Проклятое княжество - Георгий Смородинский

Пьян он, что ли? Да нет, ему полведра – как мне пара стаканов. Или это извечная крестьянская психология – молчать обо всем?

– Гверт, вы обещали рассказать, что происходит в Крейде сейчас, вот и рассказывайте. Или вас что-то смущает?

В глазах старосты мелькнула тоска, потом он, придя, казалось, к какому-то решению, налил себе еще, опрокинул стакан, махнул рукой и наконец заговорил:

– Мы тут, господин Криан, Волсу и Амену поклоняемся в основном, а вы ведь от Молниевого пришли. С другой стороны, он правильный бог. Может, они и договорятся там, – Гверт ткнул пальцем в потолок. – Все равно это лучше, чем то, что происходит сейчас. Да и воины наши, они, наверное, тоже Ингвару…

– Стоп! – Я выставил перед собой руки, останавливая словесный поток. – Гверт, я пришел сам по себе, и мне нет дела ни до Волса, ни до Амена.

– Месяц назад со стороны Суоны явилось войско нежити, – начал немного успокоенный староста, – они почему-то обошли Фарот и двинулись сразу к Хантаре. Горм снова отстоял город, но это было только начало. По всей сатрапии стали подниматься древние кладбища, нежить заполонила округу. Болотные твари проснулись. Не нападали, правда, но иметь такое под боком – врагу не пожелаешь. Какое-то время мы просто отсиживались за стенами. – Гверт затянулся, ткнул пальцем в трубку и пояснил: – Табак я в Феаторе брал, а тут все дороги перекрыты, а как без табака, значит, – развел руками он. – Мы все ждали, что, может, из Хантары солдат пришлют или в Фароте наконец проснутся… – Он снова затянулся и посмотрел в сторону узкого окна, больше похожего на бойницу, тяжело вздохнул и добавил: – И дождались… Позавчера в деревню пришли беженцы из Уриаты, вчера из Феаторы. Нет больше деревень, а ведь у меня брат там был, в Феаторе, значит. Этот ублюдок, которого вы у ворот упокоили, он много крови попил. Спасибо вам…

– И что вы собираетесь делать? Вы думаете, это последний отряд?

– А что я могу? – староста пристально посмотрел мне в глаза. – У меня утром было двадцать охотников своих и шестнадцать пришлых. Сколько их сейчас? Половина.

– Так, может, дадите мне людей? Я попробую очистить округу.

– При всем к вам уважении, простите. – Гверт снова уставился себе под ноги. – Не могу, – вздохнул он. И вдруг поднял на меня взгляд, в его глазах мелькнула какая-то бесшабашность. – Освободите деревни от нечисти, дар! Очистите болотную пещеру, и я дам вам людей!

Вам доступно задание «Зачистка территории».

Тип задания: уникальное.

Освободите от нечисти Феатору и Уриату, а также убейте всех монстров в болотной пещере.

Награда: опыт; повышение репутации с княжеством Крейд, повышение репутации с жителями Баланы, Феаторы, Фарота и Уриаты. 10 крестьян под командование.

– Что за болотная пещера? И где это место находится? – спросил я, доставая из инвентаря карту и раскладывая ее на столе.

– Километрах в десяти в сторону Великого озера, в заболоченном лесу, с давних пор стояло какое-то странное сооружение. Там приметное место – небольшая возвышенность недалеко от болота, и старая дорога к озеру как раз проходила через него. – Староста затянулся, выпустил изо рта дым и ткнул пальцем в точку на западе от Баланы. – После того как войска Ахримана покинули княжество, там что-то произошло. Дед говорил, очухались, когда пропал караван и группа охотников, которых послали следом. Через некоторое время там пропал десяток солдат из Фарота, а потом всем стало как-то не до этого. Местные с тех пор обходят это место по дуге, да и дорогу к озеру севернее проложили.

– И что там за монстры?

– Охотники видели огромных светящихся жаб размером чуть поменьше вашего боро… – демон запнулся на полуслове, увидел мою усмешку, усмехнулся сам и продолжил: – Боевого коня, в общем.

– Ясно, – поднимаясь, сказал я, – спасибо, Гверт, я посмотрю, что можно сделать.

– Вы не останетесь?

– Нет, – покачал головой я, – мне привычней рядом с кабаном. Да и у вас, думаю, дел по горло. – Я наклонил голову, чтобы не стукнуться о низкий косяк, и вышел на улицу.

– Подождите, – нагнал меня староста.

– Что еще?

– Уважьте нас, Криан, поднесите факел. – И, заметив мой недоуменный взгляд, пояснил: – Погребальный костер за деревней, значит. Нечисть-то уже, наверное, сожгли, а наших…

– Пойдемте, – пожал плечами я.

Примерно через час все было готово. Погребальный костер сложили на местном кладбище: кучу бревен высотой метра три украсили белыми лентами и цветами. Вокруг замерло все оставшееся население деревни, человек восемьдесят. Лица женщин заплаканы, мужчины хмуро смотрят перед собой. Это давно уже не игра! В игре так не может быть! Не может быть такой тоски в женских глазах, таких серьезных детских взглядов.

Я принял из руки старосты горящий факел и поднес его к тому краю, где была навалена солома. Костер занялся, будто его облили бензином, лицо обдало жаром. Я швырнул остатки факела в костер и некоторое время стоял, глядя в бушующее пламя, и думал. Что же ты наделал, RP-17?! Забрал жизнь у двадцати миллионов или подарил ее миллиардам? Что это? Великое зло или огромное благо? Так и не найдя на этот вопрос ответа, я удрученно покачал головой, развернулся и пошел в сторону деревни, краем глаза заметив, как молодой черноволосый демон в кольчуге, которого я видел около ворот, указывая на меня, что-то втолковывает высокой светловолосой девчонке.

Возле конюшни под навесом стояла широкая скамейка – не самое плохое место, чтобы переночевать. Я сел на старые, растрескавшиеся доски, закурил и прислонился спиной к бревнам стены. День понемногу клонился к вечеру, жители вернулись с похорон, и по улице разнесся запах парного молока и свежеиспеченного хлеба. Вот если сидеть так, зажмурив глаза, слушая рев скотины в стойлах и лай окрестных собак, можно думать, что ничего еще не произошло, что я просто в деревне у бабки, во Владимирской области, у которой мы с родителями гостили каждое лето. И сейчас раздастся скрип сапог отца, вернувшегося с рыбалки, а потом на крыльцо выйдет мама и, вытирая руки расшитым полотенцем, позовет нас с сестрой ужинать…

– Господин лыцаль, господин лыцарь! – метрах в трех от меня стояли двое детей: мальчишка лет семи-восьми и девочка немного помладше. Глаза обоих широко распахнуты, и, если бы не простенькие серые одежды, их можно было бы принять за персонажей какого-нибудь аниме. Видя, что я не сплю, девочка осторожно подошла ко мне и протянула глиняный кувшин, который держала в руках. – Мамка сказала передать тебе молоко.

К горлу подкатил комок, стало почему-то трудно дышать. Я аккуратно взял из рук девочки кувшин и поставил его рядом с собой на лавку. Мальчик передал мне что-то теплое, завернутое в белую материю.

– Спасибо, – хрипло ответил я, – как вас зовут?

– Дала, – улыбнулась девочка, – а его Хилт.

– Хирт! – поправил сестру отчаянно смущающийся парень.