Ведьма и закон. Игры вестников - Евгения Чепенко

Бабалу направился к выходу, но в дверях задержался.

– И чуть не забыл. С вас за прошлое дело причитается. У Бабы в кабинете на неделю поселился внештатный наблюдатель из братии пятнистых яиц. Мно-о-ого причитается, – протянул замогильным голосом Баба уже из коридора.

– И куда дальше? Снова в Пустоши? – первым нарушил тишину Зверобой.

Ликург профессионально ускользнул от нового удара (Маруся потеряла интерес к бумагам в его руках), повернулся к экранам и внимательно изучил спутниковый снимок с отмеченными местами вероятных захоронений.

– Пока нет. Мос, свяжись с «3А», узнай, что у них уже есть. Все промежуточные результаты попроси. Гор, найди, как надавить на археологов. Пусть запрос Козловой пройдет вне очереди. Клеомен…

– Я понял, – перебил Клеомен шефа. – Сделаю.

Лик кивнул и продолжил:

– Иму, пойдешь со мной. Зверобой, найди Гамаюн^[21]. У них родовая память передается с кровью. Выясни, что сможешь, по нашей теме.

– Понял. – Черт легко вскочил со стула и, подмигнув Козловой, покинул кабинет.

– А я?

– А та, которая «я». – Маруся садится за свой стол и пять минут отдыхает, потому что у нее тоже сейчас будут задачи. Никто ведь не хочет, чтоб она от нервного истощения попала в реанимацию.

– Ой, – тихо прошептала Руся. На покинутый Зверобоем стул она быстро села.

– Ярослав. – Ликург скрестил на груди руки. Прямой твердый взгляд лучше любых слов выражал просьбу.

Великий Атум пожал плечами:

– Знал я пару ангелов в прошлом.

– Молчать! – сурово проговорил Лик.

Кому был адресован приказ, стало понятно, когда Маруся с тихим шипением выпустила воздух. Если бы не шеф, сдержать возмущение она бы и не подумала.

– Про захоронения эти знал?

– Знал бы, сказал сразу. Женя занялась просьбой твоей ведьмы. Остальные могилы проверят.

Ярославу не слишком понравилось новое положение. Мальчишка злился и позволил себе тон резче допустимого. Словно у него и впрямь есть право допрашивать Атума. Сначала ищейки от прессы из кабинета выставили, теперь дети учить жизни берутся. Ярослав ощутил, как вместе с недовольством поднимается и растекается по венам сила. Чистая сила, без примесей маниту всего сущего на планете. Она, словно мягкий, тягучий нектар, наполняла тело, срываясь слабыми разрядами на окружающие предметы. Ярослав позволил ей проникнуть в разум, затянуть черной дымкой глаза. Всякому созданию положено по роду место свое знать. И маленький Эйдолон не исключение.

Каково же было удивление великого Атума, когда до того момента едва заметное облако Шута неожиданно разрослось и растворилось в своем тюремщике, а глаза «маленького» Эйдолона, сверкнув ослепительной белизной, почернели. Легкие разряды изогнутыми серебряными нитями прошлись по полу и экранам позади Лика. Он вдохнул поглубже, инстинктивно стремясь не захлебнуться первым ощущением чистой магии Вселенной.

От неожиданности Ярослав растерял весь агрессивный настрой. Лик, будто зеркало, отразил его настроение, вернувшись к серой маске мага.

Полминуты. Ровно столько заняла необычная перепалка.

– Как ты это сделал?

– Сделал что? – не понял Атума Лик.

Ярослав сощурился, стараясь прочесть в глубинах божественной сущности Эйдолона правду. Она оказалась у него на языке. Он действительно не осознал произошедшего. Облако за плечом Лика издало довольное урчание.

Ведомый смутной догадкой, Ярослав обернулся к хозяйке Шута. Маруся встретила взгляд Атума серебряной пленкой глаз. Пыль покрывала ее тело извилистым узором, точно повторяя радужный рисунок хромотипии.

– Маруся. Руся! – Встревоженный голос Лика заставил ее пошевелиться и скинуть оцепенение.

– А?

Пыль тонким ручьем утекла в объемную сумку на столе.

– Я велел отдыхать.

– А я что делаю?

Повисшую в кабинете тишину нарушил смешок леопарда.

– Так. Ангелы… – Ярослав откашлялся. – Ангелы, ангелы… Что я там помню про ангелов… – Ярослав еще раз откашлялся. – С телом все как док нарисовал. Глаза у них простые, человеческие. У ангелов, которых видел, секторная гетерохромия^[22]. У Жени есть документы по нужным вам вопросам. Из личного архива, так сказать. Уже написал ей, чтоб сюда занесла. Имел несчастье узнать, что пернатые пользовались уникальной техникой, коей до сих пор не существует, обладали незнакомым мне маниту и немалой силой, а в качестве инструмента общения предпочитали телепатию. Что они забыли тогда здесь и в Иномирье, не ведаю до сих пор. Лик, можно тебя на пару минут?

Атум поднялся и кивнул в направлении личного кабинета главы «4А5».

Возражать Ликург не стал, просто направился следом за Ярославом.

– А сейчас? – задал вопрос высший, как только за богом закрылась дверь, отрезая от любопытных ушей.

Как ни странно, вопрос Лик понял и непроизвольно покосился на Марусю, на мгновение попав в плен ярких серьезных глаз. Ее явно беспокоило уединение Ликурга с Ярославом.

– Сейчас знаю. Ты поэтому ее взял? Поэтому Дингир рядом с ней крутился?

Ярослав встал рядом и тоже взглянул на Козлову.

– В целом да. Только я осознанно чувствовал Хаос, а Дингир из-за нарушений во всех пороговых запретах. По факту он не знает, чем его влечет эта ведьма. У тебя тоже с пороговыми беда, поэтому ты также должен был сразу почувствовать.

– Но не почувствовал.

– Скорее не обратил внимания из-за вашего стандартного божественного брачного инстинкта. Бывает.

– У тебя такой план был?

– Нет. – Ярослав усмехнулся. – Вы меня, детки, удивили, как давно никто не удивлял. Не помню ни одного случая или даже легенды, где маг сливался с богом в единое целое. Я рассчитывал просто заполучить уникальное по всем параметрам создание. Это она тебе про суть сосудов рассказала?

– Можно и так сказать, – кивнул Лик.

– Врешь, подлец. Опять обозлюсь.

– Уже не страшно.

Ярослав засмеялся:

– Ладно. Ты проясни произошедшее и постарайтесь повторить. Только где-нибудь подальше от города. Если сможешь пускать в ход потоки Хаоса, я стану легендой.

– Ты?

Лик смотрел на начальство с теплой насмешливой улыбкой.

– Я, – без тени смущения подтвердил Ярослав.

– Хорошо. Когда ты с ангелами встречался?