Средневековая история. Первые уроки - Галина Гончарова

Люди так и делали.

Лестницу в подвал тоже охраняли.

Лиля огляделась. Посмотрела на Лейфа:

– Графиня Иртон что – должна ждать в прихожей?! Как какая-то просительница?!

– Ни в коем разе, госпожа. Разрешите вас сопроводить?

Лилиан холодно кивнула.

– Будьте любезны.

Лейф ухмыльнулся. А потом со всей дури грохнул древком топора об пол и рявкнул так, что стены дрогнули.

– Расступись!!! Графиня Лилиан Иртон к мэру города!!!

Эх, хорошие легкие у парня!

– Лилиан Элизабетта Мариэла Иртон, – шепнула Лиля.

Да-да, именно так! Чай графиня, а не хвост кошачий! Сама удивилась, когда узнала от верной Марты. Хотя женщина себя воспринимала именно как Лилю. Как-то оно было созвучнее с прошлым именем…

Люди послушно расступались, открывая проход к лестнице на второй этаж. Лиля чертыхнулась и направилась к ней.

Зар-раза!!! Грязи – по колено!

У себя дома она все это оттерла. А здесь перила – как в подъезде без домофона, ступеньки старые, слегка скошенные. На каблуках она бы точно отсюда навернулась. Да так, что костей не соберут.

Средневековые тапочки держали.

Да и Лейф сзади подстраховывал.

Лиля мужественно преодолела лестницу и огляделась. Опять зал. Вообще ощущение, что этаж просто поделен надвое. Висит какой-то герб, здесь же флаги, камин, громадные окна – застекленные!

Хотя и не большим стеклом. Маленькие стеклышки сложены в тяжелые рамы. Но для местных, видимо, и это – подвиг. Лиля ностальгически вспомнила свой змеевик.

Ничего. Был бы песок да оборудование…

Стены выкрашены в красный цвет. Интересно, зачем? И уже по красному цвету расписаны орнаментами. Красиво, но непривычно.

– Госпожа? – прогудел над ухом голос вирманина.

Лиля решительно пересекла зал. Дверь даже на вид выглядела тяжелой. Сама она ее в лучшем случае робко приоткроет. А здесь так нельзя. Первое впечатление – это все.

И вообще! Она – графиня! И ей многое позволено.

– Лейф?

Вирманин кивнул – и так пнул дверь, что женщина едва не зажмурилась. Грохот пошел, как от слона в посудной лавке.

Но не зажмурилась. Наоборот – вгляделась в открывшуюся картину.

Вот как сегодня выглядят кабинеты чиновников.

Несколько столов, заваленных бумагами. На одном из столов то ли добыча, то ли процент – какие-то тряпки, тарелки, подсвечники… черт их всех разберет!

За столом сидит мужчина. Перед столом стоит вчерашний сопляк. Ах, вот где ты прорезался, гад?! Ну, если вирмане твоих рук дело – берегись. Я добрая, но наехать придется. Точно.

Или сначала попробовать вежливо?

Наверное, второе. Тем более все затихли и смотрят на нее. Лиля бы представилась сама, но Лейф времени не терял:

– Графиня Лилиан Элизабетта Мариэла Иртон.

Прозвучало это еще душевнее, чем внизу. Лиля заплыла в кабинет и улыбнулась.

– Добрый день. Я вижу перед собой мэра города Альтвер?

Очнулись. Встали, разулыбались, как родной, представились, мужчина выполз из-за стола и принялся кланяться. Попутно оценив и одежду, и тяжелый браслет, и кольцо, и серьги…

Лиля тоже оценила. Мужик лет пятидесяти – то есть реально ему 35–40, а в таких условиях стареют раньше. Не слишком высок, ей примерно до уха, лысоват, чуть полноват – типичный чиновник. Но глаза цепкие и умные. А костюмчик – это она уже поняла – сшит из шелка темных тонов. И стоит тоже достаточно дорого. На пальце перстень с баронской короной. Но не изумруд, конечно. Синее – сапфир? Должен быть сапфир[11].

Нет, это определенно не гусь. Это птица поумнее. Даже странно, что в таком захолустье. Или просто подальше от начальства?

Несколько минут было потрачено на расшаркивания и изложение проблемы, и Лиля мысленно потерла руки.

Враг будет разбит, победа будет за нами. Тип явно растерян. Вот чего-то краснеет, бледнеет…

Ан нет. Недооценила…

– Дарий, распорядись насчет вина и сладостей для дам.

Лиля благосклонно кивнула. Не говорить же про диету? Не поймут…

Сопляк вымелся из кабинета, а барон уставился на Лилю умными внимательными глазами.

– Ваше сиятельство, вы утверждаете, что это ваши люди?

– Это и есть мои люди, достопочтенный Торий. – Лиля смотрела холодно и жестко. – И то, что они вирмане, ничего не меняет. Я умею ценить преданность.

– Я и не сомневался в преданности ваших людей, госпожа…

– Так в чем их обвиняют?

Барон улыбнулся:

– Это была простая ошибка…

Скрипнула дверь. Служанка внесла поднос, на котором стояли: серебряный кувшин, такие же серебряные чарочки, а на большом блюде горой громоздились засахаренные фрукты.

Все это было с поклоном сгружено на стол. И барон лично принялся ухаживать за гостьей. Налил вина. Предложил засахаренную сливу…

Лиля сделала вид, что пьет, сливу взяла, чтобы было, что вертеть в пальцах… еще есть это не хватало. Худеть надо! Пальцы тут же сделались липкими, и это придало здоровой злости.

– Неужели? И чья вина в этой ошибке?

Глаза женщины были ледяными. Но барона это сильно не тронуло.

– Госпожа графиня, стража ошиблась…

– Да? – Голос Лили был полон иронии. – Вот просто так с десяток стражников пошли на причал ждать вирман, сидели в засаде с луками и арбалетами, и им никто не отдавал приказа?

Барон пожал плечами.

– Я могу приказать разобраться…

– А я тоже могу. – Кубок жестко стукнул о стол. – Достопочтенный Торий, я могу сказать мужу о том, как обошлись с его людьми. С людьми, которые должны обеспечивать мою безопасность. Полагаю, после этого расследование будет вестись более тщательно?

Торий скривился, как от холодной воды, попавшей на больной зуб.

Что-то тут определенно нечисто. Надо дожимать.

– И почему вы были так недовольны своим сыном с утра пораньше? Может быть, потому, что им была вчера весьма недовольна я?

И чутьем поняла – попала!!!