Троянский пес - Валерий Афанасьев

– Подруга, ты вроде бы предлагала нам чай?

– Что это я? Действительно. Проходите, садитесь, чай сейчас будет готов.

Бархатный голос Айлы был приятен и мягок. Она принялась доставать из буфета сушеные фрукты, баночки с вареньем и вещи совсем уже мне непонятные. Как она хороша, когда так вот заботливо собирает на стол.

Что это со мной? Не буду лицемерить, мне нравились женщины. Но никогда еще сердце мое не начинало так учащенно биться от одного только взгляда прекрасных глаз. Будь это в моей воле, бросил бы все и остался здесь – собирать корешки и сидеть вечерами у реки, провожая закат. Вместе с Айлой, конечно.

– Ну, вот и все. Прошу к столу. Ах да, вы уже за столом, – Айла смутилась и покраснела. Неужели из-за меня? Или из-за оговорки? – Угощайтесь.

Айла разлила по чашкам ароматный напиток. Фрея говорила, что это чай, но вкус действительно был неповторим. Хозяйка дома ко всему еще и травница. Кому, как не ей, знать секреты вкусного чая.

– Вот варенье из лесных орехов, попробуйте, – при этом смотрела она на меня. Какая радость.

Я попробовал это варенье, а потом другое и еще одно. Есть такое мне раньше не приходилось.

Чай приятно согревал, придавая силы и наполняя энергией. Моя гудящая голова постепенно прояснялась, и мир вновь наполнялся красками. Чудесный напиток.

– Айла, а мы к тебе по делу. Моим новым друзьям, – Фрея взглянула на Дима, – нужна помощь. Или хотя бы совет. Это касается магии.

Айла посмотрела на меня:

– Мне кажется, среди нас есть человек, более сведущий в магии.

Это заставило меня смутиться.

– Поверьте, это не так. Все, что я могу, так это видеть ауру плюс немного умений из арсенала операторов первого уровня. О магии я знаю очень мало, как и об этом мире. Вся надежда только на вас, прелестная хозяйка.

– Об этом мире? – переспросила Айла.

– Это долгий рассказ. Но придется его поведать. Если, конечно, вы согласитесь слушать.

– А я поеду, – заторопилась Фрея. – Батюшка, должно быть, волнуется. Приеду за вами после обеда, а если не удастся, то пришлю кучера.

Дим проводил Фрею до повозки, мы же с Айлой остались сидеть в тишине. Лишь большая лесная птица недовольно клекотала в углу.

Чтобы сгладить неловкость молчания, я решил порасспросить Айлу о ее обереге:

– А как Лима работает без настроек? И откуда ты его взяла? – я перешел на «ты».

– Как откуда? – удивилось это голубоглазое чудо. – Конечно же, сделала. Изготовление амулетов и оберегов имеет свои секреты – секреты ведуний. Здесь важно правильно выбрать дерево. Важна не только порода, но и место, где оно растет. Даже время года и время суток. Сам медальон я не вырезаю, лишь заказываю нужный мне рисунок – в Тьери полно умельцев, занимающихся резьбой по дереву. Когда медальон готов, в него вплетается небольшой корешок дерева Аи. Найти его совсем не просто. Даже мне это удается не всегда. Приходится меняться с лесным народцем.

Я улыбнулся, вспомнив наше с Димом приключение, когда лесной народец стащил наш котелок, а потом в благодарность угостил орехами.

– Я вижу, ты с ними знаком, – она тоже перешла на «ты».

Вот как она обо всем догадывается? Неужели все написано на моем лице? Если возьмешь такую в жены, никакие секреты не сможешь утаить. В жены? О чем это я? Куда свернули мои мысли? Мы вообще едва знакомы. Но, имей я возможность задержаться здесь подольше, был бы рад познакомиться получше.

– Можно сказать и так.

Тут появился Дим, лохматый и немного грустный. Еще бы – его Фрея уехала в поселок.

– Господин Димкап, не хотите еще варенья?

Дим повеселел, облизнулся и даже пару раз приветливо махнул хвостом. Никогда не знал, что собаки так любят варенье. Или это только заколдованные собаки?

Айла слушала нашу историю. Временами хмурилась, временами заливалась звонким смехом. Я почти не заметил, как рассказал ей все. Начиная с моего появления в замке Баралора и заканчивая приездом в Тьери.

– Вот так и получается, что мы вынуждены искать того, кто помог бы Диму вернуть его прежний облик.

Айла вздохнула:

– К сожалению, я вам ничем не могу помочь. В магии я не сильна. Точнее, не владею ею совершенно.

– А обереги? Они не помогут Диму вернуть прежний вид?

– Нет. Они лишь защищают от постороннего влияния. Но от такого могучего мага, как Баралор, защитят ненадолго. В посох мага помещается больше энергии, чем может принять и рассеять Лима. Кстати, Альберт, почему твой посох пуст? Я не чувствую его отзвука.

Я и забыл о нем. Как только вошел, оставил у порога.

Я покраснел. Признаваться было неудобно. Ношу с собой посох мага и совершенно не умею им пользоваться.

– Наверное, не следовало мне его брать с собой. Он внушает встречным неверные представления о моих способностях.

– Ты не можешь его настроить? – с пониманием спросила Айла.

Я кивнул и покраснел еще больше. И с чего бы, спрашивается? Спроси меня о посохе кто другой – отделался бы шуткой или многозначительной тирадой.

– Я тоже не могу, – огорчилась Айла. – Слушай, а ты можешь оставить его у меня до завтра?

Я пожал плечами. Почему бы и нет. К тому же будет повод, чтобы увидеться с Айлой еще раз.

– И куртку свою оставь. Если можешь, – Айла покраснела.

Зачем ей моя куртка?

– Хорошо.

Погода стояла теплая, и походить недолго без своей замечательной кожаной куртки, сделанной на заказ, я вполне мог.

Мы так увлеклись беседой, что не замечали, как летит время. День уже давно перевалил за половину. Вскоре на дворе раздалось конское ржание, и в дверь постучал кучер купца Плаунта. Пора было возвращаться в Тьери. Опять в Тьери. Еще на один день. А планировали заехать всего на минуту. Бросить все и бежать? Как-то это совсем некрасиво. И потом, вот уехал бы я вчера и что? В моей жизни не случилось бы одного события, которое стало для меня неожиданно важным, – я не повстречал бы Айлу.

Айла немного печально улыбнулась:

– Приезжайте завтра. С превращением Дима я помочь не могу. Но и совсем без помощи вас не оставлю.

Оно поманила кучера и что-то зашептала ему на ухо. Тот кивнул и обратился к нам:

– Прошу. Фрея приехать не смогла, но я отвезу вас, куда скажете.

Что ж, содержателю кабачка придется терпеть наше присутствие еще один день. Я ему не сочувствовал – содрать плату за неделю, а потом надеяться, что постояльцы уберутся как можно быстрее… Это плохой тон. Он сэкономил на нашем обеде, и на завтраке, кстати, тоже. Вот пусть этому и радуется.

Однако кабатчик был не очень рад. Он сморщился, как от съеденной редьки, но протестовать не стал. Это было бы уже верхом неприличия.