Тень Инквизитора - Вадим Панов

— Любуемся.

— Могу предложить кровать в стиле эпохи Возрождения — с футбольное поле размером.

— А мы там не потеряемся?

— В комплект поставки входит коллекционный морской компас ручной работы. Если не доверяете старинным приборам, могу добавить устройство спутниковой навигации.

— Кровать-то настоящая? — осведомился Артем.

— Обижаешь. — Тархан зевнул. — Для своих у меня все настоящее.

Самыми заметными представителями рода Хамзи в Тайном Городе считались сыновья Генбека: Биджар, Улар и Тархан. Средний, Биджар, несмотря на молодость, уже стал одним из директоров Торговой Гильдии и управлял самым крупным ее супермаркетом. Посвятивший себя науке Улар уверенно приближался к докторской степени и вскоре должен был получить кафедру в университете. Тархан же пошел по собственному пути.

Несмотря на явный талант к бизнесу и недвусмысленные предложения, которые делала ему Торговая Гильдия, старший сын уважаемого Генбека не взял у родной семьи кредит под грабительские проценты, а заработал стартовый капитал самостоятельно, упорно и трудолюбиво занимаясь контрабандой магической энергии за пределы Тайного Города. Бизнес был доходен необычайно, но и опасен: неосторожность могла легко привести к нарушению секретности и, как следствие, к суровому наказанию. Тем не менее, Великие Дома сквозь пальцы смотрели на авантюры оборотистых шасов, понимая, что бессмысленно запрещать то, что невозможно проконтролировать. Проследить движение каждого артефакта-аккумулятора было нереально, и лидеры Тайного Города предпочли судить не по действию, а по последствиям. Тархан же был слишком умен, чтобы допускать проколы. К тому же старший сын Генбека отличался скверным, даже по меркам Темного Двора, характером, который не позволял ему уживаться не только со сложными человскими законами и простыми правилами Тайного Города, но даже с соплеменниками. Тархан был закоренелым одиночкой и не понимал, почему кто-то или что-то имеет право вмешиваться в его дела.

Заработав неплохие деньги, Хамзи открыл на Никольской ювелирное заведение, но старый бизнес, по общему мнению, не бросил, продолжая работать с проверенными клиентами за пределами Тайного Города.

— А не хотите кровать — не надо! Много вас тут шляется… Работать мешаете… Девочка, прекрати, в конце концов, лапать статуэтку! Нравится — покупай!

Первая демонстрация знаменитых перепадов настроения Тархана Хамзи не произвела на наемников особого впечатления. Артем вздохнул, а Инга, спокойно покосившись на шаса, пожала плечами:

— И куплю. Сколько?

— Уже продана, — буркнул Тархан.

— Кому?

— Да есть тут один известный повар, большой любитель дайвинга. Как увидел, прямо позеленел. Задаток сегодня утром внес.

— Ну и пусть. — Рыжая мгновенно потеряла интерес к осьминогу. — Тогда я вот эту бабочку куплю.

— Это не бабочка, а принцесса эльфов. Ручная работа, между прочим.

— Тем более. — Инга радостно оглядела хрупкую девушку с крыльями. — На меня похожа, правда, Темка?

— Похожа, — согласился молодой наемник, извлекая из бумажника карточку «Тиградком». — Сколько стоит?

— Какая теперь разница? — улыбнулся шас. Он молниеносно выхватил из рук Артема пластиковый прямоугольник и вставил его в сканер. — Продано.

— Красивая, — протянула Инга. — Тархан, кто делал эту прелесть?

— Чел, — коротко ответил Хамзи.

— Клиент? — невинно поинтересовался Артем. Тархан тяжело вздохнул. Он отдавал себе отчет, что наемники уверенно подводят разговор к интересующей их теме, и пытался определить, как себя вести. Скверный характер Хамзи сочетался с ясным умом, и шас понимал, что с не отличающимися кротким нравом компаньонами Кортеса не стоит ссориться.

— А что тебе до моих клиентов?

— У нас на руках небольшой контракт, — серьезным тоном объяснил Артем. — При его выполнении мы вышли на группу человских магов, живущих за пределами Тайного Города. Разумеется, встал вопрос: откуда они черпают энергию, и мы, не обижайся, сразу же подумали о тебе.

— На репутацию, заработанную тяжким трудом, не обижаются, — поучительно заметил Тархан. И снова нахохлился. — А что, перепродажа магической энергии уже запрещена?

— Эти челы не зарегистрированы в Тайном Городе.

— Миллиарды челов не зарегистрированы в Тайном Городе, — проворчал шас. — Плодитесь, как кролики, клянусь кошельком Спящего. Даже если Великие Дома забросят все свои дела, они все равно вряд ли смогут всех зарегистрировать. Да и зачем им это?

— Остроумно, — улыбнулся наемник.

— Ну, так иди на улицу и хихикай на здоровье.

— А вдруг ты еще чего смешное расскажешь?

— Тогда я тебя позову.

— Тархан, — мягко произнесла Инга. — Мы ведь пришли к тебе как друзья. И то, что говорил Темка, — правда: нам нужна помощь в выполнении контракта. Если ты опасаешься, что это провокация Великого Дома…

— Да ничего я не опасаюсь, — махнул рукой Хамзи. — Ко мне уже забредали зеленые ведьмы, лет несколько назад… Догадываетесь, куда я их отправил?

— Догадываемся.

— Вот то-то.

Пусть Тархан и был бирюком, но он родился в тени Темного Двора и под ее прикрытием мог не бояться проверок Зеленого Дома. В лавке наступила тишина. Шас угрюмо разглядывал ногти, Артем и Инга переглядывались. Давить на контрабандиста наемники не хотели, но в информации нуждались, надо было искать выход из положения… и Хамзи, все-таки решивший не ссориться, сам подсказал его:

— Всем нужна помощь! Все хотят, чтобы небогатый Тархан протянул им руку дружбы. Челы такие эгоисты…

— Я понимаю, что твоя работа необычайно трудна, дела важны и запутанны, — мгновенно сориентировался Артем. — И многое забывается. Но я готов помочь тебе освежить память.

— Я слышал, вы отыскали кораблик с грузом старинного золота, — задумчиво глядя в потолок, произнес Хамзи. — Я бы с удовольствием прикупил десяток слитков… для коллекции.

Разумеется, опытный пройдоха прекрасно понимал, что сделают с настоящим золотом инков его оборотистые соплеменники, и не мог не воспользоваться ситуацией и не провернуть аналогичное мошенничество.

— Торговая Гильдия смела все, что у нас было, — честно округлил глаза Артем.

— Печально, — улыбнулся шас, давая понять, что разговор в таком случае окончен.

— Но десять слитков я для тебя найду.

Два ящика с золотом предусмотрительный Кортес велел переправить в банк, и молодой наемник был уверен, что компаньоны согласятся расстаться с частью этого запаса.

— Расписку я с тебя брать не стану, — усмехнулся Хамзи. Он повесил на входную дверь табличку «Закрыто», заглянул под небольшой прилавок и поинтересовался: — Дама выпьет коньяк или…