Предел невозможного - Алексей Фомичев

Чуть ниже меня ростом, крепкий, подтянутый. На вид ему тридцать, может, чуть больше. Волосы русые, черты лица резкие. Взгляд очень уверенный, спокойный. И вообще он производит впечатление несуетливого человека.

— Познакомились, теперь давайте к делу, — сказал Голыбин. — Ваш маршрут — Доруча, Краменец, Сабатид. В каждом поселке надо оставить по одному отряду. У вас всего шестьдесят три человека, значит, по двадцать одному на поселок. Как и что оборудовать и обустраивать — решите на месте. Для помощи выделяем вам несколько человек из строительной бригады, материалы и кое-какую технику. Вот Владимир Андреевич отдает вам лучших специалистов.

Бригадир согласно закивал.

— Остальные вопросы мы обговорили. Так что можете выезжать.

Голыбин повернулся ко мне:

— Ты на чем? На мотоцикле?

— Нет. На джипе.

— Да ну? — удивленно поднял бровь начальник управления. — И как он? Успели отремонтировать?

— Успели. Под окнами стоит. Можно взглянуть.

Все вместе подошли к окну. Голыбин бросил взгляд на «алдан» и изумленно присвистнул:

— Ого! Вот так игрушка! Сверкает, как новый! А мотор?

— В полном порядке. Ходовая, управление, зажигание — все в норме. Идет почти бесшумно, легко.

— И сколько он может взять?

— Тонну.

— Это значит, на нем можно грузы на посты доставлять? — Голыбин одобрительно покачал головой. — Замечательно. Кто постарался? Лопатин?

— Михалыч, — подтвердил я. — Золотые руки.

Сержант тоже с интересом смотрел на машину. Потом спросил:

— Откуда такое чудо?

— Трофей, — вместо меня ответил Голыбин. — Взят в бою с превосходящими силами противника. Артур лично постарался.

Начальнику управления было приятно, что его подчиненный, не военный по профессии, проявил себя в качестве бойца.

Я поймал внимательный взгляд сержанта. Видно, он по достоинству оценил информацию и составил обо мне определенное мнение.

— Что ж, пора в дорогу, — напомнил Голыбин. — Думаю, сегодня успеете закрепиться на месте. И держите постоянную связь с нами. С будущей недели начнем плановое снабжение. Главное — не дать каганату нарушить ход работ.

Начальник управления поочередно пожал нам руки и проводил до дверей. Уже на пороге сказал мне:

— Жду к вечеру. Но если дотемна не управишься, лучше не рискуй. Заночуй в каком-нибудь поселке, а утром приезжай.

— Ясно.

Кивнув на прощание, я вышел.

На улице сержант посмотрел на часы, на своих людей и сказал мне и бригадиру:

— Выезд через двадцать минут. Впереди идет Артур, потом мои машины, потом ваши люди, Владимир Андреевич. Кто старший строителей?

— Мастер Суханов.

— Познакомьте меня с ним. Артур, ставь джип вперед.

— Хорошо.

Сержант и бригадир пошли к «САЗу», а я потопал к своей машине. Возле нее уже стояла небольшая толпа бойцов. Они с любопытством рассматривали джип, вслух обсуждая проходимость и расход топлива.

В этот момент прозвучала резкая команда «по машинам», и бойцы поспешили по местам.

Я залез в импровизированный кузов, проверил в ящике наличие пластикового бочонка с водой и запаса продуктов, закрыл его на защелку и потрогал борт с внутренней стороны. Краска вроде высохла. Хорошо, что солнце припекает да ветерок обдувает. Скоро все полностью высохнет.

— Эй, парень! Держи газету, — раздался за спиной звонкий девичий голос.

Я обернулся. Возле машины стояла девчонка. Брюки из ткани защитного цвета, сшитые почти в обтяжку. Зеленая футболка, штормовка цвета хаки, расстегнутая на груди. Широкий армейский ремень с маленькой кобурой. На ногах полусапожки, тоже сшитые в стиле «милитари».

Фигурка ладная, точеная. Грудь высокая, упругая. Лицо симпатичное.

Нет, не симпатичное. Красивое. Еще по-детски пухлые щечки, голубые глаза, забавная челка на лбу, длинная коса. Прямо куколка. Ростом где-то метр семьдесят два — семьдесят три. Совсем молодая. Не больше восемнадцати.

— Чего смотришь? Газету держи.

Она держала в протянутой руке свернутую трубочкой газету и смотрела на меня с едва различимым негодованием — застыл, понимаешь, какой-то!..

— Положи на сиденье… красавица.

Девчонка фыркнула, бросила трубочку на сиденье, глянула на машину.

— Новенькая… Не знала, что такие выдают. Вот.

Она извлекла из небольшой сумки, висевшей на левом боку, трехцветный вымпел — маленькую копию флага республики с гербом в центре.

— Прикрепи на раму стекла.

Такие вымпелы я уже видел на грузовиках, стоящих впереди. Но мне его вешать не с руки. Там, на нейтралке, навстречу может вылететь кто угодно. И выдавать свою принадлежность к республике не стоит. Иначе можно сразу влипнуть…

— Благодарю, не надо.

— Почему? — удивленно и подозрительно взлетели тонкие брови. — Ты не хочешь прикрепить флаг республики? Это не патриотично…

«Зато спокойно и практично», — промелькнул в голове каламбур.

— Просто — не стоит!..

Девчонка прищурила глаза, опять фыркнула, осуждающе посмотрела на меня и резко развернулась. В ее глазах я упал ниже плинтуса — не патриот!

Я еще раз обошел машину, попинал колеса, в который раз проверяя их упругость, посмотрел уровень масла и бензина. Ажур! Хватит на поездку даже с запасом.

Посмотрел на грузовики. Бойцы неторопливо садились в машины. Среди них бегала девчонка, раздавая последние экземпляры газеты. Кто брал молча, кто-то шутил, кто помоложе — пытался заигрывать. Но девчонка такие попытки игнорировала, отвечала улыбкой, парой слов и шла дальше.

«Пропаганда и агитация в действии, — подумал я, следя за маневрами красотки. — Надо подбодрить добровольцев, едущих практически на передовую. Вообще, насколько я в курсе, политико-пропагандистская деятельность поставлена в республике прилично. Оно и понятно — только на патриотическом подъеме, на самоотверженности и решимости можно возродить государство, поднять его из руин и пепла. Эти факторы играют не меньшую роль, чем ударный труд (на который тоже еще надо сподвигнуть) и профессионализм. Ради этого целое министерство печати и пропаганды организовали. Девочка, видно, оттуда. Только зачем пистолет таскает? Для форсу? Судя по размерам кобуры — там «хорс». Малогабаритный девятимиллиметровый пистолет, созданный в середине семидесятых для скрытого ношения. Неплохая штучка с хорошим останавливающим действием. Такими любят тыкать дамы из тех, кто считает себя наравне с мужчинами. Видать, эта тоже так считает…»

Заведя мотор, я вырулил со стоянки и медленно покатил вдоль грузовиков, чтобы встать впереди них. Проезжая мимо девчонки, что стояла у второй с конца машины, подмигнул. Она с высокомерным видом отвернулась. От резкого движения коса скакнула вверх и влево. Нет, все же красивая малышка…