Застава - Василий Головачев

Поиск длился недолго. Через час Ватшин знал координаты двух круглых озёр диаметром около километра, и оба они располагались именно там, где он, по его внутренним расчётам, видел стройку, начавшуюся около десяти тысяч лет назад.

Удовлетворённый открытием, Константин сварил сосиски, съел под горчичку, потом сварил кофе и с наслаждением выцедил чашечку, добавив к кофе ломтик лайма. Хотел было продолжить экскурсию в прошлое, но вспомнил о визитке инолов. Оттягивать больше разговор с ними было нельзя, двух мнений быть не могло: или он беседует с ними, выясняя их цели, либо рассказывает о контакте с ними Соломе и умывает руки.

Термин «умываю руки» не понравился, он означал отсутствие решительности и присутствие трусости в грядущем решении, а трусом себя Ватшин не считал. Разве что самую малость, по необходимости, и не в экстремальных ситуациях.

Ответил мужской голос:

– Константин Венедиктович? Добрый день. Очень приятно, что вы о нас вспомнили.

– Запишите номер скайпа.

– Мы запомним. Всё-таки встретиться в приятной обстановке вы не хотите.

– Я уже говорил: нет!

– Хорошо, диктуйте.

Ватшин продиктовал номер, дождался появления в поле абонентской связи электронной почты надписи: «Новый абонент». Зрачок скайпа на мониторе показался дулом пистолета, захотелось его отвернуть, но Ватшин поборол слабость.

Компьютер развернул изображение абонента: на Константина глянули огромные зелёные глаза с длинными ресницами, принадлежащие красивому женскому лицу. Он сглотнул.

– Здрасьте…

– Ещё раз добрый день, Константин Венедиктович. Я вас таким и представляла.

– Кто вы?

– Меня зовут Лиана, я сотрудник департамента внешних сношений нашей формации.

– К-какой формации?

– Можете называть её «Орбит».

– Как жвачку… извините. Вы тоже инол… инолка?

Лиана красиво засмеялась, показывая ровные жемчужные зубы.

– Это не имеет никакого значения. Главное, что наша формация способна защитить вас лично и ваших близких, в отличие от боевиков «Триэн», и поставила целью освободить человечество от контроля ксенотов.

– Благородная цель, – пробормотал Ватшин. – Только в «Триэн» служат не боевики…

– Почему это вас задевает?

– Потому что слово «боевики» отражает иной слой воздействия на социум, криминальный, террористический. Боевики, по сути, бандиты и террористы.

– Извините, я об этом не задумывалась. Но перейдём к делу, если не возражаете. У вас было достаточно времени, чтобы подумать о наших предложениях. Вы согласны сотрудничать с нами? Мы примем любые ваши условия.

– Не знаю… даже если бы я был уверен… как вы себе представляете мой переход к вам? Как простой переезд? Но ведь это больше смахивает на… предательство!

– Ни о каком предательстве речь не идёт. Вы будете работать, как и работали, решать задачи, которые вам будут давать сотрудники «Триэн», устраивать свою личную жизнь по своему разумению и так далее. Вы будете абсолютно свободны в своих поступках. Мы лишь попросим вас заглянуть туда, куда нам нужно, в прошлое и по возможности в будущее, и за это вы будете получать немалый гонорар, а главное – надёжную защиту.

– Меня и так охраняют.

– Но не столь успешно, как следовало бы, что показали последние события. Если бы не наши нейфы…

– Кто?

– Так мы называем нейтрализаторов форс-мажорных ситуаций. Без них вы были бы уже мертвы либо стали бы рабом ксенотов.

– Ну, это ещё неизвестно.

– Понимаю, трудно согласиться с тем, с чем соглашаться не хочется. Давайте поступим так: вы поговорите со своим коллегой Уваровым, которому мы сделали такое же предложение, и когда придёте к единому мнению, позвоните нам. Только давайте условимся – не советуйтесь больше ни с кем, хорошо? Особенно с аналитиками «Триэн» и с руководством «Заставы». Это может закончиться для вас негативно.

– Вы мне снова угрожаете?! – вспыхнул Ватшин.

– Ни в коем случае, успокойтесь. Просто узнав о наших переговорах, ни к чему вас не обязывающих, кстати, триэновцы вполне способны упаковать вас в изолятор, и вы потеряете свободу и независимость.

– Они на это как раз не способны.

– Они – люди, а люди способны на всё. Могу привести десятки примеров.

– Не надо.

– И я так думаю. – Лиана очаровательно улыбнулась. – Приятно было познакомиться со знаменитым писателем. Ждём вашего звонка, Константин Венедиктович.

Изображение умопомрачительно красивой женской головки в мониторе исчезло.

Ватшин вздрогнул, словно его щёлкнули по носу.

Наваждение пропало, он теперь мог рассуждать последовательно, осознав, что девица Лиана обладает недюжинными гипнотическими способностями. Ещё немного, и он согласился бы сотрудничать с инолами, ничего о них не зная.

– Ничего не зная… – вслух повторил он, осоловело глядя на световой пузырь монитора. Вот что он должен был узнать у Лианы в первую очередь: кто такие инолы, почему они называют себя инолюдьми и где обитают – на Земле, на других планетах Солнечной системы или у других звёзд Млечного Пути.

Ватшиным овладело любопытство. Инолы существовали реально, судя по их доказательствам, и в то же время о них не знал никто, даже триэновцы, владевшие информацией о ксенотах. А уж если им ничего не известно…

Константин взялся было за телефон, подумав о Гордееве, но отложил. Он обещал Лиане никому не говорить о контактах с инолами, и звонок руководителю «Заставы» означал бы если и не предательство (у него не было перед инолами никаких обязательств, кроме данного слова), то уж точно обман. А они ему доверяли. Зато они оставили ему возможность посоветоваться с Уваровым, которому предложили то же самое, и этим обстоятельством надо было воспользоваться… чтобы переложить бремя ответственности за собственное решение на чужие плечи.

Щёки обжёг стыд, Костя поёжился. Его внутренний собеседник, циник и хохмач, всегда оценивал ситуацию, в которую попадал Ватшин, с точки зрения «нормального отношения» к жизни, по формуле «бери от жизни всё и вовремя сваливай». Но сам Константин никогда так не делал.

Глотнув горячего чаю с лимоном, он собрался всё-таки позвонить Уварову, но его опередили. Он уже сидел за рабочим столом, когда раздался дверной звонок. Ватшин недоумённо оглянулся, подумав, не сами ли инолы решили его навестить во имя ускорения выработки решения? Но это были не они.

В дверной глазок Ватшин разглядел осанистого рыжеватого блондина с гривой отливающих сединой волос и молча открыл дверь. Это был новый начальник группы триэновцев, который теперь вместо Гордеева курировал работу хроников. Звали его Юлием Тарасовичем.

– Добрый день, Константин Венедиктович, – рокочущим баритоном сказал гость.