Жизнь и смерть наместника Ритхана - Екатерина Бакулина

– Будут жертвы, – мрачно сказал Эйден, глядя на нее, по дороге домой, когда уже сидели в экипаже вдвоем.

– И ничего нельзя сделать?

Он покачал головой.

– Все, что в моих силах – постараться, чтобы жертв было как можно меньше. Чтобы дальше мелких стычек зайти не успело. Но я не уверен, что смогу.

Все утро они обсуждали что-то с лордом Кастадо в кабинете. Показалось, Эйден вышел оттуда весьма довольный собой, но стоило остаться наедине, как он разом помрачнел. Игры закончились, притворяться, что все идет как надо – нет смысла.

– Я бы очень попросил вас не вмешиваться, – сказал он еще. – Понимаю, как нехорошо это может выглядеть, но лучше пусть идет по сценарию, лучше понимать, чего ждать, иначе невозможно контролировать.

Задумчиво сжал и разжал пальцы, глядя на ладонь, потом снова.

Пальцы… Даже Тайра могла заметить и оценить – пальцы сгибались почти нормально, ровно и до конца. И разгибались тоже.

– Моя магия, – сказала Тайра. – Она действует на все разом. Повторить еще несколько раз, и вы снова сможете играть.

Неуверенно улыбнулась.

Он фыркнул, качнул головой. Чуть сморщился… чуть болезненно.

– Пожалуй, при других обстоятельствах, я был бы рад, – попытался улыбнуться, но улыбки не вышло. – Знаете, я бы предложил вам переехать ко мне. Если, конечно, ваша репутация…

О той магии он говорить не хотел.

– Если случится новая резня, моя репутация – это последнее, что будет хоть кого-то волновать, – сказала Тайра.

– Случится, – сказал Эйден. – Нужно постараться хоть немного оттянуть. Войска будут здесь недели через полторы, не раньше. Но императорские маги… я очень надеюсь, что дня за три успеют. За четыре. И что будет толк. Потому что к тому времени менталисты здесь уже поднимут народ, а погасить волну будет куда сложнее, чем предотвратить.

– Вы знаете, как все будет?

– Я знаю то, что мне рассказали, – Эйден нахмурился. – Думаю, что начнется именно так. Предсказуемо. А вот потом… Пока не понимаю, в каком месте могу вмешаться. Не остановить, конечно, но хоть немного сбить волну… И какими силами. Против магии… Да, у меня есть некоторый иммунитет к ментальному воздействию. Он тоже не абсолютный, конечно, выдержит скорее простое бытовое внушение, прикроет разум, чтобы поверхностно не считали мысли. Но от прямого воздействия не спасет. Мне нечем защищаться. К менталистам такого уровня мы оказались не готовы. Когда посылали меня сюда – понимали в общих чертах, что происходит, что ненависть разжигается намеренно, что это не местные, не ритханцы, скорее всего. Да, что на самом верху не местные, а свои. Но к такому были не готовы. Хороших ментальных магов в империи почти нет. А тут… самнийцы. У них это всегда было сильной стороной.

Становилось страшно. У Тайры вообще никого иммунитета нет, и то, как ее увели по дороге – яркий пример. Шла домой, а оказалась на кладбище, и давняя ненависть разрывала сердце. И поделать с этим ничего нельзя. Хоть вообще из дома не выходи. Эйден прав, лучше переехать к нему, не оставаться одной.

Хоть чем-то быть полезной…

– Нита Кастадо… – сказала она. – Сила у нее есть, но вот так, на расстоянии, мне сложно понять насколько большая. Та девушка, самнийка… когда она подошла, то ее сила ощущалась отчетливо. А у Ниты нет. Думаю, если бы Нита могла сама, то, по крайней мере, в дом посторонних менталистов звать бы не стали.

– Да, – кивнул Эйден. – Но все равно не будем сбрасывать ее со счетов. Возможно, самнийка нужна, чтобы отвлечь, чтобы мы не принимали эту Ниту всерьез. Хороший маг может прикрыть от посторонних свою силу. И все же, полагаю, есть еще один. Мужчина. К вам ведь мужчина подошел… Даже если вы не помните лица, это не важно. Кто-то, кто работает непосредственно с людьми, готовит вот тех, с черными глазами. Не думаю, что дочь Фаргоса лично занимается этим. Я видел еще одного самнийца, когда лазил в больницу. Не удивлюсь, если он и есть наш маг.

Три менталиста, и никакой защиты.

Тайра обхватила себя руками, немного сжалась.

Но ведь должен быть выход! Через три дня, возможно, сюда приедут имперские маги. Три дня – это не так много, нужно продержаться. Все будет хорошо.

Эйден вдруг протянул руку, коснулся ее плеча.