Три кольца небесной сферы - Сергей Степаненко

– В самый раз, – буркнул я, усаживаясь на лавку. – Кстати, вояки где?

– Да с утра и ушли, сударь. – Трактирщик поставил на стол большую тарелку с жареной рыбой, порезанную аккуратными ломтиками краюху хлеба и бутылку с голубой жидкостью. – Белого Дракона убивать пошли.

– Куда? – Я чуть не подавился рыбой. – На дракона?

– Ну да, на дракона. Земля им пухом…

Я молча отсалютовал кружкой и залпом влил в себя содержимое. Горло и живот тут же будто обожгло льдом, сразу стало понятно название «Голубой Иней». А песня меж тем зазвучала громче, голос певца стал глубже:

Странник ночи ты иль рыцарь дня –

Все едины пред Богом Дороги.

Отогрейся сейчас у огня,

И опять в дальний путь одинокий.

На алтарь, как на ложе из роз,

Бросишь все, преклоняя колени.

Все, что в сердце сквозь годы пронес,

Все, что душу мятежную греет.

А вот мою душу ничего не греет, что и горько… Я набросился на еду, после опохмела пошло как по маслу, хотя голова еще слегка потрескивала. Мелодия снова стала тихой и печальной, голос вновь наполнился грустью:

Все отдашь ты, и снова в поход

За мечтою, что фата-морганой

Ускользает и снова зовет,

Бриллиантом сияя за гранью.

Хм… Может, и так… Я бросил под ноги барду монету и вновь заглянул в кружку. Мне-то уж точно идти уже некуда. Да и незачем…

Столешница содрогнулась от могучего удара. Жалобно звякнули тарелки, из перевернутого бокала мимо моего носа потекло вино…

С трудом оторвав раскалывающуюся черепушку от плоской поверхности, я мутным взглядом уставился на нарушителя спокойствия. Неприятный тип. Худое лицо в крупных оспинах с орлиным носом, цепкие глубоко посаженные черные глаза, рыжие дреды свисают на плечи грязными сосульками. Коричневый свитер грубой вязки, кожаная черная безрукавка, черные же штаны свободного покроя заправлены в невысокие мягкие сапожки. В общем, одет как типичный обитатель Ничейной Зоны. Среди моих знакомых подобный экземпляр точно не значился. Хотя…

Я попытался напрячь мозги, но в сознании, затуманенном длительным запоем, не возникало никаких ассоциаций.

– Ты! – с ноткой торжества произнес этот тип.

Я вопросительно приподнял бровь:

– Н-ну?..

– Нет! Это точно ты! – припечатал он, падая на свободный стул.

– Я?.. – На всякий случай я отрицательно помотал головой. – Не-а, не я…

Мотать головой было ошибкой: перед глазами все поплыло, и я рухнул на стол, гулко стукнувшись лбом. В глазах заплясали багровые круги, желудок обеспокоенно заворочался.

– Ты же служил в Патруле! – не унимался этот тип.

– Не, врут все… – буркнул я, не поднимая головы и борясь с приступом тошноты.

– Извини, брат, ошибся, – не стал настаивать незнакомец и, подозвав разносчика, заказал выпивку на двоих.

Похоже, уходить он не собирался. Впрочем, пропустить стаканчик на халяву я бы не отказался. То, что местное пойло и без того скоро потечет из моих ушей, никого не волновало.

– Меня Регги зовут, – представился сей навязчивый тип. – Охотник Черный Регги. Слыхал?

– Угу, – подтвердил я и мысленно выругался. Теперь я его вспомнил!

Давным-давно, когда я действительно служил в Патруле, именно я командовал отрядом, бравшим банду Звездочета. Регги был его правой рукой. Гаденыш оказал сопротивление, ну я и сломал ему пару ребер. И челюсть.

Нет! Все-таки хорошо, что я не признался насчет Патруля. Совершенно не в форме, чтобы выяснять отношения.

– Эй! Тебя как-нибудь зовут? – поинтересовался Регги, видя, что поддерживать разговор я не собираюсь.

– Арт… Арч… Ар-р-чи… – с третьей попытки выговорил я.

– У-у, брат, тяжелый случай! Что, напиваешься в одиночестве? Хреново.

– Не твое дело! – отрезал я и попытался сесть ровно. С трудом, но мне это удалось. Голову все же пришлось подпереть кулаком.

– Герой, – оценил мои усилия Регги, – какие у тебя проблемы?

– Никаких. Кроме тебя. Я просто пьянь!

В этом была доля правды: последние несколько месяцев я действительно беспробудно пил. Пил, чтобы заглушить адскую боль, заполнившую душу после гибели Джеммы. Боль не проходила, но алкоголь, временно отключая сознание, не давал сойти с ума. Или подняться на самую высокую скалу и сделать шаг в бездну.

– Ты не пьянь, ты дурак, – сообщил мне Регги.

– Одно другому не мешает, – возразил я.

Регги хохотнул и неожиданно спросил:

– Слышишь, а морду ты мне начистить смог бы?

Я окинул его оценивающим взглядом.

– Не вопрос. Было бы за что.

Регги удовлетворенно хмыкнул:

– Как у тебя с фехтованием?

Я вытянул руку над столом и попытался справиться с дрожью в пальцах. Не получилось.

– Хреново, – заметил Регги.

– Ни фига! – не согласился я. – Дырок в тебе я и сейчас наделать смогу. Хотя, конечно… дырки кривые получатся.

В это время разносчик, пацан лет тринадцати, прыщавый и долговязый, принес заказ.

Регги поставил передо мной стакан с электрически-фиолетовой жидкостью, поднялся, прихватив обе бутылки.

– Трезвей скорее, – сказал он, – есть интересное дельце. Как раз для тебя.

– Да-а? – удивился я.

– Весьма прибыльное, – подмигнул он.

– И где подвох? – поинтересовался я.

Регги досадливо поморщился:

– Нет подвоха. Просто меня там знают, а работу сделать надо. Я уже взял задаток.

– Верни, – посоветовал я, – меня твои дела не интересуют. И уж тем более не собираюсь вместо тебя совать шею в петлю.

– Не все так страшно, брат. Зато весело! Или ты собираешься вечно напиваться в этом баре?

Я обвел мутным взглядом вокруг.

– Что не так с баром? Милое местечко.

– Пока не явятся драконы, – бросил Регги многозначительную фразу и направился к выходу.

Я проводил его взглядом до двери, наблюдал, как он вышел, впустив в полутемное закопченное помещение яркий солнечный свет, клубы морозного воздуха и охапки снежинок.

– Снег? – вяло удивился я. – Куда ж меня занесло?

Ответа на этот вопрос у меня не было, как и на сопутствующий ему: как я сюда попал? В памяти лишь мой стол в углу, пьяные драки и неутихающая боль, как раз полыхнувшая с новой силой.

Чтобы хоть как-то с ней справиться, я схватился за стакан и залпом опрокинул в себя содержимое.