Правила эксплуатации, или Как не влюбиться в демона - Марина Орлова

– Ладно, надо подумать, – вздохнув, потер переносицу демон, а после зябко передернул плечами и вспомнил, что все еще находится в человеческом обличье. Посмотрел на свои руки без привычных когтей и терпеливо поджал губы. Неудобно и непрактично. Как люди вообще выживают в таком слабом и хрупком теле? Но, в связи с новыми реалиями, Волозару пока лучше походить в этом обличье. 

Что-то ему подсказывает, что у ведьмы будут частые гости. И неведомой заразе лучше до поры до времени не знать, что девчонка пока под его – Волозаровой – защитой. Пусть противник лучше недооценивает угрозы и оплошает, чем подготовится. 

Еще и охотник этот. Наверняка деревенские его первым делом отправят к местной ведьме – Дарине, то есть. Не хотелось бы попадаться ему на глаза со своими любимыми рогами, которыми демон, вообще-то, гордился. Не то, чтобы Волозара пугал какой-то там человеческий охотник, но предосторожность не помешает. 

Да и девчонку подставлять не хочется, как и признавать свое нежелание откровенно напакостить девчонке, что буквально сделала из него невольного раба. Однако рассказ самой девушки о своем прошлом и новые подробности о ее родне… нет, жалости не вызывали. Демона разжалобить вообще сложно. Никто от хорошей жизни призывами его брата из Мрака не занимается. У всех своя слезливая история. Потому раса Волозара в этом поднаторела и значительно очерствела. Но рыжая девчонка смогла вызвать подобие уважения у демона своим стойким характером и тем, что не озлобилась, хотя имела много причин для обратного. Но не смотря ни на что, сохраняет душу светлой. Даже несмотря на то, что ведьма. Да, не черная, конечно, но и черные ведьмы не просто так рождаются. Ими становятся. Вот такие, как Дарина, к примеру, которая сама может выбрать сторону, которой станет служить. 

Пока что Дарина – нейтральная, так как магический потенциальный почему-то не раскрыт, несмотря на то, что обычно этим занимаются наставницы, когда молодой ведьмочке исполняется десять лет от роду. Но в случае с Дариной и, судя по всему, ее родственницами, этим правилом пренебрегали. Почему и с какой целью?

Уже сейчас очевидно, что Людмила намеренно пыталась держать дочь подальше от этого места, для чего и отсылала Дарину в город. Однако, не препятствовала тому, чтобы Дарина гостила у нее. Даже обучала травничеству. Просто тосковала по дочери или не могла препятствовать? Что-то подсказывает, что без второй причины не обошлось. Если Волозар не ошибается, а ошибается он редко, то у каждой ведьмы есть родовое место силы, к которым они привязаны с рождения. Судя по всему, этим местом является эта чертова хижина, которая то и дело ломается и чинится усилиями невольничьей демонской братии.

И все же, Дарина теперь живет здесь, несмотря на старания Людмилы, которая также пропала. Мать Дарины знала, что тут происходит или только подозревала, что подобное может случиться и с ней, потому всячески отдаляла дочь от этого места?

Столько вопросов, и ни одного толкового ответа.

– Я верно понимаю, что Людмила запретила вам раскрывать Дарине правду? – посмотрел демон на печальный дуэт опекунов ведьмочки. Те понуро кивнули, и слово взяла снова Липа:

– Людмила, вернувшись сюда, пыталась расследовать гибель бабки и исчезновение родителей. Насколько мне известно, ничего определенного она так и не выяснила, кроме того, что «нехорошее» так или иначе связано с ее семьей. Началось это около пятидесяти лет назад. Кажется, именно с Любавы. Она – первая, кто ушла из жизни при странных обстоятельствах. А Дуня – первая кто поселился в этом месте.

– То есть, это относительно новый дом? – поднял брови демон, оглянувшись на криво-косо залатанную хижину.

– За каждым домом требуется уход и содержание. Даже за ведьминским. К сожалению, далеко не все женщины нашего рода, знали семейное счастье. Мужских рук всегда не хватало, а одной женщине трудно управиться со всем одной. Так постепенно дом и пришел в негодность, пока Дарина не решилась на вызов демона. Да и те криворукие попадались, – ворчливо отметила Липа, но под мрачным взглядом Волозара присмирела.

– Почему же женщины рода так несчастные в личной жизни? Насколько мне известно, к Людмиле то и дело сватался староста. А Дарина и вовсе, для человечки довольно красива… – заметил Волозар и запнулся на собственных рассуждениях, проигнорировав удивленный взгляд Велеса, который пытался сообразить, откуда демон знает такие подробности и что тут произошло в его отсутствие. Например, почему всегда неразговорчивая Липа вдруг так разоткровенничалась, да еще и с чужаком из Мрака?

– Урожденные ведьмы не могут жить с обычными смертными, – вздохнул Велес. – Мне леший как-то по секрету рассказывал, – посмотрел он на Липу, которая если и была удивлена познаниями серого, то виду не подала. – Временные отношения ради продления рода допустимы, но ни в коем случае не выходить замуж. Любава ослушалась мать и вышла замуж за деревенского, решив рискнуть. Итог мы знаем. Людмила, зная опыт матери, и сама стабильно отказывала старосте, и очень переживала за дочку, потому была против любой возможности родственника пристроить Даринку замуж за городского. Так же и с Василием. А уж после того, как Дарина была вынуждена вернуться, и сама не допускает даже мысли выйти за кого-то из местных. 

– Это упрямство у нее пока свежо в памяти исчезновение матери и все, что было после. Но время идет, и Дарина, так или иначе, будет вынуждена задуматься о своем будущем. Влюбится сама или из тоски согласиться на ухаживания смельчака, что решит посвататься. Если от нее утаивать ее происхождение, она совершит ту же ошибку, что и Любава. Вы об этом думали?

– Думали, – проворчал Велес и прижал уши к голове. – Но Людмила наказала нам не открывать ей правду, пока Дарине не исполнится двадцать пять. До того момента следить за тем, чтобы она не влюбилась и отваживать всех потенциальных женихов.

– Почему именно двадцать пять? – вновь уточнил Волозар.

– Людмила верила, что, если до этого возраста ведьма не пробудит в себе магию, то та просто перегорит. Если это случится, Дарина станет простой смертной, коей считает себя до сих пор, – ответила Липа. – Тогда… тогда власть этого дома ослабеет достаточно, чтобы отпустить женщин этого рода.

– Так и знал, что это не простое место! – довольный тем, что правильно отгадал, кивнул Волозар. – Потому Людмила была вынуждена держать возле себя Дарину некоторую часть года?

– Да. Была одна попытка, когда Дарины не было в хижине почти весь год. Она захворала и почти угасла в городе. Ничто не могло ей помочь, ни старания родственников, ни лекарства. Потому Людмила была вынуждена привезти ее сюда. За день Дарина поправилась и вернулась к нормальной жизни. С тех пор, около полугода Людмила жила с дочерью тут, хоть и пыталась свести это пребывание к минимуму.

– Потому она не стала пробуждать ее силу, как и положено? 

– Да. Чем в ведьме меньше волшбы, тем нейтральней к ней относится источник этой силы. Если бы все было иначе, Дарина не могла бы проводить вдали от дома больше двух месяцев. Так и с Милой было. Дуня ее отсылала, но хватало той, лишь на месяц-полтора. После чего два она проводила здесь. А с уходом Дуни, источник вернул и полностью привязал к себе Людмилу. Затем и Дарину. Выжить вне этого дома она не сможет больше двух недель, ибо душа тесно связана с источником. Но Людмила верила, что после двадцать пятого дня рождения нейтральной и непрактикующей ведьмы, неиспользованный источник просто затухнет и дом станет просто домом, который можно будет покинуть.