Средневековая история. Интриги королевского двора - Галина Гончарова

На стороне Лилиан Иртон.

Лиля сидела в лаборатории.

У нее возникла интересная идея. Перегонка нефти ей вполне доступна. Али обещал еще привезти. Перегнать и наделать зажигалок. По самому простому варианту. Колесико, кремень, фитиль… а что? Стекло есть, бензин есть, знания… ладно! Знаний почти ноль, но разве там все так сложно? Надо только грамотно закрепить колесико и кремень. А это уже вопрос к Хельке. Но попробовать-то надо?

— Ваше сиятельство? — В дверь поскреблись.

— Да!

— Письмо от вашего отца, ваше сиятельство.

Лиля вздохнула и отправилась читать.

Тарис уже произвел расшифровку. И письмо ждало графиню на столе.

«Милая моя дочка.

Знай — я поддержу тебя во всех делах. Весной мы поговорим более подробно. А пока будь уверена в том, что я тебя не оставлю своей заботой.

У меня был шевалье Тримейн. Я все знаю и помогу ему.

Твой любящий отец Август Брокленд».

Лиля почесала нос. На глаза наворачивались слезы.

Раньше он так не писал. А это письмо… Прямо из сердца… почему так?

Хотя ответ она знала. Раньше она была другой. А сейчас…

Такуюдочь лестно иметь каждому отцу.

А с другой стороны… много ли пришлешь голубиной почтой? Зная, что твое письмо может попасть в чужие руки?

Она бы не рискнула.

А тут сказано все, что надо. Сопли-вопли, да. Любовь-морковь, темная ночка, где ты шлялась, дочка… Это на поверхности. А под ней…

Ганц Тримейн все рассказал отцу. Это раз.

Есть вещи, которые бумаге не доверишь, — два.

У нее есть безоговорочная поддержка отца против супруга и короля — три.

Искать убийцу будут коллективно — четыре.

Мало?

Очень много. А попади письмо в чужие в руки — обычные сю-сю…

Почему Лиле все чаще кажется, что они с отцом найдут общий язык?

Джерисон Иртон писал письмо жене.

«Любезная супруга.

Я доволен вашими распоряжениями. И полностью их поддерживаю.

Как себя чувствует Миранда? Как у нее дела?

Достаточно ли вы здоровы, чтобы весной опять попытаться зачать наследника? Надеюсь, в этот раз вас никто не попытается отравить или убить иным образом.

С нетерпением жду нашей встречи при дворе.

Ваш супруг Джерисон, граф Иртон».

Джес хотел написать вежливо. Но злость и раздражение все равно прорывались.

Дядя его отругал — и из-за кого?! Кто всему виной?!

Эта белобрысая корова!!! Дрянь такая! Да ее дело сидеть вышивать и молиться! Ну и детей рожать! А она? Наемники, янтарь, ворье, работорговцы… Куда мир катится?!

Погоди у меня, дражайшая супруга, мы еще пообщаемся накоротке… Я у тебя еще расспрошу, кто тебя надоумил.

Ты у меня еще поплатишься за эту выволочку от дяди, с-сучка!..

Упомянутая самка собаки как раз выслушивала доклад.

— Ваше сиятельство, все исполнено.

— Все — что?

— Трупы захоронены, пастор провел отпевание, шкура и голова барона Донтера засыпаны солью…

— А Кальму нашли? — уточнила Лиля.

— Кальму? Так точно, ваше сиятельство, как есть нашли. Дохлую.

— Тем лучше для нее.

— Мы ее тоже зарыли, все как полагается…

— Отлично. Лейс, давайте сначала о неприятном. Я вам поручаю проверить всех, кто обитает в замке. И как следует расставить караулы. Если бы не вирманский мальчик — что стало бы с Мири?

Лейс опустил голову. Графиня не ругалась, но это было еще обиднее. Его ошибка. Его вина. Он — комендант замка, не она. Он должен был все организовать, а вместо этого…

— Я все сделаю, ваше сиятельство.

— Проверю. — На стол мягко лег тяжелый кошелек. Приятно звякнул. — Теперь о хорошем. Это — вам и вашим людям. Кому сколько — распределите сами. Вирманам выплачу отдельно. За хорошую и своевременную работу.

Лейс покачал головой:

— Если бы мы не просмотрели… не заслужили мы благодарности… Спасибо хоть не гоните…

— Заслужили. Мне решать. — Зеленые глаза были холодными и спокойными. — Лейс Антрел, вы сделали все возможное в данной ситуации. Все хорошо и правильно. Особо поощрите тех двух лучников.

— Слушаюсь, ваше сиятельство.

— Давно бы так. — Лиля перекинула косу на грудь, потеребила шелковую ленту — белую. Ничего розового на ней не осталось. Надоело. — Когда вернутся Эрик и Лейф?

— Полагаю, уже к завтрашнему утру, ваше сиятельство.

— Отлично. Подождем.

Впрочем, ждать пришлось немного дольше. На несколько дней дольше.

Алисия Иртон накинула шаль. То, что надо. Хотелось еще и украшения надеть, но Алисия задавила в себе это желание. Хотя сделано все было так, как нужно. Не слишком броско, не отвлекая внимания от человека…

Интересно, как графине удалось сделать такое чудо?

Или достать? Тогда откуда? Иртон — это же медвежья глушь! Дыра! Там купцы раз в год бывают!

Ладно. Надо идти. Опаздывать на прием могут только короли и королевы. Ей же надо быть на месте через десять минут.

Пройти по переходам дворца, скользнуть в один из входов «для своих» и оказаться в зале, неподалеку от юных принцесс, которые демонстрируют подарки графини Лилиан Иртон всему свету.

Уже не первый день демонстрируют. И наслаждаются завистью придворных дам.

Не успела Алисия появиться в зале, как атаковали и ее.

— Графиня, какая милая шаль…

— Вы сегодня очаровательны…

— Графиня, вам так к лицу… Это подарок вашей невестки?

Алисия улыбалась и отвечала: да, очаровательна (сильно же тебя припекло), да, шаль просто чудо (завидуй дальше), да, это от Лилиан Иртон (так что улыбайся, если тоже такую хочешь).

Откуда у нее (Лилиан) такое чудо? У нее спрашивайте. Лично Алисия не в курсе.

Нельзя ли поспособствовать приобретению чудесных вещиц? Можно. Она лично отпишет Лилиан Иртон. Надо полагать, как раз к весне все прояснится.

Август Брокленд? Да, надо и у него тоже спросить. Должен же он знать, чем его дочь занимается…

— Ваше сиятельство?

Легок на помине!

— Достопочтенный Брокленд, рада вас видеть…

— Как и я вас, графиня. Вы просто очаровательны.

— И во многом благодаря вашей дочери.