Оруженосец в серой шинели - Александр Конторович

И поэтому удар графского меча проваливается в пустоту. Всего пару ладоней, но он не достает до меня. А второго удара я ему нанести попросту не даю.

Как бы быстро не рванул с места Ветер, а свой клинок я выхватить успел. И ответным ударом срубаю графский меч почти у самой гарды. Хорошо, что вовремя успел удар попридержать, а то бы только этим не ограничилось. Я ведь мог запросто и руку ему отчекрыжить, и был бы у нас тут еще один покойничек.

Одно дело, когда в переулке находят нескольких зарубленных разбойников. Пусть даже и не разбойников – обычных простолюдинов. Тут никто особо и рыть не станет. Бросят в общую яму – всего-то и делов.

И совсем другой расклад получается, если рядом с мертвяками находят зарубленного королевского придворного. Вот тут уж шума будет… Очень быстро вспомнят, с кем означенный граф успел повздорить за последнее время. А если и не вспомнят, так Его величество благосклонно подскажет. И укажет, где и в каких краях надобно искать убивца.

Ничем хорошим мне это сейчас обернуться не может. Не нужен нам свежий покойничек из числа королевских приближенных. Вот вернемся домой – можете их возами громоздить. Как бы ни было велико желание короля сделать кому-то из нас большую бяку, затевать ради этого войну он точно не станет. Одно дело – путем интриг и хитро вывернутых ходов получить себе целенькое и процветающее графство, на которое не окажется никаких других претендентов. И совсем другой расклад, если это самое графство будет разорено в ходе кровопролитной войны. Никаких денег с него он точно в этом случае не получит. Более того, чтобы убедительно доказать свою правоту, Паппию придется запустить руку в собственную казну. А там и так сейчас не шибко весело.

Иными словами, мало у короля денег для полноценной войны.

Могут, конечно, сильно помочь преданные вассалы (не деньгами, так войском). Но могут ведь и не помочь… не все там однозначно стоят на стороне короля.

И поэтому я задерживаю свою руку.

– Вы не ошиблись, граф? Приняли меня за разбойника?

Долон не отвечает. Невидящим взглядом он уставился на собственный меч. Вернее, на то, что от него осталось.

– Да, мой милый граф, он теперь рубит и сталь. И прочие его свойства – тоже никуда не делись. Неприятный сюрприз, не правда ли?

Графа начинает колотить мелкая дрожь. Похоже, он только сейчас, наконец, понял, что ждало бы его в том случае, если бы я не задержал удара.

– Вам нездоровится? Оттого и за меч схватились не вовремя? Бывает… Рекомендую вам возвратиться во дворец. Отдохнуть, вина выпить. Посидите у теплого камина – это согреет вам кровь. Я вам совершенно серьезно говорю. Не забывайте, ведь моя мать – известный целитель! Кое-чему я научился и от нее. И, поверьте, вы сейчас находитесь в очень критическом состоянии. Буквально в двух шагах от могилы! Так что настоятельно рекомендую воспользоваться моим советом.

Долон молча разжимает руку, и рукоятка меча с остатком клинка падает на землю. Повинуясь всаднику, его конь послушно поворачивается в обратную сторону. Секунда, другая – и вот только топот копыт напоминает о том, что здесь только что был еще кто-то. Ну и славно. Пора и мне последовать его примеру.

Следует ли упоминать о том, что уже через пару часов весь наш небольшой отряд стремглав несся по дороге, удаляясь от столицы. Мы даже никаких вещей собирать не стали. Монахи обещали отправить с ними специальный обоз. Помимо принесенных мною новостей, наш отъезд резко подстегнул и гонец от Старика. Он привез всего одно послание из двух слов: «Немедленно уезжайте».

Уж если командир Котов дает такой совет, то пренебрегать этим не следует. Многоопытный Кот гораздо лучше нас понимал все подводные течения, которые имеют место быть в столице. На словах же гонец передал, что всех Котов задержали в казнохранилище по королевскому указу. Была назначена внезапная инспекция с целью проверить, насколько хорошо несут службу его охранники. Формально король имел на это право. В сочетании же с последними событиями эта проверка совсем не выглядела случайной и свидетельствовала о том, что Его величество подошел к делу предельно серьезно и очень осторожно. Абсолютно очевидно, что тот, кто разработал все эти мероприятия, обладает острым умом и прозорливостью. Наш оппонент умеет просчитывать все свои комбинации на несколько шагов вперед. А учитывая то, что мы сейчас находимся в месте максимального сосредоточения королевской власти, то противопоставлять его возможности и наши было бы совершенным безумием. Нас превосходили практически по всем статьям. У противника имелось несоизмеримо больше сил и путей их использования. А противопоставить этому мы могли не более двух десятков клинков. Да, один из них был Рунным. Но существенного преимущества над противником нам это все-таки не давало.

Перед самым отъездом я подошел к матери и накинул ей на плечи свой плащ. Как бы там ни было, а рисковать еще и ее жизнью я совсем не хотел. И, не слушая никаких возражений, вскочил в седло и дал отмашку на выезд.

– И вы это видели собственными глазами? – король поднял тяжелый взгляд на своего собеседника.

– Да, Ваше величество. Сандр срубил клинок моего меча с такой легкостью, будто это была тонкая тростинка.

– И все? Этим и ограничился? Даже не попытался ударить вас?

– Нет, Ваше величество. У него были для этого все возможности, но он остановил удар.

– Почему?

– Не знаю, Ваше величество. Более того, Сандр говорил со мною так, будто бы ничего особенного и не произошло. Посоветовал вернуться во дворец, выпить вина и согреться у огня.

– Ну, вторую-то часть его пожелания вы выполнили, – хмыкнул король. Даже с его места можно было явственно различить запах вина, исходивший из уст собеседника.

– Прошу меня простить, Ваше величество! Но состояние мое было настолько… Мне было плохо. Вы знаете, Ваше величество, что я не трус. Служа вам, мне уже приходилось рисковать жизнью, и не раз. Но в данном случае… Это нечто более страшное, чем просто смерть.

– Ступайте! – отмахнулся король. – Не задерживаю вас более, граф. Ни сейчас, ни в будущем. Вы вольны отъехать в свои имения.

Граф Долон низко поклонился королю. Отступил пару шагов назад, не поднимая головы. Повернулся и быстрыми шагами скрылся за дверью.

– Ну?! Что ты так смотришь? – король повернулся в сторону своего советника. – Опять будешь говорить, что я спешу?

– Безусловно, Ваше величество, вы находитесь в своем праве. Праве вознаграждать или наказывать своих подданных. Я ничего не могу сказать по этому поводу. Однако же, Ваше величество, вина графа не столь высока… – Легенс почтительно наклонил голову.

– Я что же – должен был его обласкать? – возмущенно фыркнул король.

– Разумеется, нет, Ваше величество! Я только хочу заметить, что мало знаю воинов, рискнувших выступить против Серого. Тем более, что граф к этому моменту был безоружен.

– Что, и кинжала у него не было? А что же тогда болталось у него на поясе?