Выйти замуж за эльфа - Татьяна Андрианова

– Ведьма! Ведьма! Ведьма!

Я досадливо поморщилась, осознавая, что выспаться мне, как видно, не судьба. Внутренне пытаясь смириться с несправедливостью этого мира, я накинула халат, сбросила по пути нагло развалившегося на кровати кота (в самом деле, не одной же мне бодрствовать) и привычно высунулась по пояс в окно, являя из себя наглядную картину под названием «ведьма встрепанная озлобленная обыкновенная».

– Ну? – многообещающе поинтересовалась я у обалдевшего от такого приема парнишки. А нечего меня будить. Я очень расстраиваюсь, когда мой сон прерывают из-за какого-то пустяка, а в гневе меня боятся даже драконы. По крайней мере, некоторые из представителей этого племени. – И кто у нас тут самоубийца?

– Почему самоубийца? – нервно икнуло вихрастое чудо, хлопая своими огромными карими глазами.

– Потому что будить меня очень вредно для здоровья, – мило улыбнулась я.

– Эх, и не пожил-то совсем еще! – всплеснул лапками Васька, вскарабкавшись на подоконник.

Окончательно деморализованный паренек закатил глаза и осел в дорожную пыль, потеряв сознание.

– Спекся, – констатировал Васька, почесывая лапкой пушистый затылок. – И как только таким хлюпикам важные поручения доверяют…

– Действительно, – не могла не согласиться я с котом. – Однако мы немного поспешили с запугиванием паренька. Надо было сначала выслушать просьбу.

– Да. Хорошая мысля приходит опосля, – кивнул котик. – Но, может, пойдем завтракать, пока этот юнец сподобится прийти в себя. Чего зря время-то терять?

– Не переживай. – В кои-то веки удосужился поддержать приунывшую меня Ахурамариэль. – Ты была с ним относительно мила.

«В каком смысле?» – нахмурилась я, не понимая, считать себя польщенной или оскорбленной.

– В том смысле, что будь я живым эльфом из плоти и крови, неизвестно что именно предпочел бы: воровать яйца у разъяренной драконихи или будить тебя.

Надо же. Вроде бы критика, а приятно. Умеют же эльфы выразиться так изящно, что даже оскорбляться как-то нелепо.

Дворя, как обычно, расстарался вовсю. На столе стояло такое множество блюд, что можно было накормить пару-тройку команд истребителей разом и то при условии, что вышеупомянутые команды не ели как минимум три дня. Неизменный медный самовар радовал глаз отполированными до блеска боками и ароматом свежезаваренного чая в заварочном чайнике. Эльфы уже спокойно сидели за столом и выглядели до противного выспавшимися.

– Добрый день! – синхронно поздоровались они, словно долго репетировали приветствие.

– Доброе утро! – откликнулась я.

И пусть уже полдень, но для меня утро – это тогда, когда я встала с постели. В конце концов, во сколько ты поднимешься с кровати, пропорционально зависит от того, во сколько ты лег. Макс, как я заметила, тоже не особо стремился покинуть уютную постель и присоединиться к нашей трапезе. Позавидуешь крепкому сну целителя. Я мученически вздохнула, как королева, которой пришлось самостоятельно зашнуровывать корсет, и положила на свою тарелку кусок яблочного пирога. Надо сказать, домовой превзошел самого себя. На тонкое тесто сначала выложил мелко натертую цедру лимона, грецкие орешки, затем следовал слой из кусочков яблок, сверху абрикосовый джем, а поливалось все это горящим коньяком. Мням-мням.

– Вика, чего хотел этот оглашенный? – вопросил Тирандерель.

Я отвлеклась от смакования кулинарного шедевра Двори и непонимающе уставилась на эльфа, как баран на новые ворота.

– Кто?

– Тот, который под окном так дико завывал: «Ведьма! Ведьма!»

– Ах, этот… – дошло наконец до меня. – Понятия не имею.

– Разве ты у него не спросила? – удивился рыжий зануда.

– Как-то не успела. – Как можно равнодушней пожала плечами я. – Впрочем, у вас есть шанс узнать все из первых рук. Он где-то там, за воротами… валяется.

Эльфы вскочили на ноги, опрокинув стулья. Хорошо хоть стол остался стоять. Потерю завтрака я бы не пережила.

– Ты убила гонца?! – возопили они.

Две пары глаз уставились на меня с таким осуждением, что будь бы у меня совесть, устыдилась бы непременно.

– Ой, не надо на меня так глазки страшно выпучивать! А то, знаете, спазмы лицевых мышц случаются. Так ведь и останетесь, как две рыбы-телескопа.

– О каких рыбах речь?! – Тирандерель ткнул в мою сторону вилкой с насаженным на нее блинчиком.

Холодное оружие, между прочим. Я имею в виду вилку.

– Ты превзошла самое себя! Убить гонца! Это просто ни в какие рамки не лезет!

– Что вы орете, как пара потерпевших? – спокойно поинтересовалась я. – Да с чего вы взяли, что я его убила? Я еще не настолько озверела. Просто он в обморок упал.

– Да, – вклинился Васька, выражая свою солидарность со мной. – Хлипкая молодежь нынче пошла. Нервные все какие-то, просто слова им не скажи…

– Ведьма! Ведьма! – донеслось с улицы. – Ведьма!

Эльфы шумно выдохнули.

– Настырный, – констатировал Васька. – Еще кто-нибудь чаю хочет?

– Я! – подняла руку я. – Только вот схожу, узнаю, что именно понадобилось этому крикуну.

Тяжело вздохнув, я постаралась смириться с несовершенством бытия, в котором меня с завидной регулярностью будят все кому не лень и постоянно препятствуют нормальному приему пищи. Между прочим, нарушение режима питания ведет к образованию язвы желудка. А этот обезьян ревун орет себе и не охрипнет никак, зараза такая. И кто сказал, что жизнь оседлой ведьмы тиха и безмятежна? Посмотреть бы ему в глаза…

То, что ворота открыла взъерошенная ведьма, облаченная в домашний халат поверх атласной пижамы и обутая в домашние тапочки с помпонами, парня, похоже, не удивило. Видимо, лежание на земле в беспамятстве подействовало на неокрепшую нервную систему подростка укрепляюще. Паренек развязно засунул руки в карманы джинсов, стрельнул в мою сторону насмешливыми карими глазами и нагло поинтересовался:

– Ты, что ли, ведьма будешь?

Интересно, а кого он рассчитывал здесь увидеть? Разве он не ко мне шел?

– Почему буду? Диплом я уже получила. А тебя, что, мама вежливости не учила? Прежде чем вопросы задавать, следовало поздороваться сначала.

– Между прочим, ты тоже не поздоровалась.

Я обдумывала, стоит ли отвечать или сразу превратить нахаленка в лягушку, чтоб другим неповадно было. Ишь, взяли моду хамить.

– Хозяйка! А давай я в него плюну! – радостно предложил волчий череп. – Он станет фиолетовым в крапинку.

Мысль интересная.

Паренек вгляделся в выражение моего лица и благоразумно отбежал на безопасное расстояние. Бедняга не знал, что заклятия бывают и самонаводящимися. Я не стала развеивать его наивность. Пусть побегает… Пока.