Подарок с того света - Эн Варко

Галлюцинация распахнула глаза, оказавшиеся глубокого сиреневого цвета. И исчезла.

Снаружи что-то запиликало, послышались шаги. Трубочки вынырнули из Шери и шустро скрылись в отверстиях саркофага. Крышка откинулась в сторону, и она увидела светловолосую девушку в белой мантии.

– Очнулась, – низким голосом констатировала она. – Давно пора. Твой приятель уже полдня как выписался, а ты все спишь.

Не девушка, парень, поняла Шери. Лекарь, судя по мантии и поведению. Он ловко вытащил из нее иголки, к которым крепились трубки, посветил узким фонариком в глаза, закрепил на запястьях, локтях и щиколотках браслеты с глянцевыми экранами, прилепил на солнечное сплетение диск. И все зажужжало, запиликало, вспыхнуло зелеными графиками и вереницами цифр.

– О, да ты здорова! – обрадовал ее парень. – Уровень силы чуть ниже, чем после инициации, но это нормально, еще продолжит восстанавливаться. Признаться, я думал, хуже будет. Ты еще и ментальное проклятье хватанула, пришлось напоследок тебе антидот добавлять для очистки ауры. Конечно, утраченную память не вернешь – но там совсем небольшое поражение. Зато нарастание приступов забывчивости тебе больше не грозит. В общем, эта нечисть умеет портачить по-крупному! Да ладно, не пытайся краснеть, – засмеялся лекарь, – все равно пока не получится. Но это поправимо – дам тебе витамины. Принимай по одной пилюле перед завтраком и через пару дней будешь рдеть аки маков цвет по любому поводу… Поднимайся, спину твою посмотрю.

Он помог ей выбраться из саркофага, постучал по ребрам, поводил по бокам каким-то прибором:

– Как новенькая. Ребра целы, шрамов не осталось. А теперь давай одевайся. Вон мантия на стуле, витамины на тумбочке.

Ошеломленная Шери послушно оделась и растерянно посмотрела на лекаря. Тот сидел спиной к ней за компьютером, быстро стуча по клавишам.

– Э-э, а как я попала сюда?

– Принесли вас, гавриков, – ответил лекарь, не отвлекаясь. – В следующий раз поосторожнее там с демонами. И наставников своих слушайте, не своевольничайте. Все, иди давай. Мне еще три палаты обойти надо.

Шери кивнула и вышла в коридор. Там ее ждал Валентайн.

– Рад, что поправилась, – сухо заметил он.

Шери почувствовала себя виноватой под его неодобрительным взглядом.

– Все случайно получилось, – промямлила она.

– Я хочу выслушать подробный рассказ, но сейчас нет времени. У тебя на сегодня освобождение от занятий, так что жду через два часа у северных ворот. Приведи себя в порядок, а то неважно выглядишь. Съездим куда-нибудь пообедать, и ты мне все расскажешь. И возьми телефон… Я хочу, чтобы в следующий раз, когда возникнет очередная непредвиденная ситуация, я был в курсе заранее.

Она расстроенно кивнула, забирая телефон – небольшой, узкий и тонкостенный.

– Шери, и еще хочу предупредить на случай, если будут расспрашивать… Стэфан тоже предупредил Антона. Нам пришлось серьезно постараться, чтобы отмазать вас, и надеюсь, это будет последний раз. А пока… официально вы выполняли наше со Стэфаном поручение – переправляли стропов в другой вольер, но ничего не вышло, потому что вы растяпы и полные неудачники. Ясно?

– Ясно, – вздохнула Шери.

Тот еще немного посверлил ее злым взглядом и ушел, а Шери направилась к себе. Все студенты учились, поэтому коридор пустовал. Это несколько радовало, хотя Шери понимала – расспросов и насмешек не избежать. Она представила, как воспримут в группе рассказ, что их с Антоном побили маленькие стропы, и поморщилась. Да уж, Валентайн придумал им знатное наказание!

Зайдя в комнату, первое, что она собиралась сделать – принять душ, потом посмотреть в планшете задания, которые выкладывали преподаватели. Следовало еще подумать, у кого брать пропущенные лекции. Хотя в этом вопросе Шери сильно рассчитывала на Антона, пусть он озаботится. В конце концов, это его вина в произошедшем. С другой стороны, она тоже виновата. Вот зачем она согласилась посетить демонов зверинец? Надо было и самой не ходить, и Антона отговорить от этой безумной идеи. Но кто же знал, что все так получится…

Она подошла к зеркалу. Волосы смотрелись странно. С одной стороны отросшие вихры торчали в разные стороны, с другой сбились в большой колтун. Валентайн польстил ей, когда сказал, что она неважно выглядит. Она выглядела ужасно! Неужели придется вырезать волосы? Она потянулась к ним, но пряди зашевелились, и из них выглянула знакомая рыжая мордочка.

– Глюк, – узнала она своего соседа по саркофагу.

– Кир-рю, – чирикнул он, жалобно глядя на нее. – Кир-рю.

Его глаза испугано округлились, когда Шери осторожно выпутала стропа из своих волос. Тельце ничего не весило. Не случайно она его не почувствовала. И все же строп был вполне материален – шелковистая шерстка, теплое тельце и очень тугой животик.

– Живот болит? – догадалась Шери.

– Ша, – жалобно вздохнул строп.

– Да ты антидота вместе с эликсиром насосался, дружище. Вот тебе и поплохело.

– Кир-рю, – снова чирикнул строп.

И вот что с ним делать? Малыш еще. Стропы и так небольшие, а этот и вовсе меньше ладони. Не убивать же?

Шери задумалась. Как лечить нечисть, она не знала. Или знала? На задворках памяти что-то забрезжило. Какая-то даже не мысль, а понимание, что она может помочь бесенку. К этим неожиданным подаркам воспоминаний в этот раз она отнеслась со смиренным удовлетворением: почему не взять то, что дается, если это на пользу делу? А откуда приходят эти мысли и знания – чего тут голову ломать. Однажды она узнает это… Или не узнает.

– Сиди здесь, – строго сказала Шери, посадив стропа на стол.

Она порылась в своей тумбочке, после чего перед страдальцем была поставлена жестяная коробка. Перебрав свое белье, девушка достала майку похуже и оторвала от нее лоскут, сложив его на дне коробки. После того, как лежбище для стропа было готово, торжественно произнесла:

– Я, Шери Ветроу, обещаю давать тебе пищу и кров, а в обмен прошу верности и послушания. Принимаешь ли ты эти условия?

Строп с трудом поднялся на ноги и пискнул, протягивая свою ладошку:

– Ша.

С трудом сдерживая улыбку, Шери нашла среди швейных принадлежностей иглу, уколола ею крохотный палец стропа и размазала крошечную каплю по стенкам коробочки.

– Вот твой кров, Кирюша.

Той же иглой она уколола свой палец и протянула его стропу:

– А вот твоя пища.

Тот жадно облизнул палец и блаженно зажмурился, а Шери воочию убедилась, что кровь для нечисти – панацея от всех бед. Животик стропа больше не выглядел тугим барабаном, глазки заблестели.

– Я принимаю тебя в свой род, Кирюша. Служи верно.

– Кир-ша, кир-ша, – торопливо заверил строп и поспешил в свой новый дом. Недолго покрутился там, сбивая тряпку в подобие гнезда, а потом свернулся клубком и затих.