Демон. Одиночка - Маргарита Блинова

Не дожидаясь, пока Курт подойдет, я быстро вскакиваю на ноги, утянув за собой всю простынь. Микаэль, не успевший сообразить, что к чему, быстро прикрывает руками то, чем еще накануне грозился меня поразить, и почему-то краснеет.

— Сынуля, думаешь, твоя мама чего-то там у тебя не видела? — насмешливо рычит мадам Дамир.

Споткнувшись о край простыни, я торопливо иду к выходу, в надежде покинуть комнату и остаться безнаказанной за нашу маленькую шалость.

Мечтай, Яблокова.

Поступь тяжелых шагов позади меня рушит все надежды, а едва мы выходим в коридор, лаэрд грубо хватает меня за локоть и резко разворачивает лицом к себе.

Я исподлобья смотрю на мужчину, одетого в темно-вишневый домашний костюм. Пижамные широкие штаны, спущенные на бедра, облегающая мощную грудную клетку футболка с короткими рукавами, растрепанные после сна темные волосы и легкая щетина на щеках.

Курт выглядит невероятно сексуальным и фантастически злым!

— Глупая девчонка, — тихо рычит он мне в лицо. — Что ты хотела этим доказать? Что умеешь спасть с мужчинами? Так я это понял еще в прошлый раз.

Глаза цвета опала мечут в меня зеленые молнии.

Яблокова, а Микаэлю еще крупно повезло, что Курт прихватил с собой на прицепе маман. Чувствую, в этот раз одним фингалом под глазом дело бы не обошлось!

Мужчина сжимает пальцы, и я кривлюсь от вспышки боли чуть выше локтя.

— А что еще мне оставалось делать? — дерзко рычу в ответ, вырывая руку из захвата. — Вы же для меня слишком стары…

Грозный, устрашающий рык проносится по безлюдному в столь ранний час коридору коттеджа. Я испуганно вжимаю голову в плечи и позорно отступаю назад.

На побледневшем лице мужчины играют желваки. Крепко сжатые тонкие губы, кривятся в угрожающей ухмылке. А глаза… Если бы взглядом можно было убить — Курт давно бы распял меня у всех на виду.

— Так это просто для того, чтобы насолить мне? — в его голосе звенит металл. — Ты еще глупее, чем я думал…

Несмотря на страх, который я испытываю в данный момент, несмотря на бешено колотящееся в груди и висках сердце, я задыхаюсь от возмущения. Он считает меня глупой?

— У меня больше нет к тебе доверия, — холодно произносит лаэрд. — Все послабления в расписание отменяются. Марш в свою комнату!

Ну, вот опять это расписание. Опять это глупое стремление сделать из меня послушного робота. Опять настойчивое желание убить во мне всю спонтанность.

Вот только я не собираюсь становиться таким же, как он!

Мужчина разворачивается, что уйти, но я хватаю его за локоть.

— А знаете, в чем ваша проблема, Курт? — спрашиваю звонким голосом. — Я видела вашу с Бет фотографию… Тот мужчина, который сейчас стоит передо мной, лишь слабая тень прежнего. Вы умерли, Курт! — я не щажу его. — Вы умерли вместе с ней!

Он дергается, словно от пощечины, и отступает назад.

— Чтоб вы знали, в моем папе больше жажды жизни, чем в вас! — почти кричу я. — Почему вы решили, что все кончено? Только потому, что однажды были счастливы, и она умерла?

Курт снова дергается и сжимает кулаки.

— Не смей… — предупреждает он, но ярость и адреналин разогнали меня до такой степени, что теперь я уже не в силах остановиться.

— Она умерла, Курт! Бет умерла! — кричу на весь коридор, совершенно не заботясь о том, что кто-то еще может стать свидетелем этого скандала. — Она! Но не вы!

Лаэрд рычит и кидается на меня.

Вмиг я оказываюсь прижата спиной к холодной стене, а его правая рука крепко сжимает мое горло.

— Замолчи! — угрожающе рычит мужчина. — Ты ничего не знаешь, девчонка!

— Знаю! — с трудом сглатываю, тем не менее продолжая упрямо смотреть в его глаза. — Вы не единственный в этом мире, кто терял любимых людей!

Его пальцы сжимают мое горло еще чуть крепче, ладонь надавливает на гортань, и я испуганно хриплю от неприятных ощущений, всерьез опасаясь задохнуться.

— Не смей никогда говорить о ней, — тихо произносит он, еле сдерживаясь от ярости.

И вот мне бы промолчать, но паршивый характер вновь дает о себе знать.

— А то что? — криво улыбаюсь, сама поражаясь своему бесстрашию. — Придушите меня?

Еще один громкий рык неприкрытой ярости сотрясает тишину коридора. Я испуганно закрываю глаза и сжимаюсь.

Рядом слышится шум открываемой двери.

— Конрад! — приходит мне на помощь мадам Дамир.

Я чувствую, как мужчина наклоняется ко мне и прижимается лбом. Его кожа кажется обжигающе горячей, так, словно ко мне прислонился не живой человек, а кастрюля с закипающей водой.

Он хрипло, тяжело дышит, явно сдерживая себя из последних сил, но даже сейчас притягательная близость его губ заполняет все мои мысли, заставляя забыть о страхе.

— Я тебя предупредил, — тихо шепчет лаэрд и резко отстраняется.

Едва чужая рука отпускает мое горло, я делаю судорожный вдох и с видимым усилием сглатываю.

Повернув голову в сторону удаляющегося по коридору мужчины, зло сжимаю кулаки, в очередной раз ощущая себя несправедливо отвергнутой.

— Курт, если вам нравится так жить — живите! — кричу ему в спину. — Только не хороните меня и Мика!

Лаэрд замирает, секунду остается недвижимым и возобновляет движение, так и не удостоив меня даже мимолетного взгляда.

Карта

Я обеспокоенно хожу из угла в угол, нервно теребя новенький айфон в руках. Бросаю мимолетный взгляд на экран телефона. Без десяти восемь.

На завтрак я спускаться не стала. Во мне все еще клокотали отголоски прежней злости, а при таком паршивом настроении кусок в горло не лезет.

По идее, через десять минут я должна быть в кабинете Курта. Но я, естественно, не пойду. Еще чего!

Пара-тройка кругов по комнате, маршрут простой — от дверей ванны вдоль кровати, затем к окну, пройти мимо створок гардеробной и вернуться к начальной точке.

Еще один взгляд на часы — осталось девять минут.

Черт! Почему время то тормозит в ненужные моменты, то наоборот ускоряется, когда ты этого так не хочешь?

Бросаю мимолетный взгляд в зеркало.

Выхватив из шкафа первые попавшиеся джинсы и блузку, я была так погружена в мысли, что даже не глянула, как выгляжу со стороны.

Большая зеркальная поверхность отражает растерянную девушку с упрямо сжатыми губами. Волосы после посещения салона блестят здоровым блеском, а тонкие брови взлетают высоко.

Надо же, я даже не заметила, как изменилась моя внешность.

Откидываю пряди назад и отстраненно замечаю красные пятна на бледной коже шеи. Кончиками пальцев касаюсь оставленных Куртов следов и впервые задумываюсь — а правильно ли я поступила, наговорив все это лаэрду?