Земля огня - Морган Райс

Рис рядом с ним сделал перерыв и похлопал Тора по плечу.

«Мы найдем Гувейна», – подбодрил он друга. – «Или умрем, пытаясь».

Тор кивнул в ответ с не меньшей торжественностью, благодарный Рису за поддержку. Пока Тор рассматривал волны, он спрашивал себя, что случится, если он ошибся, если он слишком опоздал. Что если, когда он, наконец, найдет Гувейна, тот будет мертв? Тор не сможет жить с этим. Он не сможет сообщить эту новость Гвен.

А что, если он никогда не найдет его?

Тор попытался прогнать эти мысли из своей головы, продолжая грести сильнее, зная, что неудача – это не выход. Он чувствовал, как вибрировал браслет, и знал, что должен верить. Он не знал, куда они плывут, но осознавал, что все это – часть испытания: иногда человек должен руководствоваться верой. Иногда вера – все, что у них есть. И иногда испытания могут сделать веру сильнее.

Один час сменялся следующим, после чего на смену утру пришел полдень, и Тор начал терять все ощущения пространства и времени, продолжая грести. Он не слышал ничего, кроме ударов весел по воде. Остальные начали замедлять свою греблю, тяжело дыша, нуждаясь в перерыве.

Каждый мускул в его теле горел огнем, Тор едва держался на ногах. Он закрыл глаза и тоже начал грести медленнее. Он сосредоточился, пытаясь отыскать свою внутреннюю силу, умоляя ее направить его к сыну.

«Пожалуйста, Мама», – думал он. – «Если ты там, подай мне знак. Ясный знак. Пожалуйста. Ради Гувейна. Мне нужна твоя помощь».

Воздух разрезал пронзительный крик и, вытянув шею, Тор заметил Эстофелеса, который кружил высоко и производил крик, наполнявший одинокое море. Сокол нырнул вниз и уронил из своих когтей какой-то предмет, который упал в море, приземлившись в воду рядом с Тором. Вода брызнула на Тора и, посмотрев вниз, Тор поразился, увидев небольшую стеклянную бутылку, плывущую по воде.

Он достал ее, открыл пробку, развернул свиток, и остальные собрались вокруг него, пока он читал письмо Гвендолин.

Послание глубоко тронуло Тора и, подняв голову к небу, где кричал Эстофелес, он поразился, увидев его там, посреди неизвестности, чувствуя себя менее одиноким. Он приободрился, почувствовав, что это знак, что он найдет Гувейна.

Эстофелес вдруг повернул в другом направлении и начал несколько раз нырять вверх и вниз. Тор почувствовал, что сокол ему что-то говорит, что он куда-то его зовет.

К Гувейну.

«Мы должны последовать за ним!» – крикнул Тор остальным.

Вдруг поднялся ветер, паруса наполнились, и они все развернули лодку, отправившись за Эстофелесом.

Они плыли через густое облако тумана, низко свисающего над водой, и когда они, наконец, показались с другой стороны, сердце Тора бешено заколотилось от радости. Он был потрясен, увидев, что всего в сотне ярдах от них находится остров – больше предыдущего, очевидно населенный, поскольку повсюду на пляже были видны отпечатки ног.

Когда они приблизились, плывя в разбивающихся волнах, Тор увидел на песке нечто, отчего его вера ожила: на берегу пришвартовалась маленькая лодка. И, судя по ее размерам, она была достаточно велика для того, чтобы вместить одного человека – ребенка.

* * *

Тор и остальные быстро двигались через густые джунгли острова. Тор запыхался, его сердце неистово колотилось. Его друзья шли рядом с ним по следам на песке, которые уводили с пляжа. Судя по отпечаткам ног, кто-то нашел лодку и взял Гувейна. Мысль об этом обжигала Тора. Кто бы это ни был, он заставит их за это заплатить, если еще не слишком поздно.

Джунгли были такими густыми, что Тор едва что-либо различал, пока бежал. Ветки царапали его, но ему было все равно. Когда они становились слишком густыми, Тор вынимал свой меч и прорубал свой путь, продолжая бежать, перепрыгивая через поваленные деревья, слыша, как сердцебиение раздается у него в ушах.

Звуки экзотических птиц и животных пронзали воздух, но Тор едва слышал что-нибудь, кроме своего собственного сердцебиения, кроме собственных мыслей, от которых он сходил с ума. Куда они унесли мальчика? Как давно его лодка причалила на берег? Настроены ли они дружелюбно или же у них зловещие намерения?

И что хуже всего – что, если он не найдет сына вовремя?

Браслет его матери зажужжал как сумасшедший, и Тор едва мог мыслить ясно, зная, что его сын находится здесь, только вне досягаемости, где-то за этими деревьями.

«Кажется, его унесла армия!» – крикнул Матус, глядя вниз на бегу.

Тор думал о том же самом – со всех сторон было слишком много следов. Сколько человек здесь живет? Какие они? Куда это все их приведет?

Когда они прорвались через густую стену листвы, вдруг послышался звук племенного скандирования и танцев, воздух наполнил непрерывный барабанный бой, который был настолько быстрым, что раздавался в унисон сердцебиению Тора, и он становился все громче, пока они бежали. Они все побежали на звук музыки, и Тор чувствовал себя одновременно и приободрившимся, и напуганным. Кто бы там ни был, они не казались дружелюбными. Он в миллионный раз спрашивал себя, почему они взяли его сына. Что они с ним сделают?

«Ты знаешь людей этого острова?» – спросил Тор Матуса. – «Верхние Острова ближе, чем Кольцо».

Матус покачал головой, уклонившись от дерева.

«Я никогда не был так далеко на севере. Я даже не знал, что эти острова обитаемы. Я знаю о них не больше твоего».

Они все вдруг остановились на краю джунглей, прямо перед стеной из виноградной лозы, через которую увидели большую поляну. Будучи закаленными воинами, они все знали, что, прежде чем торопиться через периметр враждебно настроенного врага, сначала лучше оценить ситуацию.

Тор смотрел, тяжело дыша, и был потрясен открывшейся сценой: на поляне стояли сотни туземцев – людей с полупрозрачной белой кожей и выпуклыми, светящимися зелеными глазами. Они были полуобнажены и обладали жилистыми, мускулистыми телами. Они скандировали и били в барабаны, танцуя в кругах во все стороны снова и снова, босиком по песку на поляне джунглей. В центре их деревне находился высокий каменный колодец, а над ним – толстое бревно. Из колодца поднимался дым, и Тор слышал оттуда крики.

Крики ребенка.

Волосы на затылке Тора встали дыбом, когда он прислушался, наблюдая за непрерывными танцами туземцев вокруг колодца. Они поднимали факелы, продолжая бить в барабаны. Он с ужасом понял, что происходит: эти примитивные люди собирались принести этого ребенка в жертву.

Не думая о стратегии, даже не учитывая, насколько враг превосходит их числом, Тор ворвался на поляну с мечом в руке и, издав громкий боевой крик, атаковал сотни этих вооруженных воинов. Даже если бы Тор остановился, чтобы подумать об этом, он бы не стал медлить. Нечто инстинктивное внутри него побуждало его двигаться вперед. Тор знал, что в том колодце может быть его сын и он убьет любого на своем пути, чтобы спасти его.