Продолжение следует - Павел Комарницкий

Это будет цивилизация скотоводов, вооружённых огнестрельным оружием, коллеги. Быстрота коня, скорострельность и дальнобойность винтовки - вот главные критерии выживания. Дальнейшее существование человечества будет проходить в борьбе за пастбища и воду. Новые чингис-ханы будут появляться регулярно, на время создавая огромные эфемерные империи и заодно приводя численность оставшегося населения в соответствие с площадями пастбищ. Уцелевшие города будут превращены в тюрьмы-резервации, населённые рабами и надсмотрщиками, где будет сосредоточено кустарное производство оружия, боеприпасов и прочих необходимых для ведения войны предметов. Как долго будет это продолжаться, и есть ли вообще выход из такого состояния - неизвестно. Современные прогностические машины не дают ответа на этот вопрос.

Существует ещё двадцатипроцентная вероятность того, что промышленная революция всё-таки произойдёт до того, как Земля превратится в огромное пастбище. Но и в этом случае ничего хорошего ждать не приходится. Я не буду загружать вас деталями, коллеги, скажу лишь, что в конечном итоге на Земле появится новая цивилизация биороботов. Уж тут-то "зелёные" помогут.

Так можно ли бросать землян на произвол судьбы, когда уже пройдена большая часть пути? У кого поднимется рука и развернётся крыло на такое дело? У меня всё.

Изображение оратора исчезает. Зловещая тишина разливается по залу.

– Кто следующий? Ты, Светлая радуга? Прошу!

Вновь вспыхивает изображение, в котором я узнаю увиденный на заставке лик.

– Я целиком поддерживаю Играющего с ветром. Нельзя бросать людей именно сейчас! Нельзя, понимаете! Восставший из праха будет являться к вам во сне, уважаемые! Не смейтесь! Теперь, когда дело уже стронулось с мёртвой точки… Возрождение в Италии - это не мыльные пузыри, это реальная попытка построить новую систему ценностей. Но этому новому действительно угрожает опасность. Вся Европа в огне войн, совсем рядом, во Франции, война полыхает уже больше столетия. Надо прекратить это безумие, причём немедленно! И тогда Возрождение быстро распространится по всей Европе. Это просчитано, не сомневайтесь.

– Можно вопрос? - с места встаёт какой-то ангел. Председатель переглядывается со Светлой радугой, та кивает, и изображение говорящего вспыхивает рядом с её изображением.

– У нашей группы тоже есть такие расчёты. Осталось выяснить, как остановить войну, я имею в виду точечное вмешательство, естественно. Нет ключевой фигуры, способной свершить это.

– Отвечаю. У меня с группой товарищей есть конкретное предложение. До сих пор мы искали выдающиеся, ключевые фигуры, способные изменить ход истории, среди людей. А почему бы не создать такую фигуру самим? Техника биоморфов вполне освоена.

Шум в зале.

– Я сама готова пойти на это. И ничего страшного! Побуду немного человеком (смех). Мы с товарищами уже проработали детали. Я прошу у Совета согласия на проведение операции…

…

– Пусти! Пусти-и!!. А-а-а!!!

– Держи её, Джон, держи! Ух ты, киска! Ха-ха-ха-аа!

Убогое деревенское платье с треском распадается надвое. Совсем ещё юная девушка бьётся на земле, удерживаемая за руки двумя мордоворотами в доспехах. Третий уже стянул с себя тяжёлый панцирь, быстро снимает рубаху и штаны. Ещё несколько стоят в сторонке, ждут очереди.

– Не дрыгайся, птичка. Сперва будет немножко больно, правда, зато потом хорошо!

– После пятого точно будет хорошо! Ха-ха-ха-аа!

Уже раздевшийся ланскнехт, распалённый видом нагого и беззащитного девичьего тела, лезет к жертве, но не успевает перехватить одну ногу и получает сильный удар в пах. От боли и неожиданности он сгибается, выпустив вторую ногу девушки, и получает ещё более сильный удар пяткой в нос.

– А-а-а!!! Она сломала мне нос, сука!!!

Обезумевший от боли ландскнехт хватает валяющуюся на земле тяжёлую алебарду и наотмашь, не глядя, бьёт девушку куда попало. Удар пришёлся по голове - девушка разом обмякла, дёрнулась и затихла.

– Ну вот, командир. Где теперь искать другую девку?

– Заткнись! О-ох, мой нос!

Словно захлопали крыльями несколько крупных птиц. Воздух вскипел, и из этого кипения разом возникли ангелы. Сразу двое, мальчик и девочка.

Несколько секунд длится немая сцена. Остолбеневшие солдаты таращатся на ангелов, а те переводят взгляд с солдат на лежащую убитую девчонку. В руке ангела-мальчика блестит что-то, что мне напоминает толстую авторучку. Что напоминает этот предмет солдатам, неизвестно.

Из "авторучки" с лёгким шипением вырывается ослепительный огненный шнур, и голый ланскнехт распадается надвое. Среди остальных происходит общее мгновенное движение - кто-то падает на колени, кто-то поднимает алебарду или выхватывает из ножен меч. Разумеется, это просто рефлекс, выработанный годами военной службы. Из руки ангела-девочки тоже вырывается слепящий огненный шнур. Короткие зигзагообразные движения кисти, и солдаты вместе с мечами и алебардами распадаются на неровные, кое-где шевелящиеся куски. Те, кто успел упасть на колени, живут на пару секунд дольше. Всё.

Ангелы подходят к убитой, наклоняются. Череп прорублен до основания, но лицо опознать можно.

– Я знаю её - это девушка-ангел, в которой я узнаю Светлую радугу - Это некая Жанна, проживающая в деревне неподалёку. И родителей её знаю. Она проработана, Уин.

Её напарник задумчив. Встряхнулся, принимая решение.

– Ну что ж, Илайя. Значит, ты будешь Жанной.

…

Пепельно-жемчужный свет льётся с потолка. Двое ангелов лежат на полу - она, как обычно у ангелов, сверху, накрыв обоих своими крыльями. Тихо, всё тихо на незнакомой мне базе. И весь разговор идёт мысленно.

"Илайя, ты уверена? Этот Карл трус и подонок, каких мало"

"Неважно. У нас нет другого дофина, придётся работать с этим. Королевской короной можно соблазнить любого подонка"

"Не знаю. История учит, что на подонков никогда и нигде полагаться нельзя"

"Все остальные ещё хуже. И вообще, ты же сам считал, зачем эти лишние разговоры?"

Она гладит его, целует. Совсем как моя Ирочка.

"Ну потерпи, милый. Я думаю, вся операция займёт не больше года"

"Целый год без тебя…"

"Но зато у нас с тобой впереди целая вечность. Хочешь, я буду с тобой тысячу лет?"

"Хочу. Только никому ещё не удалось прожить тысячу лет. Даже здешних"

"Значит, мы будем первые. Веришь?"

"Тебе я верю всегда. Когда ты ложишься в универсальное медицинское устройство?"

"Завтра. Нельзя тянуть, время работает против нас"

"Стало быть, эта ночь последняя…"

"Не последняя. Вот и не последняя! И вообще, это плохая примета - ныть перед этим… Займёмся делом?"