Ржавчина - Алексей Калугин

– У меня все под контролем.

– Все?

Бобо откинулся на спинку стула и посмотрел на болтающийся на кончиках пальцев шлепанец.

– Ты о чем-то конкретном или так, вообще?

– О святых братьях из Ордена Узла.

– А что братья? – Бобо непонимающе ущипнул себя за бородку. – При чем тут братья? Мы – сами по себе, святоши – сами по себе. Наши интересы не пересекаются.

– Пеккер тоже был сам по себе. И считал, что не задевает ничьи интересы.

– С ним что-то случилось? – насторожился Бобо.

– Ему перерезали глотку.

Бобо поперхнулся дымом.

– Да ты что?

– Этой ночью.

– И ты хочешь сказать?…

Дымящейся папиросой Бобо нарисовал в воздухе магический знак, предохраняющий от дурного глаза, дурного слова и злого языка.

– Похоже, что святые братья, – кивнул Григ.

Бобо в задумчивости обхватил подбородок рукой.

– Два дня назад трое святош просились к нам на постой. Может, это и были те самые, что Пеккера убили?

– Они у вас ночевали?

– Нет! – Бобо посмотрел на Грига так, будто тот попытался его обидеть. – Мы их не приняли!

– Интересно, чем вы мотивировали отказ?

– А почему я должен что-то мотивировать? – Бобо затянулся и посмотрел на крышу беседки, расписанную таинственными символами. – Я просто сказал им, чтобы они ступали своей дорогой, здесь им ничего не обломится. Вот и все.

– Не боишься отношение со святошами испортить?

– Плевать. Мы поклоняемся разным богам. – Бобо раздавил пустой папиросный мундштук в пепельнице. – Я образно выразился.

Стрельба, доносившаяся все это время со стороны Химок, внезапно оборвалась. Взвизгнули еще раза три-четыре переносные пусковые установки. И – тишина.

Григ посмотрел на часы.

– Семнадцать с половиной минут.

– Может быть, это еще не конец? – без особой надежды предположил Бобо.

– Подождем.

Прошла минута-другая, и вновь начала ухать тяжелая артиллерия.

– Всё, – Григ положил часы на стол. – Артиллерия прикрывает отступление.

Бобо грустно закивал, так, что край его вязаного берета замотался из стороны в сторону.

– Мне иногда кажется, что у военных такая игра – нужно забежать в Зону, отметиться в определенном месте и быстро убежать. Иначе просто невозможно объяснить их идиотскую активность.

– Они получают приказы и обязаны их выполнять.

– Поэтому они все время проигрывают.

– Почему?

– Потому, что Зона не любит тех, кто выполняет чужие приказы.

– Да? – Бобо ущипнул себя за бородку. – Это твое личное мнение?

Сталкер усмехнулся.

– Это результат моих многолетних наблюдений за тем, что здесь происходит.

– Ах Григ! – звонко хлопнул в ладоши Бобо. – Тебе бы книжки писать!.. А я ведь купился на твои слова! Честное слово, купился!..

Растаман потянулся к папиросной машинке.

Григ наклонил голову и провел ладонями по лицу.

– У тебя усталый вид, Григ.

– Я почти не спал прошлой ночью.

– Тогда не стану тебя задерживать, – Бобо раскурил свеженабитую папиросу. – Пусть твой сон будет таким же глубоким и спокойным, как сон Алого Короля.

– Спасибо, Бобо. Как ты предпочитаешь, чтобы я заплатил за ночлег и еду? У меня есть деньги и чиптрилы.

– Зачем ты обижаешь меня, Григ? – недовольно выпятил нижнюю губу растаман. – Ты наш друг, мы всегда рады тебя видеть. Можешь оставаться в «Метрополисе», сколько пожелаешь. И ни о какой плате не может быть и речи. У нас не гостиница, а место, где встречаются близкие по духу люди.

– Спасибо, Бобо, но я не один. Со мной груз.

– Сколько?

– Один.

– Для кого?

– Для Кости Дум-Дума.

– Отлично! – расплылся в довольной улыбке Бобо. – Значит, Дум-Дум будет моим должником.

– Только, если хочешь узнать, кто этот парень и зачем он нужен друиду, честно тебе скажу: понятия не имею.

Выражение лица Бобо приобрело надменное и даже несколько самодовольное выражение. В сочетании с нелепым костюмом выглядело это почти смешно.

– Григ, ты, видно, забыл, кто я такой.

– Вообще-то мозгоклювы до меня еще не добрались, и я не страдаю провалами памяти…

– Григ, послушай меня! – Бобо поднял левую руку. Большой и указательный пальцы были соединены в кольцо. Остальные – подняты вверх. – На территории Московской Зоны я, между прочим, главный провозвестник растафарианства. Врубаешься?

– Пока – нет.

– Я сам могу тебе рассказать, зачем Дум-Думу понадобился человек, которого ты к нему ведешь.

– Серьезно?

Григ уже не первый год был знаком с Братством Растафари. И, честно говоря, все это время был уверен, что разговоры о колдовстве, вуду и прочей мистике – всего лишь эфемерное облако, которым окружают себя растаманы. Таким образом они создавали для себя максимально комфортную среду обитания. И не более того. Ну, в самом деле, какое еще вуду в двадцать первом веке? И где – в Москве! Пусть даже этот город превращен ныне в гараж доктора Моро. Но – вуду здесь совершенно ни при чем. Это точно. Да и, вообще, какая связь между растаманами и вуду?..

– Абсолютно, – Бобо затянулся и прикрыл глаза.

– Без фокусов?

– И даже без спецэффектов, – выдохнул Бобо. – Видишь ли, брат, я обладаю способностью проникать в сон Алого Короля, – растаман задумчиво посмотрел на красный уголек на конце папиросы. – Да… Таким образом, через сон Алого Короля я могу узнать обо всем, что происходит в мире… Нет, – Бобо сделал резкое движение рукой, как будто хотел выкинуть недокуренную папиросу. – Конечно, не обо всем. Дело в том, что в процессе проникновения в сон Алого Короля возможны аберрации двух типов… Проще говоря, не все удается как следует разглядеть.

– Ну, это понятно, – согласился Григ.

– Но, если хочешь, я могу попытаться.

– Конечно. Буду признателен.

Григ ни на секунду не поверил в то, что говорил Бобо. Но ответить отказом на столь искреннее и щедрое предложение хозяина было бы, по меньшей мере, нетактично. Если даже Бобо играл в какую-то свою игру, что ж, Григ не видел ничего зазорного в том, чтобы немного подыграть ему. В конце концов, каждому из нас в непохожих ситуациях приходится играть разные роли. И, если Бобо хочет на какое-то время стать великим растафарианским жрецом, что ж, пусть так оно и будет. Григ не имел ничего против такой игры. Он чувствовал себя смертельно уставшим и жутко хотел спать, но еще какое-то время готов был оставаться в компании Бобо.