балахоне с перекошенным лицом.

– А что это за чернильная клякса? – послышался ненавистный мне с детства голос.

Не мой день. Голос принадлежал Софии, моей троюродной сестричке и, по совместительству, кошмару, отравлявшему мне школьные годы.

Макс с ошарашенным лицом нас рассматривал. Да… нас можно было спутать. Обе блондинки с тонкими чертами лица, обе худые, одинакового роста. Но у меня глаза серые, а у Софии фиолетовые. Мои волосы вьются, а у сестры идеально ровные. Плюс бедра у нее более массивные, хоть где-то в мире настала справедливость.

Друг друга мы органически не переваривали. Причем как таковых гадостей ближнему не делали. Просто мамы у нас больные на всю голову. Кто в здравом уме будет постоянно тыкать ребенка носом в сторону сестры? А она получила «пять», а она занимается гимнастикой и играет на виолончели. София, в свою очередь, слышала почти то же самое от своей мамы. А когда тебе постоянно ставят кого-то в пример, ты вряд ли будешь им восхищаться. Ненавидеть куда реальнее.

В начальной и средней школе мы просто соревновались. У кого бантики красивее, кто лучше доклад напишет. Учителя умилялись и ставили нас в пример другим, что не способствовало популярности. А иногда нас могли стравить и с интересом наблюдать, как мы дискутируем.

Мне надоело это классе в девятом. Сестра тогда подрядилась на каникулах подрабатывать, и мне сразу высказали, что я ленивая задница. Ну, я поплакала немного и села изучать вакансии на лето. И тут меня как молнией ударило! Я угроблю свои каникулы на то, чтобы доказать что-то маме, которая все равно найдет, во что меня ткнуть носом? Зарплата там у Софии окажется больше или что. Это при том, что смертям вообще деньги не нужны. И я забила. Хочет Софка весь день корпеть над рефератом ради пятерки, ее дело. Я лучше потрачу три часа ради четверки и буду весь вечер гулять. С тех пор я превратилась в нынешнюю Джульетту-раздолбайку.

А у кузины страсть к идеалу осталась. Вот и сейчас. Снежно-белый, идеально отглаженный балахон, из прически не выбивается ни одного волоса, и естественный макияж, который вообще незаметен.

– Кеды, футболка, сползающая с плеча, мятый черный балахон и шухер на голове. Джульетта Мор в своем репертуаре. Что же ты не поддерживаешь «облико МОРале»?

Мою фамилию она выделила особо. Ну да, как я забыла, она уже три месяца как сменила девичью фамилию на мужнину. Помню-помню свадьбу, а особенно букет, который угодил в мою тарелку с тортом и испачкал мне платье брызгами крема. Это была ее месть, когда я на выкупе предложила доплатить жениху за то, что он на ней женится.

– Пошли! – Меня сгребли за рукав и буквально втолкнули в пустующую аудиторию. – Не хватало мне из-за тебя разборок.

Макс тем временем отошел к окну и с интересом уставился на темную махину Академии смертей. Вот что магии стоило на пару километров левее взять?

– Она тоже диплом завалила? – С детской непосредственностью поинтересовался Макс. – Чего здесь в такое время тусуется?

Как красиво смотрелись красные пятна на лице на фоне белых одежд жизни.

– Я поступаю в аспирантуру! – рыкнула София и щелкнула пальцами. От них отделилась искра и затерялась в волосах Макса. – Ты! В следующей жизни будешь собачкой.

– Желательно чихуахуа, – добавила я, и на меня сердито посмотрели. – Что? Ты сам хотел! Соф, что ты всполошилась? Сейчас мы уйдем.

Кузина резко развернулась ко мне. Думаю, имей она такую возможность, гарантировала бы мне следующую жизнь в образе таракана. В меня ткнули пальцем, но зашипеть не успели.

– У тебя страз от маникюра отлетел, – невзначай проинформировала я.

Палец убрали.

София заметалась по аудитории с такой скоростью, что ее хламида развевалась сзади на манер плаща, а цокот каблуков заглушил щебетание птиц за окном.

– Что я всполошилась? Смертный! Здесь! И притащила его моя нерадивая сестричка. Просто чудесно!

– Ну не ты же!

Я не понимала, с чего она взбесилась. Все шишки если и будут, то только моими. Нет, она будет паниковать и психовать, вместо того чтобы окольными путями проводить нас на выход и, если уж хочется подгадить, поднять тревогу.

– Я вызову охранника.

Что? Не надо охранника, я пошутила.

Я кинулась наперерез жизни и перехватила ее руку, уже протянутую к двери.

– Соф, должна буду! Выведи нас отсюда.

Меня смерили презрительным взглядом. А затем начали по одному отцеплять мои пальцы от своего запястья.

– Сомневаюсь, что неудачница с незаконченным высшим может что-то предложить дипломированному специалисту.

И, открыв дверь, проорала:

– Охрана!

Счастье, что я успела поднапрячься и захлопнуть дверь еще на первом слоге вопля.

– Ты что творишь!

А я пошла вразнос. Упершись ей в плечи, оттолкнула от двери.

– Только попробуй! И я… я…

Кузина гадко ухмыльнулась, не впечатленная моими потугами ее запугать, и тут мне в голову пришла хорошая угроза:

– Я скажу, что ты мне объяснила, как сюда переместиться. Что там у вас за раскрытие секретной информации полагается?

– Ну ты и дрянь… Вся в дядю. Или не в дядю? – Улыбка жизни стала на редкость глумливой. – Может, ты этот… байстрюк…

– Что?! – Я с силой смяла ткань ее одеяния в руках.

– Я тут краем уха слышала, что у твоего отца проблемы с осанкой. Рога к земле тянут. Хотя… Если ты вполовину похожа на него, то тетю я понимаю. Кому охота жить с неудачником и плодить от него детей? Удивляюсь, как она на второго ребенка согласилась. Да и, по правде говоря, Офелия получилась так себе. Будь она смертной, жизнь бы за такое распределение от работы отстранили.

Ладно я, мне не привыкать. Стерплю даже про родителей. «Добрые» студенты ежегодно пускают сплетни о романах папы. Но Фели…

Маникюр на этот раз оказался испорчен у меня. Стянув балахон с плеч кузины, я обездвижила ее руки и ударом по голени свалила Софию на пол. Мечты сбываются… Как давно я хотела ей навешать!

Перевернув ее на живот, заломила руку и, сев на спину, вцепилась в волосы, заставляя выгнуть шею. Софа заверещала как потерпевшая.

– Ты, дрянь лицемерная! Что же ты вечно ее везде с собой таскаешь? Развлекаешься? Значит, моя сестра для тебя – что-то типа ручной обезьянки? Вроде забавная, но страшненькая. Давай с подружками позовем ее гулять, а сами будем ржать за ее спиной? Не подходи! – рявкнула на Макса, потеряв концентрацию на секунду.