Личная помощница ректора - Анна Одувалова

Какое-то время я не предпринимала никаких действий и отстраненно взирала на творящийся беспредел. На визжащих одногруппниц, на одногруппников, пытающихся сохранить спокойствие и не выглядеть в дурацкой ситуации трусами, и на падающие переспевшие ягоды клубники. Мерзкое знакомое хихиканье где-то под потолком развеяло сомнения — к бардаку приложил мохнатую лапку шушель. Я подняла голову, надеясь рассмотреть мерзавца, но вместо этого получила по физиономии ароматной крупной клубничиной. Не удержалась и слизнула сладкую массу. Клубника была самая настоящая, вкусная, и следующую ягоду я поймала в руку и снова уставилась на потолок. Я все еще не теряла надежды рассмотреть шушеля, но гаденыш талантливо прятался. На потолке и люстре его пока не было. Радоваться этому или нет, пока было непонятно.

Я привстала на месте, понимая, что это безобразие просто необходимо прекратить, но не знала, что делать, а паника вокруг набирала обороты. Похоже, падающая клубника пришлась по вкусу только мне. Причем и в прямом, и в переносном смысле. Мои одногруппники, которые сидели на нижних рядах, с воплями ринулись в коридор, но не смогли вырваться. Кто-то завопил про заблокированные двери, хотя я еще с первого курса запомнила: двери в этой аудитории открываются не наружу, а вовнутрь. Бесполезно биться о толстую древесину хлипкими плечами клерков. Нужно всего лишь отступить и дернуть на себя. Но, похоже, страх стер воспоминания и убил здравый смысл. Я хотела крикнуть, но поняла, что бесполезно — в таком гвалте меня никто не услышит.

Като отчаянно вцепилась мне в руку и, зажмурившись, голосила, а прямо по партам, бросив свою благоверную, ко мне мчался Крис. Ну надо же! Стрессовая ситуация заставила его вспомнить былое и расставить приоритеты. Только вот мне его жертва была уже не нужна, скорее, даже напрягала. Я прикидывала, как бы добраться до лича — источника, породившего панику.

Невозмутимый профессор наконец уложил герру Эликсу на первый ряд парт, откуда народ уже сбежал, и теперь с немым спокойствием наблюдал за нарастающей истерией. С потолка все так же продолжали падать цветочные лепестки, а на люстре появилась неясная пушистая тень — шушель, который снова принялся кидаться в визжащих девиц клубникой. Видимо, тваренышу это доставляло немалое удовольствие. Он повизгивал, хихикал и раскачивался на люстре.

Я поняла: если не сумею сбежать, то ситуацию под контроль взять не удастся, а это меня совершенно не устраивало. Поэтому вывернулась из цепкой хватки парализованной страхом Като, отскочила от слишком рьяного Криса, который жаждал меня спасти и напролом кинулась к профессору-личу. Нужно его отсюда увести и устроить выволочку Ариону фон Рассу — пусть идет и разбирается со всем. Сам заварил кашу, пусть сам и расхлебывает. И перед геррой Эликсой извиняется, благо ему не привыкать. Вон в министерство с подарками ходит как на работу.

— Как тут занимательно, Мира! — поприветствовал меня лич и улыбнулся.

У меня даже мурашки по спине пробежали. Хотя я думала, что уже привыкла к оскалу самого ценного преподавателя академии, но нет! Сейчас снова пробрало до мурашек.

— Валить бы отсюда надо, — задумчиво пробормотала я, справившись с иррациональным страхом, и кивнула в сторону клубящегося за спиной профессора тумана.

— Думаете? А мне пока тут нравится, — заметил лич. — Да и демоненка не стоит оставлять рядом с неподготовленными людьми.

— Рядом с неподготовленными людьми не стоит оставлять вас! — категорично заявила я и, схватив лича за рукав, потянула к клубящемуся магическому туману.

Лич от неожиданности пошатнулся и, чтобы не упасть, ухватил меня за талию. Я повела себя молодцом и даже не завизжала. Зато с ума сошел Крис.

— Мира! Я тебя спасу, любовь моя! — завопил он и по партам кинулся ко мне, но не добежал, так как его встретила разгневанная Рокси.

— «Любовь твоя», говоришь? — прошипела брюнетка и уложила благоверного классическим хуком справа, вызвавшим восхищенный вопль даже у знатного драчуна Дрона.

— Вы правы, — пробормотал лич. — Пожалуй, пора уходить. А что с геррой делать? — Он покосился на герру Эликсу в отключке и начал потихоньку отступать.

— А мы сейчас нашего ректора отправим сюда разбираться, — мстительно заявила я, прикидывая, каким изысканным способом буду убивать своего работодателя. — Заодно твареныша пусть приструнит, а то разошелся!

Шушель, правда, мерзко подхихикивая, качался на люстре и кидался клубникой в суетливо бегающих людей, но на фоне колоритного лича смотрелся блекло и ажиотажа не вызывал. Его не воспринимали всерьез, и твареныш, привыкший к вниманию, злился сильнее. Стоило бежать, пока шушель не сообразил, кто виноват в сложившейся ситуации, и не вздумал напакостничать нам. Лич, видимо, подумал об этом же. Он рванул меня за собой, и мы вместе рухнули в облако сизого тумана.

Из замаскированного портала вылетели, как и ожидалось, в апартаментах ректора. Сам Арион фон Расс выглядел преступно довольным. Он, развалившись, сидел в кресле и попивал из широкого бокала коньяк. На нас он посмотрел снисходительно и с ленцой. У меня возникло стойкое желание вмазать ему по наглой самодовольной физиономии. Примерно так, как недавно Рокси приласкала Криса. Но усилием воли я сдержалась. А может, потому что просто пока переводила дух.

— Ну, как все прошло? — невозмутимо поинтересовался он, сделал большой глоток коньяка, блаженно зажмурился и кинул в рот крупную виноградину с тарелки. Вид при этом он имел такой довольный, что я начала закипать, словно чайник, но прежде чем успела разразиться гневной тирадой, на вопрос ответил лич:

— Все по плану.

— По плану? — Я даже поперхнулась. — По плану? — переспросила я, отдышавшись, и перевела взгляд с ректора на примостившегося в соседнем кресле лича. И тот и другой имели на редкость довольный вид. Вот никогда бы не подумала, что научусь определять, насколько довольный или недовольный вид имеет мертвец.

— Ну и замечательно!

Ректор добавил себе в бокал еще янтарной жидкости, ухватил веточку винограда, поднялся с кресла и направился к клубящемуся порталу. Сбежать я ему не позволила, схватила за рукав и повисла на руке.

— Куда вы? — призвала к ответу я. — Объясните сначала, что происходит?

Арион фон Расс вздохнул, покосился на меня раздраженно и произнес:

— Может, потом? А то там шушель хулиганит, и ваши согруппники совсем беззащитны перед его шалостями…

— И дама в обмороке, — добавил лич.

— Вот обморок мы не планировали! — покачал головой фон Расс, но раскаяния я на его самодовольной физиономии не заметила.

— А что вы планировали?

— Небольшое показательное выступление, которое завершу я, — с готовностью отозвался ректор и посмотрел на меня с ухмылкой. Я вздрогнула от обжигающего взгляда и шарахнулась в сторону. Арион фон Расс сделал вид, будто не заметил. Он продолжил: — Сейчас вернусь, объявлю все, что было до моего появления, талантливой иллюзией, и в довершение устрою магический салют из специального порошка. Вы же хотите узнать, кто вас проклял, так ведь, Мира?