Отбор. Вне конкурса - Елена Малиновская

Гелия улыбалась. Все так же мило и доброжелательно, как перед конкурсом.

— А все-таки жаль, что вчера ты выжила, — ласково сообщила она мне. — И очень жаль, что сегодня ты не покинула конкурс. Придется решить этот вопрос радикально, хотя сначала я хотела проявить к тебе милость. Подумала — пусть живет, раз уж повезло.

Я вздрогнула, когда осознала, о чем она говорит. Получается, это она во всем виновата? Виновата в смерти Мирайи и той блондинки, которая пока так и осталась для меня безымянной. Странно, я была уверена, что уж последнее-то убийство точно дело рук мужчины.

— Меньше слов, Леонора.

И блондин резко провел рукой перед собой, как будто стирал нечто невидимое.

Я приглушенно ахнула, когда увидела, что произошло. Внешность слезала с девушки, как старая змеиная шкура при линьке. Скулы заострились, глаза из синих превратились в карие, волосы посветлели.

Неожиданно я поняла, что уже видела эту девушку. Именно с ней в моем видении разговаривал Ивар. И именно это имя он называл.

— Эван, враг мой, — почти пропела девушка. — Ты всегда меня ненавидел, не правда ли?

— Потому что догадывался, какое зло скрывается за твоей красотой, — спокойно парировал блондин.

Девушка криво усмехнулась. Склонила голову, как будто признавая поражение.

А в следующее мгновение я уже лежала на спине и удивленно хлопала ресницами, глядя в потолок.

Все произошло настолько быстро, что я просто не поняла, что же случилось. Только что я крепко стояла на ногах. Как вдруг неведомой силой меня швырнуло наземь. Может быть, я потеряла сознание?

— Держать ее! — послышался резкий приказ, и я опознала в кричавшем Ивара. — Перекрыть все выходы!

Боль остро пульсировала в затылке, мешая мне сосредоточиться. Мир расплывался передо мной и мерцал, готовый раствориться в зыбком небытие обморока. Но я изо всех сил пыталась не потерять сознание. Эдак все самое интересное мимо меня пройдет!

Хлестнул по ушах переполошенный девичий визг. Что затопало в опасной близости от моей головы.

Ой. Ой-ой-ой. По-моему, хватит мне лежать и томно ожидать спасения. Пора вставать, а то ведь мои соперницы еще воспользуются удобным моментом и под шумок пробегутся по мне толпой. И повезет еще, если один раз.

Я сосредоточилась, приготовившись к настоящему подвигу. Неимоверным усилием разогнала перед глазами туман и решительно оперлась руками об пол, готовая вскочить.

В этот момент шум внезапно стих.

— Позволь помочь.

Я почувствовала, как мои губы сами собой задрожали. На глаза навернулись слезы. Потому что протягивал мне руку Ивар. Ивар, которого я думала, что больше никогда не увижу.

— С тобой все в порядке, Шиара? — обеспокоенно спросил Ивар, заметив, что я не тороплюсь принять его помощь. — Ты сильно ударилась?

Присел рядом со мной и осторожно положил ладонь на мой затылок.

Я чуть не замычала от нахлынувшего блаженства. Прикосновение Ивара несло в себе приятную прохладу, в которой без следа исчезла боль и тяжесть. Пропали даже навязчивые мушки перед глазами, которые вспыхивали при каждом моем резком движении.

— Так-то лучше, — довольно проговорил Ивар, без слов поняв мои эмоции.

Убрал руку и покачнулся было, желая встать.

— Послушай! — затараторила я. Вцепилась ему в рукав, испугавшись, что сейчас он вновь уйдет, но теперь навсегда. — Мне правда очень, очень жаль, что все так вышло! Я не хотела тебя обижать. Это все мое любопытство. Прости, пожалуйста!

— Не переживай, я уже не злюсь. — Ивар улыбнулся и накрыл мою руку своей. Подумал немного и строже добавил: — Точнее, злюсь, но не так сильно.

Я виновато повесила голову, уловив в его тоне укоризненные нотки.

— И потом, я тебе даже благодарен немного, — продолжил он с усмешкой. — Твой поступок натолкнул меня на одну догадку. Заставила вспомнить об одном человеке. И все подтвердилось.

Я заинтересованно подалась вперед, но продолжения, увы, не последовало.

— Давай замнем эту тему, — после краткой паузы великодушно предложил Ивар. — Правда, сперва обещай, что больше не будешь совать свой носик в чужие дела.

— В твои уж точно, — с готовностью выпалила я.

Карие глаза Ивара заледенели изнутри, и я осознала, что брякнула что-то не то.

— Ну, конкурс все равно завершается, — торопливо принялась я объяснять. — Поэтому не беспокойся, тебе осталось терпеть меня совсем чуть-чуть.

Губы Ивара сложились в недовольную гримасу, и я замолчала.

Такое чувство, будто он вновь обиделся на меня. Но почему? Что на сей раз я не так сказала?

Но спросить я ничего не успела. Ивар уже встал и ловким движением поднял меня.

Перед глазами потемнело от столь резкого рывка, но Ивар заботливо придержал меня за талию. Повернулся к блондину, который стоял чуть поодаль, терпеливо дожидаясь окончания нашего разговора.

Девушки, которым повезло пройти в последний тур испытания, шумно переговаривались, не обращая на происходящее никакого внимания.

— Она ушла, — с нескрываемым сожалением сказал распорядитель. — Я отвлекся, когда она ударила по Шиаре. И этого мгновения ей хватило, чтобы сбежать.

— Демоны! — коротко и яростно ругнулся Ивар. Наконец-то убрал руку с моей талии и сделал несколько шагов по возвышению, о чем-то задумавшись.

— Зато мы знаем, кто во всем виновен. — Эван пожал плечами. Искоса глянул на меня и добавил: — И знаем, кто будет ее следующей целью.

Я неуютно поежилась под перекрестием двух взглядов — его и Ивара, который круто обернулся после слов распорядителя. Это они обо мне, что ли? Но что такого дурного я сделала этой Гелии?

Ах да, на самом деле ее ведь зовут Леонора. И именно это имя я слышала в видении, когда прикоснулась к перстню Ивара.

И что же получается? Бывшая возлюбленная Ивара, которая бросила его много лет назад накануне свадьбы, внезапно решила вернуться? А причем тут отбор невест для императора? А самое главное — причем тут я?

— Так, — медленно протянула я, буквально слыша, с каким ржавым натуженным скрипом закрутились шестеренки в моей голове, складывая отдельные кусочки головоломки в единую картину.

Похоже, больше нет смысла закрывать глаза на очевидное. Теперь абсолютно понятно, кто такой Ивар.

Краска смущения медленно приливала к моим щекам. От нахлынувших эмоций стало жарко дышать. Я испытывала сейчас целую гамму чувств: от злости на свою глупость, не позволившую сделать выводы намного раньше, до самого прозаического стыда.

Даже вспомнить страшно, сколько всего я наговорила Ивару! Или вернее будет назвать его Инваром? Да одно мое постоянное «тыканье» тянет на самое настоящее оскорбление его императорского величия! А мои рассуждения о том, почему правителю Олеора в жены нужна именно девственница?