Странник - Игорь Чужин

Колин зашевелился во сне и повернулся на другой бок. Получается, что я вернулся к тому состоянию, в котором был после кораблекрушения.

— Колину, наверное, я могу доверять, он из-за меня убил Улиса, сына своего хозяина. Ему теперь тоже нужно скрываться. Может он меня хочет отвести к «Сигурду» Великому князю Танола? Сдаст меня, этим и оправдается перед князем. Да нет, князь его на куски порежет за смерть обоих сыновей. Колин хорошо знал Стаса, и он убил Улиса. Тулпар принял меня за Ингура, а Колин хорошо знает его. Здесь не все так просто, нужно будет подробно расспросить Колина. Так, какую же линию поведения выбрать? Первое, нужно поменьше врать и распускать «павлиний хвост», а там время покажет, — закончил я свои рассуждения.

На востоке небо начало светлеть и над деревьями стало всходить солнце. Колин снова заворочался во сне и, потянувшись, сел у потухшего костра.

— Доброе утро, какие новости? — спросил Колин и улыбнулся.

— Все нормально, опасности поблизости нет.

— Ты что же костер прозевал? У меня больше нет огненных палочек. Как костер разводить? — посетовал Колин.

— Успокойся, сейчас разожгу огонь.

Я порылся в кармашке пояса и достал оттуда кусок гвоздя, с помощью которого добывал огонь. Несколько секунд и костер разгорелся.

— Ты смотри? Стас тоже так умел, — удивился Колин.

— У нас это семейное.

Колин сбегал к ручью за водой и замутил в котелке обрыдшую мне кашу. Здесь на Геоне эта каша была основным продуктом питания в путешествиях. Смесь крупы и сушеного мяса с солью и специями, хорошо утоляла голод и не портилась в дороге. Правда вкус каши очень напоминал перловку, на которую у меня была аллергия еще с армейских времен. Голод не тетка, каша почему-то очень быстро закончилась в котелке, и я спрятал ложку за голенище сапога. Проинспектировав внутренним взглядом свое состояние, я пришел к выводу, что я в прекрасной форме. Рана на ноге не болела, и аура тела была яркой и однородной, повреждений своей энергетической оболочки я не обнаружил. Потоки энергии текли по телу равномерно и без сбоев. Восстановление прошло на удивление быстро. Еще вчера, я чуть было не отправился на тот свет, а сегодня свеж как огурчик. Похоже, чем чаще я пользуюсь «Силой», тем легче мне с ней управляться и восстановление проходит быстрее. Запас «Силы» в моем организме тоже стал значительно больше.

— Растем, — подумал я. — А это есть хорошо.

Мое настроение улучшилось, и черные мысли отошли на второй план.

— Что будем делать дальше? — обратился я к Колину.

— Для начала нужно рвать отсюда когти, — ответил хуман. — А вот куда ума не прилажу. Там в каньоне грохнуло очень сильно, и в живых вряд ли кто остался. Как ты там выжил не понятно. Но скоро должен кто-то из замка появиться и они могут напасть на наш след.

— Слушай Колин, я знаю одно место, где можно переждать несколько дней. Давай туда двинем, только на дорогу выведи, а там я поведу.

— По дороге опасно, заметить могут.

— Я раньше их почувствую, так что мы сразу с дороги свернем, да и следов на дороге полно, — ответил я.

— Ну, тогда по коням — сказал Колин, и мы начали собираться в дорогу.

Сборы были не долгими. Мы затушили костер и спрятали его, закрыв куском дерна. Правда если наткнутся на поляну, то эта маскировка не спасет, но со стороны не так заметно. Потом наполнили фляги и двинулись в путь. Лошадь Улиса сначала заартачилась, но получив кулаком в ухо, сразу поняла, кто в доме хозяин и быстро затрусила за конем хумана. На дорогу мы выбрались через час. Здесь инициативу в свои руки взял уже я, и мы поскакали в сторону Ариса. Сканирование местности показало отсутствие аур людей и крупных животных. Я сказал об этом Колину, и мы рысью помчались вперед. Постоянное предчувствие опасности к разговорам не располагало, и мы перебрасывались только короткими репликами, оставив разговоры на потом. Солнце стояло уже высоко, когда дорога привела нас к ручью возле облюбованного убежища. Я свернул с дороги в ручей и по его дну поехал к холму, на котором решил устроить стоянку. Колин молча, повернул за мною. Мы доехали по дну ручья до тропинки на обратной стороне холма и спешились. Я стал сканировать окружающее пространство, но макушка холма просматривалась плохо. Площадку на холме окутывал какой-то магический туман, и ауры на вершине оказались размыты. Я предупредил Колина об осторожности и двинулся по тропинке к вершине. Чем выше мы поднимались, тем четче было видна вершина холма. Поднявшись почти до вершины, я увидел ауру человека и лошади. Человек лежал неподвижно и, похоже, спал. Лошадь медленно передвигалась, наверное, паслась. Я достал меч и крадучись пошел в сторону спящего человека. До противника оставалось всего несколько шагов, как вдруг под копытом пасущейся лошади громко хрустнула сломанная ветка. Человек вскочил на ноги и бросился на меня. Я занес меч для удара и оторопел, ко мне со всех ног несся «Первый» и, размазывая слезы по лицу орал:

— Мой хозяин вернулся, мой хозяин вернулся.

Подбежав ко мне, шак упал на колени и, обхватив мои ноги, захлебываясь слезами зарыдал.

— Они брата убили. Мне хозяин волшебный панцирь дал, меня враги не убили, а брата убили. Я сюда на лошади скакал, в меня из лука стреляли, стрелы отскакивали — сквозь слезы бубнил «Первый».

Я вложил меч в ножны и стал успокаивать шака.

— Ну, все успокойся. Все хорошо. Я приехал, теперь все будет хорошо, — растеряно говорил я.

Шаки были хорошо закрыты от магического сканирования. Я несколько раз пытался залезть шаку в голову, но мне это не удавалось. Вернее в голову я залезть мог, но в голове у шака был только один бессвязный набор слов и образов. Наверное, они чувствовали попытку магического сканирования, и у них срабатывала своеобразная защита. Сейчас же «Первый» оказался абсолютно открыт. От него на меня обрушилась такая вселенская тоска и горе, что я даже испугался. Я видел все, что с ним произошло. Видел его сумасшедшую скачку, следом за отрядом Торвина. Видел смерть его брата, упавшего с отрубленной головой под копыта лошади. Перед моими глазами проносились оскаленные лица арбов в белых бурнусах, добивающих отряд наемников. Звон мечей, дикие крики умирающих разрывали голову. Ужас обуревал шака, арбы рубили его своими саблями, он пытался закрыться от этих ударов голыми руками, и только защитное поле панциря спасало его от неминуемой смерти, отводя удары в сторону. Я видел, как он тащил за собой практически загнанную лошадь, на вершину холма, как сидел почти двое суток без сна.

— Хозяин придет, он меня не бросит. Хозяин придет, он меня не бросит, — голодный, раскачиваясь из стороны в сторону, непрерывно повторял «Первый».

Ко мне постепенно пришло осознание того, что «Первый», так бы и умер здесь на холме от тоски, ожидая меня, если бы я не пришел. Господи, неужели я на этом свете, до такой степени, кому-то нужен? Неужели есть такое существо, которое так сильно любит меня?

— С ума сойти. Ты такой же чудной, как и Стас, — раздался голос Колина у меня за спиной. — У него тоже был шак, которого звали Седым. Он так же за ним как хвостик бегал. Убили его, когда я Ингура спасал от погони. Седой с дубиной против семи лучших убийц клана «Зорга» держался, пока я с маленьким Ингуром, на лодке от берега, на безопасное расстояние не отошел. Шак будет спокойно смотреть, как его хозяину глотку резать будут и пальцем не пошевелит, а затем спокойно пойдет с новым хозяином. Шакам на хозяев наплевать, они веревку в воду без команды не бросят, чтобы спасти человека, а здесь такая любовь. Шак за хозяина драться будет только с магическим ошейником на шее, зная, что без башки останется, если хозяин умрет. Вы что их чем-то прикармливаете?