Инквизитор Светлого Мира - Андрей Плеханов

Успела, кстати. Господи, кто бы знал, во что выльется этот так прекрасно начавшийся вечер…

– Вальдес, я не сплю ни с кем. Честное слово. Пожалуйста, не говори гадостей. Я ни в чем перед тобой не виновата.

– Врушка. Маленькая врушка. - Вальдес хищно втянул ноздрями влажный воздух. - Я чувствую чужой запах. Ты перепихнулась с мудехаром. Часа три назад. Ты грязная. Надо как следует помыть тебя.

Он намылил руку, расставил ей ноги пошире и начал погружать пальцы все глубже и глубже - медленно, совершая ими круговые движения. Кристина открыла рот и задохнулась от удовольствия. Горячие волны, мучительные в бесстыдной своей сладости, пробежали по ее Телу снизу вверх. Кристина не выдержала, наклонилась, обхватила ладонями голову Вальдеса и начала покрывать его макушку поцелуями.

– Вальдес… Милый… - шептала она, вздрагивая. - Возьми меня… Сейчас! Не мучай меня. Мы просто сделаем это, и нам будет хорошо. И мы простим друг друга… Как прощали всегда.

– Конечно. Конечно, - бормотал Вальдес, намыливая и обмывая девушку. - Пойдем. Пойдем, моя милая. Ты познаешь блаженство.

Он поднял ее сильными руками и понес куда-то. Кристина закрыла глаза. Она уже забыла об ударах, которыми он ее наградил. Она плавала во влажной истоме. Она не думала о том, что происходит. Он открыла глаза только тогда, когда широкие ремни из грубой сыромятной кожи прижали ее руки и ноги к чему-то неприятно твердому. И обнаружила, что распята в полунаклонном положении на «кобыле».

Перед ней стояла фигура в сером мешковатом балахоне, с капюшоном, низко надвинутым на глаза.

– Милый, ну что ты? Ты думаешь, нам будет так удобно?

– Кристина Глориэта Ромеро! - Прозвучавший голос был неожиданно холоден и беспристрастен. - Признаешь ли ты грехи свои?

– Какие грехи? Вальдес, перестань!

– Признаешь ли ты, что многажды вступала в непристойную, греховную связь с нечестивым мудехаром по имени Хаким Окам?

– Нет, ваше преосвященство. Не признаю.

Она поняла. Он хотел поиграть. Его любимая игра в инквизицию - он всегда мечтал об этом. Хорошо, поиграем. Это даже забавно.

– Кристина Ромеро! Во второй раз вопрошаю тебя - признаешь ли ты богопротивную связь с вышеупомянутым магометанином?

– Нет! - громко произнесла девушка и даже гордо откинула голову - насколько это позволяли сделать деревянные перекладины «кобылы».

– Кристина Ромеро, ты лжешь и отрицаешь правду, очевидную для проницательного расследователя. Я в третий и последний раз призываю тебя искренне раскаяться, а также предупреждаю, что в случае упорства к тебе будут применены справедливые меры воздействия.

Кристине показалось, что ее окатили ледяной водой. Она хорошо знала, что означают эти слова. Она читала кодекс допроса инквизиции. Пытки… Каков подонок! Неужели он все-таки осмелится?!

– Милостивый господин инквизитор! - быстро заговорила она. - Богом клянусь вам, что никоим образом не замешана в том отвратительном поступке, в коем вы меня обвиняете! Я никогда и ни при каких обстоятельствах не вступала в непристойную связь ни с одним из нечестивых магометан!

– Грязная ложь! - громко провозгласил Вальдес, и в руках его появился какой-то металлический предмет. - Дабы облегчить тебе раскаяние, ты приговариваешься к пытанию грушей.

– Нет, скотина! - закричала Кристина во весь голос. - Ублюдок! Оставь меня в покое!

Знала она, что называлось грушей. Мерзкий предмет с винтом, который вводился во влагалище. Далее винт поворачивался, груша раздвигалась на четыре острых лепестка, впивающихся в нежную плоть… Кристина задергалась на «кобыле», но ремни держали крепко и не оставляли ей каких-либо шансов избежать пытки.

– Как ты смеешь оскорблять господина инквизитора, ничтожная грешница? - Вальдес хватил ее жесткими пальцами за лицо, сжал щеки так, что губы девушки вытянулись в трубочку. - Ты хочешь, чтобы я зашил тебе рот? Я сделаю это!

– Простите великодушно, господин инквизитор, - прошептала Кристина. - Я раскаиваюсь! Я согрешила! Я признаю свою связь с Хакимом.

– Непристойную, богопротивную связь с мудехаром Хакимом Окамом, - поправил ее Вальдес.

– Непристойную, богопротивную связь с мудехаром Хакимом Окамом, - повторила Кристина. Каждое слово давалось ей с огромным трудом.

– Прекрасно! - Вальдес откинул капюшон с головы, и Кристина увидела, что он широко, радостно улыбается. - Рад слышать, что ты наконец-то сказала правду. А теперь приступим…

Он наклонился и стал просовывать холодный металлический наконечник груши между ее разведенных ног.

– Что ты делаешь?! - прохрипела она. - Я же призналась!…

– Великолепно! Но признание не отменяет пытки. Возможно, раскаяние твое было неискренним. Кроме того, отпуская грешника без пыток, мы совершаем преступление над его душой…

Груша скользнула внутрь почти безболезненно - Вальдес намазал ее все тем же самым мылом. Но Кристина едва не теряла сознание от страха.

– Я освобожу тебя, - неожиданно сказал Вальдес. - Освобожу и даже не причиню тебе боли. Только ты должна позвонить Хакиму.

– Зачем?

– Скажи ему, чтобы он пришел сюда.

– Он не придет. Он ужасно боится тебя.

– Придет… Ради тебя - придет.

– Нет! Он почувствует, что что-то не так. Он не приедет. Или приведет полицию.

– Ты поговоришь с ним так, что он примчится сюда радостно - как на крыльях. Иначе мне придется сделать тебе очень больно.

С этими словами Вальдес повернул винт груши - чуть-чуть, но дыхание Кристины перехватило от болезненного распирания там, внутри.

– Ты поняла меня?

– Поняла.

Вальдес набрал номер телефона Хакима - оказывается, он знал его прекрасно - и приложил трубку к уху Кристины.

– Да? - Голос Хакима был настолько дорог ей, настолько далек от того безысходного ужаса, в котором пребывала сейчас Кристина, что она едва сдержалась, чтоб не заплакать.

– Хаким, слушай. Я поговорила с Вальдесом.

– И что? - Голос араба раздавался из динамика, укрепленного на стене, и Вальдес слышал весь разговор.

– Ты не поверишь. Он отнесся к этому совершенно спокойно. Оказывается, у него уже целый месяц есть другая девушка. Он хочет жить с ней. Хаким, милый… Вальдес хочет, чтобы я забрала свои вещи прямо сейчас. Ты приедешь, да? Пожалуйста.

Вальдес морщился, когда слышал, как ловко лжет эта красивая негодяйка. Она обманывала его всегда! И сколько нежности сейчас в ее голосе! Вальдес едва сдержался, чтобы не ударить ее по лицу. Подождать… Ему нужен этот шакал. Пусть только он приедет…

– Я приеду с Хафизом, - сказал Хаким после полуминутного раздумья. - Мы сейчас заберем тебя, Кристи.