Чужое наследие - Вячеслав Шалыгин

Воротов уже решил, что очередное «озарение» князя Сергея было ложным, но тут случилось нечто необъяснимое. Двое штурмовавших каюту солдат вылетели из двери спиной вперед, будто подхваченные мощнейшей взрывной волной, и крепко приложились затылками об опаленную стену. Между тем никакого взрыва в каюте не было. Полковник еще не успел осмыслить ситуацию, а серебристый кортик будто бы сам собой оказался в его руке. Спецназовцы поступили точно так же. Для чего служит выданное им «особое» холодное оружие, знали все. История взвода кремлевской охраны, остановившего продвижение орды метаморфов при помощи таких вот серебристых клинков, успела стать страницей в учебниках. Новому поколению солдат сражаться с подобной чертовщиной пока не довелось, и они полностью полагались на личный пример полковника – человека и вовсе легендарного.

Воротов на секунду заглянул в помещение и, отпрянув, перехватил кортик за лезвие. Щукин находился в каюте, без сомнений. Возникал вопрос, куда подевался старшина, но возможно, он лежал на полу вне зоны видимости, а вот Щукин стоял напротив двери и ждал продолжения атаки. Полковник почувствовал, как внутри прокатилась горячая волна. Преображенский оказался прав не только в том, что врага следует искать здесь, в пятой каюте на второй палубе, но и в том, что он не совсем человек. Нет, выглядел Щукин вполне привычно: две ноги, две руки, голова… Но Игорь мог поклясться, что лицо этого человека не имеет ничего общего с нормальным обликом землянина. Да и чинида тоже. Для точного описания увиденного Игорь не сумел бы подобрать слова. Лицо Щукина сохраняло некоторую схожесть с человеческим, но все его черты искажала зловещая гримаса. Такая физиономия подошла бы скорее сказочному монстру, чем воскресшему космолетчику.

На все эти размышления полковник потратил не больше секунды. Затем он прыгнул и в прыжке метнул кортик. Обычно Воротов не промахивался, а скорость, с которой летел клинок, позволяла оружию пробить пятисантиметровую доску, но сейчас все получилось иначе. Игорь успел заметить, как Щукин разворачивается на полоборота и пропускает кортик мимо груди. Тупой удар и треск пластика подтвердили опасения – клинок прошел мимо цели и воткнулся в стену. Однако Воротова это не обескуражило. Он махнул двоим солдатам, указывая на «хеклеры», а еще двоим приказал работать холодным с дистанции. Две бесшумных очереди и два брошенных кортика создали «благоприятный фон». Неизвестно, попали они в цель или нет, но это и не имело значения. Под прикрытием стрельбы Воротов прыгнул к лежащим у стены солдатам, выдернул у них из ножен кортики и, резко развернувшись, бросил в противника сразу оба клинка.

Когда кортики уже свистели в воздухе, Воротов осмыслил общую картину. Щукин надменно улыбался, стоя на прежнем месте и абсолютно не реагируя на зловещий шепот «хеклеров». Пули его не брали. Причем они не рикошетили от какой-то брони и не вязли в силовом поле. Сквозь врага они тоже не проходили – в противном случае стена позади Щукина превратилась бы в щепки. Пули будто бы просто исчезали на подлете. Кортики, брошенные двумя солдатами, тоже не причинили Щукину вреда. Они вонзились в стену на пять сантиметров выше и ниже кортика, брошенного Воротовым.

Время для Игоря словно затормозилось. Два серебристых клинка медленно приближались к цели, но Щукин, похоже, имел все шансы уклониться и от них. Вот он отвел назад левое плечо и чуть подался вправо, пропуская кортик в паре сантиметров от шеи, а затем присел и наклонил голову. Второй клинок прошел впритирку к его макушке, чуть шевельнув волосы.

Воротова обожгло. Бой проигран! В руках у спецназовцев больше не осталось ни одной единицы действенного оружия. Когда кортики с треском воткнулись в переборку, образовав в целом подобие креста, полковнику подумалось, что трещит не стена, а готовое рухнуть здание ОВК. Перед глазами даже возник зрительный образ…

И вдруг лицо Щукина перекосила гримаса боли. Воротов опустил взгляд и увидел вонзившийся в бедро монстра серебристый клинок. Старшина! Он бросил великокняжеский кинжал из неудобного положения, но успел сделать это вовремя. В тот момент, когда внимание врага отвлек полковник.

– Ваш бродь, есть связь! – голосом первого пилота ожил коммуникатор. – Запускаю движки! Активизирую индивидуальный портал!

Вообще-то, Воротову было не до приема рапортов и не до командования, но он успел осмыслить информацию и крикнуть «Отходим!», прежде чем, бросившись вперед, схватиться со Щукиным.

Поединок получился красивым, хотя и болезненным для обоих. Игорь нанес врагу короткую серию ударов и волчком ушел вправо и вниз, пытаясь достать рукоятку кортика, торчащего из бедра противника. Щукин ему этого не позволил. Тяжелым ударом он отбросил полковника к стене. Рана частично лишила монстра подвижности, поскольку при каждом движении клинок причинял ему сильную боль, но и вторая атака полковника не увенчалась успехом. Щукин блокировал удар в голову, ушел от прямого удара ногой в корпус и ответил двойным прямым в грудь. Это было похоже на синхронный удар двух кувалд. Игорь почувствовал, как трещат ребра и захлебывается кровью сердце. Однако Воротова не смутили проворство и сила врага. Он снова бросился в атаку, ушел от удара в лицо открытой ладонью и, резко присев, выполнил подсечку. Щукин попытался перепрыгнуть через ногу полковника, но подвело раненое бедро, и враг упал навзничь. Игорь тут же прыгнул на упавшего противника и прижал его горло коленом, одновременно выдергивая из раны клинок. Игорь уже перехватил оружие поудобнее и коротко замахнулся, чтобы покончить с врагом, вонзив кортик ему в грудь, но Щукин зарычал и легко сбросил полковника. Они снова вскочили на ноги и замерли в боевых стойках. Щукину больше не мешал торчащий из ноги кортик, более того, рана затягивалась на глазах, но атаковать он не спешил. Воротов оказался опасным противником, к тому же в его руке серебристо поблескивал опасный клинок. Щукин сделал два шага назад и взмахнул рукой, будто устанавливая между собой и полковником невидимый щит.

– Я отпускаю тебя, человек, – черты лица монстра неуловимо изменились, вновь превращаясь в физиономию Щукина.

– Премного благодарен, – Игорь вытянул вперед левую руку.

Между противниками действительно появилось упругое силовое поле.

– Иди, иди, на крейсере уже объявлена тревога. Ты достойный противник. Но за порогом этой каюты мое благоволение тебе не поможет. Так что поспеши…

– Я еще вернусь за тобой… хранитель, – Воротов усмехнулся. – Лучше не рискуй и уматывай, откуда пришел.

– Сегодня тебе просто повезло, – Щукин поморщился. – Или кто-то помог. Я еще разберусь, в чем было дело. А разобравшись, будь уверен, повтора не допущу…

Воротов попятился и уже из коридора помахал Щукину рукой.

– Не кашляй, урод!

Он мог бы покрасоваться еще, но в перспективе коридора уже показались бегущие со всех ног чинидские матросы.

– Господин полковник, мы прикроем!

Рядом возникли четверо десантников. Они тут же открыли бесшумный огонь.

– Раненых вынесли? – Воротов задержался на пороге шлюза.