Невменяемый колдун - Юрий Иванович

– Войны-то давно нет! Где же вас, мастера, так покалечило?

Какое-то время дворецкий сидел молча, очевидно погрузившись в неприятные воспоминания, а затем с сомнением покачал головой:

– Вряд ли ты поверишь…

– Вам? Уверен, вы врать не станете.

– Да? Ну ладно, тогда скажу. Выполнял я со своей группой по заданию пограничного ведомства разведывательный рейд в Гиблые Топи…

– Куда?! – Кремон даже жевать перестал от удивления, но высказать возникшие сомнения все-таки не решился.

– Вот видишь! И куда же делась твоя уверенность? – насмешливо пошевелил усами отставной капитан.

– Извините, я вам верю. Просто как-то такие рейды, даже с моими знаниями тех мест, кажутся чем-то нереальным.

– Для большинства обывателей – да. Нереальным. Но я – то сам из тех мест. И легенд с детства наслушался множество. Да и лично беседовал с двоими промысловиками, которые оттуда живыми вернулись. Они в свое время мне таких ужасов понарассказывали… Брр! Мурашки по телу! И зарекались туда возвращаться даже под угрозой самой страшной казни. Но ведь вышли из Топей! Вырвались благодаря своему отменному воинскому мастерству, физической силе и врожденной сообразительности. Хотя попутчиков всех потеряли. Сейчас эти промысловики стали одними из богатейших людей провинции Ошакли. Но никому не рассказывают, каким образом разбогатели. Да и про Гиблые Топи не вспоминают. А со мной делились опытом лишь по личному указу короля, в котором мне вменялось собрать группу удальцов и совершить разведывательный рейд по руслу реки Рашега. Ведь ее истоки где-то в Топях начинаются…

Кремон успел доесть порцию отбивных, пока решился нарушить затянувшееся молчание:

– Значит, вы зашли очень далеко?

– Если бы! Вначале все шло довольно неплохо. Потерь не было, и два Эль-Митолана из прикрытия вполне справлялись с отражением магических атак. А десяток бесподобных ребят под моим командованием успешно добивали кошмарные физические сущности. Но вот на второй день пути… Такое началось! А когда погибло четверо бойцов и опытнейший Эль-Митолан, я тут же дал команду уходить обратно. До сих пор не верю, что нам это удалось. Еще двоих потеряли. А остальным вовек благодарен, что сумели меня спасти. А тот волшебник, что остался в живых, тоже сильно пострадал… Как мне говорили, почти потерял способность к восприятию тайн мироздания.

– Ого!

– Меня к нему даже не пустили ни разу. Лечат его в госпитале Академии Высших Эль-Митоланов.

– С кем же вам пришлось сражаться?!

Глаза Коперрульфа превратились в две щелочки, а голос стал сухим и отрывистым.

– Лучше тебе про этих тварей даже не слышать. Может, когда-нибудь под настроение и поделюсь более подробными воспоминаниями. А сейчас – поел?

– Э-э… – Кремон растерянно стал шарить взглядом по столу, соображая, что бы еще ухватить вкусненького. Но строгая команда подняла его с места:

– Вставай! За мной! В зале уже наверняка установили «Истукон». Вот он тебя сейчас и погоняет! Слышал про такого?

– Не только слышал, но и пару раз в королевской казарме против него стоял.

– И как?

– Не хочу хвастаться, но все меня очень хвалили.

– Ха! Того «Истукона» я знаю. А вот твой учитель еще лучше сконструировал. Посмотрим, как ты с ним справишься.

Действительно, глаза молодого Эль-Митолана расширились от удивления, когда он увидел кособокое полумеханическое чудовище. Возле него копошился кузнец со своими помощниками, заканчивая наладку. А рядом стоял хозяин замка, натянув на лицо маску полного равнодушия и скуки. Завидев ученика, он немного оживился и стал давать вводную:

– Твоя задача наносить удары как можно чаще сюда, сюда и в верхнюю часть! – При этих словах он рисовал краской на «Истуконе» области обязательной атаки. – Но не забывай: вот эта цепь, на уровне плеч, раскрывается с каждым вторым оборотом, чередуясь с аналогичной цепью на уровне колен. Не будешь подпрыгивать или пригибаться – останешься либо без ног, либо без головы. Эти два меча выскакивают в стороны, нанося рубящие и колющие удары. Пока тоже в определенной последовательности. Кинжалы наносят в основном лишь колющие удары. Но их тут – четыре. Причем последний выскакивает сверху вниз и наискосок. Вот эта булава выносится вперед при вращении и запросто может сломать тебе ребра. Со временем мы установим на нее длинные шипы. Пока же она будет двигаться в самом медленном и редком из трех режимов. Этот топор описывает дугу во время отклонения «Истукона» в противоположную сторону. Некоторые навесные орудия будем добавлять по мере необходимости.

– Добавлять?! – не выдержал Кремон. – Да с этим монстром никто и так не справится!

– Уверен? Хм! – Хлеби сбросил с себя темный плащ, оставшись в легком тренировочном костюме. Выбрал у стойки два средних меча и провел с ними несколько серий разминочных упражнений. А затем встал на треугольник атаки возле «Истукона» и скомандовал кузнецу: – Включай!

В тот же момент искусственный тренажер вздрогнул и закрутился вокруг своей оси. Лезвия мечей и кинжалов замелькали с безжалостной и непоколебимой уверенностью. Цепи рассекали воздух с неприятным шелестом. И лишь топор выходил из своего желоба с омерзительным лязгом.

Казалось, что подойти к механическому страшилищу нет и малейшей возможности. Но Хлеби долго не примерялся, поднырнув под летящую в голову цепь, он отвел от себя удары меча и двух кинжалов и нанес три мастерских удара по отмеченным участкам. Через какую-то долю мгновения по тому месту, где он только что находился, ударили лезвия топора и второго меча. А Хлеби после этого так же молниеносно повторил атаку, но уже поменяв последовательность своих ударов по смертельным точкам предполагаемого противника, и опять отскочил от «Истукона» еще быстрей, чем атаковал. Затем неспешно вернулся к стойке с оружием и водрузил мечи на место.

У всех присутствующих на лицах читалось явное восхищение. Даже Коперрульф уважительно крутил головой. А хозяин замка скомандовал своему ученику:

– Выбирай оружие!

Когда тот, почесывая озадаченно бровь, направился к стойке, наставник незаметно смахнул со лба обильно выступивший пот. Это движение заметил лишь дворецкий, но после этого уже чуть ли не со страхом стал присматриваться к вращающемуся «Истукону». Ведь самому тоже придется демонстрировать подобную ловкость и умение. Чуть позже.

Молодой Эль-Митолан остановил свой выбор на длинном мече и еще одном – средней длины, полагая, что это поможет ему пробиться сквозь мелькание грозных лезвий тренажера. Затем также проделал большую серию разминочных упражнений, все время посматривая на вертящегося монстра и мысленно прокручивая в сознании предстоящие движения. Тяжелый обед мешал так основательно, что Кремон пожалел о своей ненасытности и пообещал себе в следующий раз хотя бы предварительно интересоваться намечаемыми тренировками.

Наконец он вполне разогрел мышцы и вышел в треугольник атаки. И только тогда окончательно понял, что легкость, с которой учитель нанес «смертельные ранения» «Истукону», была лишь кажущейся. При всей своей тренированности, ловкости и проворстве ему долго не удавалось прорваться сквозь мельтешение блестящих лезвий и гул шелестящих цепей. Но потом Кремон все-таки извернулся и достал длинным мечом обведенное краской место на корпусе тренажера. Ободренный первым успехом, он решил приложиться к механическому монстру сразу двумя мечами и пошел в атаку. И вдруг понял, что не успевает увернуться от рубящего наискосок меча. Пришлось подставлять свой, более короткий. Но отбить удар со всей необходимой силой не удалось, синхронность движений нарушилась, и уже от лязгнувшего топора пришлось отбиваться обоими мечами. Краем глаза Кремон еще успел засечь разворачивающуюся в ноги цепь и подпрыгнуть. Но в тот же момент мощнейший удар булавой по руке чуть выше локтя отбросил Кремона метра на три. Мечи он при этом не выронил и даже моментально вскочил на ноги, но вот правая рука фактически перестала повиноваться. А уже готовый вырваться крик боли, рванувшей все тело до пяток, удалось сдержать лишь сжатыми до предела зубами.