Охотники за луной - Екатерина Азарова

– Все в порядке, – успокоил его довольный маг. – Забирай ее и тащи спать. К тому времени как она проснется, тело уже отрегулирует чувства.

Меня подхватили на руки и прижали к себе.

Я вздрогнула от прикосновения и несильно втянула воздух носом. Брайс, только он так пахнет. Заботой и нежностью, силой и уверенностью, морем и лимонной цедрой. А еще известью. Хихикнула, не открывая глаз. Хорошо, что не подземельями и пометом.

– Как ты? – обеспокоенно спросил он еле слышно, но его слова показались набатом.

– Хорошо, не говори больше ничего. Очень громко.

Брайс прижался к моим волосам, чуть сильнее стиснул в объятиях, отчего по коже как будто прокатился разряд молнии, и понес в комнату.

Скрип половиц, запах краски на стенах, дуновение ветра и несметное множество ароматов и звуков.

Я была настолько поражена новыми эмоциями, что почти сходила с ума от восторга. Если Лисичка постоянно так ощущает окружающее пространство, то могу ей позавидовать. Но и посочувствовать тоже. На мгновение представила, каково это, с таким обонянием снова очутиться в катакомбах? Думаю, сошла бы с ума.

Дверь ко мне в спальню открылась с оглушающим скрипом. Четыре шага – и, немного наклонившись, кэп опустил меня на кровать. Дерево слегка всхлипнуло, принимая мой вес, и тут же замолчало. Шелест одеяла, скользящего по невероятно чувствительному телу. Легкий поцелуй в висок, тяжелый вздох, рваный выдох. Выключение света, снова скрип двери, и внезапное безмолвие.

Тим отсек внешние звуки и запахи, но с тактильными ощущениями ничего не сделал, догадалась я. Улыбнулась. Шальная голова чувствовала каждое перышко в подушке, а тело – каждую ворсинку на шерстяном одеяле, но эйфория, в которой я продолжала парить, оставалась. Ощущения радовали неимоверно, и, немного привыкнув, я провалилась в сон. Невероятно яркое, красочное и наполненное миллионами запахов забытье.

Луна была настолько огромной, что казалось, заняла половину неба. Безразличная и холодная, с извечной тайной и полная тоски. Холод равнодушия и замерзшая страсть во взгляде, невысказанная мольба и страх стать отвергнутой. Такая близкая и в то же время далекая. Так хотелось протянуть руку, чтобы дотронуться, а понимание, что это невозможно, убивало… Я стояла во дворе Антарийского храма. Пустынное пространство, каменные плиты, холодные и немного шершавые. Ни единого звука, лишь дрожащие огоньки от факелов, бледный свет луны и тени от стен, живущие своей жизнью. Жутковато. Как тут оказалась? Не знаю. Ночное безмолвие, легкая прохлада и одиночество. И невозможно понять, что сильнее вызывало страх. Посмотрела на себя. Странный наряд, похожий на карнавальный. Короткая кофточка, почти полностью расшитая золотом, сильно декольтированная и украшенная по вырезу жемчугом и красными гранатами, но при этом она не доходила даже до талии, отчего была видна полоска обнаженной кожи на животе. Широкая юбка из алого галгарского шелка с разрезами по бокам, из-под нее виднелась еще одна – из бледно-оранжевого муслина, почти прозрачная, но тем не менее скрывающая ноги. На бедрах – широкий пояс, также расшитый золотыми нитями и украшенный драгоценностями. Сами ноги – в легких шелковых туфельках, сквозь тонкую подошву которых ощущалась каждая щербинка на каменном полу.

Ладони покрывал изящный растительный рисунок, выполненный золотой краской. Подняла руки, чтобы лучше рассмотреть его, и удивилась мелодичному звону браслетов на запястьях. Их было столько, что они закрывали руки почти до локтя, браслеты были и на ногах, но широкие и массивные.

Улыбнулась, изумляясь как яркости и богатству наряда, так и его необычности. Что-то такое я видела на иллюстрациях в книгах про Галгарию, но на мне все смотрелось невероятно экзотично.

Подняла руки вверх и коснулась головы. Лицо прикрывала бархатная полумаска, волосы были распущены и украшены странной диадемой, с которой вниз спадали золотые нити с подвесками из драгоценных камней красного цвета.

О боги, я походила на языческого идола, которого нарядили на праздник и вынесли на улицу, чтобы показать народу. Вот только была глубокая ночь, освещаемая огромной луной, и ни одного человека поблизости.

Нежный ветерок донес аромат первоцветов. Я поморщилась. Никогда не любила их запах, он казался мне слишком неестественным, грубым и резким. Сами краски яркие и бесконечно радующие после однообразия и холода зимы, но вот аромат…

Все казалось таким реальным и одновременно пугающим. Сон или явь? Непонятно. Ущипнула себя за руку и коротко вскрикнула. Звук, отраженный стенами, вернулся, повторившись эхом. Замолчала испугавшись.

Снова нервно оглянулась. Никого. Шагнула вперед, думая, в какую сторону двигаться, и отчаянно соображая, как я могла очутиться в храме ночью и когда успели распуститься цветы.

Волчий вой. Отрывистый, протяжный, который резко оборвался.

Быстро обернулась на звук и увидела огромного зверя, сидевшего на выходе с территории храма. Спокойный и неподвижный, он казался статуей, но слишком ярко светились глаза.

Попятилась.

Шаг, два, три. Волк не двигался, лишь смотрел немигающим взглядом.

Меньше всего на свете мне хотелось встретиться с ним. Слишком были живы в памяти воспоминания о нашей гонке с Брайсом, в попытках уйти от преследования стражей.

Сделала еще несколько шагов назад, и тут зверь пошевелился.

Меня охватила паника, и я, прекрасно понимая, что совершаю глупость, но не в силах бороться с инстинктами, которые просто вопили об опасности, бросилась в храм.

Пробежала по центральному нефу, свернула налево и остановилась перед входом в обитель Селены. Развернулась и прислонилась к отполированному камню стены, ощущая обнаженной спиной его прохладу, но волк не следовал за мной, очевидно оставшись снаружи.

Выдохнула и пошла к покровительнице. Посижу рядом со статуей в одиночестве, согреваясь ее силой и лунными лучами, успокоюсь и буду думать, как выбираться.

Увы, даже это оказалось для меня роскошью.

Он стоял спиной ко мне, рядом со статуей, и свет луны падал на них сквозь окна и проем в потолке. Мужчина – высокий, мускулистый, темноволосый, и богиня – словно очнувшаяся от каменного плена и сна, протягивала ему что-то.

Я качнулась и, еле сдержав вдох и ощущая себя последней преступницей, спряталась за колонной, продолжая смотреть на них. У меня появилось ощущение, что я подглядываю за чем-то не предназначенным для моих глаз. Некое таинство, только для двоих.

Легкий ветерок донес запах соли вперемешку с чем-то горьким, странно знакомым и невероятно притягательным. Не выдержала и сделала глубокий вдох. Полынь и морская соль… Неужели… Сефер!

Мужчина обернулся, словно слыша мой безмолвный крик, и внимательно посмотрел в мою сторону. И вместе с его движением нарушилось таинство и магия картины. Статуя оказалась всего лишь мраморным изваянием, а вот Сефер – вполне себе живым, из крови и плоти.