Жизненное пространство - Андрей Ливадный

Обежав глазами приборы, Горкалов вновь вернулся взглядом к монитору, отображавшему действия «Ворона», и внутри него вдруг что-то болезненно оборвалось: вместо развертки данных телеметрии он увидел лишь рябь помех и угрожающе моргавшую надпись:

«Критические повреждения».

Илья резко крикнул:

— Катапультируйся!

Он не знал, слышит ли его Шейла и вообще жива ли она, — из-за поисков исчезнувшего сигнала лейтенанта Сокуры он пропустил миг, когда был поражен «Ворон», и секунд десять в его сердце стыл лютый холод неизбежности, пока из руин соседней улицы в багряно-черные небеса вдруг не ударил характерный выхлоп аварийно-спасательной катапульты.

Все.

Она ушла из рубки мертвая или живая, он не знал, но не мог позволить себе и дальше следить за полетом капсулы, заботясь о судьбе девушки…

* * *

Шесть «Фалангеров» оставили тщетную попытку оторваться от преследования и развернулись в его сторону, решив, что вернее будет разделаться с противником, чем пытаться уйти от него.

«Куда же ты подевался, лейтенант?»

Седьмая машина инсектов, та самая, что пригвоздила «Ворона», теперь двигалась во фланг Горкалову.

Триста шестьдесят тонн совокупной мощи устремились ему навстречу. Шесть «Фалангеров» держали строй, растянувшись по всей ширине проспекта, крайние из них цеплялись за здания по обеим сторонам улицы, высекая искры плечевыми выступами оружейных пилонов.

По этому небрежному отношению к боковым креплениям стандартных орудийных комплексов Илья мгновенно понял, что они пусты.

На «Фалангерах» не было подвесных орудий.

Ну естественно… это же те машины, что были проданы в Сферу, — двухсотмегаваттные лазерные комплексы устанавливались на них в гнезда ракетных комплексов, расположенных на покатой спине, сразу над бронированным козырьком, защищающим рубку пилота.

Дистанция между ним и противником уже сократилась до шестисот метров, и Горкалову на миг показалось, что сквозь рваные пласты ползущего вдоль проспекта дыма он видит на экранах обзора смутные, приплюснутые контуры шагающих исполинов.

«Почему они не стреляют?»

И вдруг Илья понял: дым! Черный жирный дым, что стелился по проспекту, блокировал работу их лазеров. Лазерный луч — это многократно усиленная, синхронизированная, говоря научно — когерентная световая волна, и плотный густой дым на большой дистанции становится для луча практически непроходимой преградой.

Ни секунды не медля, он развернулся.

Седьмая машина нашла прореху в руинах и уже заходила в борт «Фалангеру» Горкалова.

Противник вел себя достаточно бесхитростно — обнаружив брешь в руинах, он остановился, и тотчас же его лазерные установки превратились в слепящие точки.

Горкалов вовремя развернул свою машину — залп полоснул по скату лобовой брони, расплавив часть мощного бронированного козырька над рубкой, но прожечь его за четыре секунды не был способен ни один лазер…

Илья понял, что «Фалангером» управляет отнюдь не опытный пилот. Он даже не предпринял попытки отступить, прикрываясь руинами здания, пока перезаряжались устройства накачки — вражеская машина продолжала стоять, чуть согнув ступоходы, — кто бы ни сидел в рубке — это существо полагало, что восемь секунд, требующиеся на перезарядку горнопроходческих лазеров, — это не срок.

Для Горкалова это была вечность.

Он прицелился спокойно, как в тире, и спустил гашетки обоих орудийных комплексов за миг до повторного залпа.

Дистанция между двумя машинами чуть превышала сотню метров, и на таком расстоянии попасть в рубку, даже без участия электронных систем, не составляло для Ильи особого труда.

«За Шейлу…»

Вражеская машина пошатнулась, когда снаряды срезали пластины лобовой брони, и тут же повторный залп лег точно в то же место, превратив покатый выступ рубки управления в уродливую дымящуюся дыру.

Лишившийся опоры «Фалангер» тяжело подался назад, проламывая растрескавшуюся стену, и упал, вызвав тяжкую конвульсию близлежащих зданий.

Его пилот был мертв, плоть инсекта уже вряд ли можно было отделить от дымящихся ошметков брони, вбитых в пилот-ложемент вторым залпом.

Горкалов опять резко развернул свою машину, — и вовремя, потому что шесть противников уже сократили дистанцию до четырехсот метров и вот-вот должны были появиться в поле зрения видеокамер.

— Сокура?! — рявкнул в коммуникатор Илья.

Тишина. Лишь треск статических помех на несущей частоте.

«Неужели не выдержал, струсил?»

Мысль показалась ему какой-то несправедливой — не мог лейтенант так запросто бросить командира, но раздумывать далее Горкалову было некогда — передовой «Фалангер» уже появился в полыхающей теснине улицы и бежал на него, на ходу ведя поочередный огонь из четырех лазерных установок.

Илья машинально включил реверс серводвигателей, и его машина попятилась, одновременно уклоняясь от световых вспышек, которые частой очередью осыпали бетонную стену здания, оставляя на ней обугленные, дымящиеся полосы.

В такие секунды работает не разум, а рефлексы. Наитие пилота сосредоточено не в голове, а на кончиках пальцев, под которыми располагаются сенсоры управления.

Шаг назад… Поворот торса…

Правое орудие звонко выплюнуло боекомплект, корпус «Фалангера» повело отдачей, взвизгнули приводы стабилизации, левый ступоход внезапно потерял опору, провалившись в систему городских коммуникаций, а из дымного сумрака на смену первой машине, которая, получив порцию снарядов, теперь пыталась уйти с линии огня, внезапно выступили пять приплюснутых серо-черных силуэтов.

Горкалов встретил их веерным залпом обоих ракетных комплексов, поставив между собой и противником неодолимую преграду из огня, дыма и бетонного щебня, одновременно пытаясь высвободить застрявший ступоход своей машины, но его действия уже не могли увенчаться полным успехом, — ступоход наконец вырвался, со скрежетом подняв сплетение расплющенных труб, но за эти мгновения порыв горячего ветра рассеял дым, и пять противников, каждый из которых получил лишь небольшие повреждения от неприцельного ракетного залпа, оказались буквально в ста метрах от «Фалангера» Ильи.

Он понимал, что пригвоздит одного, в лучшем случае двух, но далее его неизбежно сожгут пятикратно усиленным лазерным залпом, — промахнуться, стреляя практически в упор, они уже не могли.

Илья успел сделать еще один шаг назад, наводя независимые подвески боковыхорудий на две цели, когда стена близлежащего здания на уровне шестого и седьмого этажей внезапно вспухла, будто изнутри на нее давила неистовая всесокрушающая сила, и он увидел, как в разлетающихся осколках стекла и бетона появился «Хоплит» Сокуры.

Горкалов мгновенно понял его маневр: лейтенант, не встретив сопротивления на параллельной улице, опередил медленную поступь шестидесятитонного «Фалангера» командира. Перед выдержкой и хладнокровным расчетом Николая стоило лишь молча снять шляпу. Оценив данные на тактическом мониторе, он воспользовался реактивными ускорителями своего «Хоплита», заставив шагающую машину запрыгнуть на шестой этаж обвалившегося с одной стороны здания, и затаился там, никак не проявляя себя, пока шесть «Фалангеров» противника не проследовали мимо, подставив под удар свои покатые спины, броня которых не шла ни в какое сравнение с лобовыми скатами…