Этот ковен не сломить - Изабель Стерлинг

– Вы не отведете меня к Старейшине Китинг?

Детектив изгибает бровь.

– Ты хочешь ее увидеть?

– Нет! – Выхожу за ним в коридор. – Погодите. Как вы догадались, что я в подвале?

– Наши снадобья – продолжение нас самих. – Мы добираемся до парадной двери, и Арчер отпирает замок. – Заклинатели чувствуют, когда они попадают в чужие руки.

– Ой! – Мои щеки пылают. – Простите.

Арчер включает свет на крыльце. Солнце скрылось за растущими через дорогу деревьями, на фасад дома легли тени.

– До завтра.

– До завтра? – переспрашиваю я на полпути к машине.

– Старейшина Китинг собирает местных ведьм. К началу собрания должны подъехать твои нью-йоркские подружки.

Душу захлестывает новая волна страха, но я растягиваю губы в улыбке.

– До завтра.

* * *

Дж. Г. Тысячу лет тебя не видела. Приходи в гости!

Х. У. Сегодня не могу.

Дж. Г. ((Ну пожалуйста! Мама купила твой любимый попкорн.

Звучит соблазнительно, да и по Джемме я соскучилась. Обычное общение мне совсем не помешает: нужно порой вспоминать, что кошмаром, с которым столкнулся ковен, жизнь не ограничивается. Кажется, целая вечность прошла с мини-девичника, который мы устраивали.

Х. У. Может, в выходные? Или после школьных танцев? Сегодня у меня – семейные дела.

Дж. Г. Семейные дела – они же садоводство?

Х. У. Садоводство?

Дж. Г. Это кодовое слово. Типа «вампирши».

Х. У. Ну-ну!:(

– Ханна, ты готова?

Мама стучит в приоткрытую дверь. Отрываю взгляд от телефона, лежащего в книге, которую я якобы читаю для урока английского. Заметив, что я «делаю домашку», родительница улыбается. Выражение ее лица смягчается. Не помню, когда в последний раз видела ее такой расслабленной.

Измученная нынешними проблемами, я не задумывалась, как тяжело маме. По-настоящему – ни разу. Ужасно, наверное, наблюдать, как я снова и снова попадаю в беду. Неудивительно, что она изводила меня просьбами выйти из игры.

Отправляю Джемме краткое сообщение, что мне пора бежать, и кладу закладку в книгу. Сегодня впервые после папиной смерти я увижу весь наш ковен, включая и Сару, которая потеряла дар. Поначалу я пропускала уроки потому, что оправлялась от травмы головы. Потом избегала членов ковена, не желая, чтобы кто-нибудь узнал о моих проблемах с магической силой.

В общем, благодаря встречам с окружным прокурором Флорес, нацеленным на подготовку свидетельских показаний, и помощи Совету, поводов прятаться хватало.

Но сегодняшней встречи не избежать. Будут присутствовать все ведьмы и ведьмаки, кстати, пригласили даже Элис и семью Морган. Я не в курсе, кто из нью-йоркских Заклинательниц пожалует – может, только Лекси? – но их тоже ждут, а я до сих пор не предупредила Элис. Начинаю набирать эсэмэски и стираю их.

Как сообщить, что вот-вот приедут ведьмы, пытавшиеся ее обидеть?

– Ханна? – снова окликает мама, потому что я не шевельнулась.

– Да, прости, я сейчас. – Кладу книгу на подушку и слезаю с кровати, которая по-прежнему кажется слишком бугристой, хотя я понемногу привыкаю. По маминым словам, к новому году бригада рабочих надеется полностью отремонтировать наш сгоревший дом, но мне не хватает храбрости поехать и самой посмотреть, на каком этапе строительство.

Не успеваю я выскользнуть из комнаты, родительница сжимает меня в объятиях.

– Можешь не ехать, если с уроками не успеваешь. Я потом расскажу, о чем говорил Райан. – Мама целует меня в макушку, и сердце сжимается.

Закрываю глаза и загадываю желание увидеть отца, который всегда целовал меня именно так.

Потом открываю глаза, а папы нет.

– Ничего страшного. Уверена, это ненадолго. – Делаю глубокий вдох и собираюсь с духом. – И хватит мне прятаться от Сары.

– Солнышко, она тебя не винит. – Мама гладит меня по волосам. – Честно, Ханна!

Пожимаю плечами и проскальзываю мимо родительницы, глядя в потолок, чтобы унять жжение в глазах. Надоело все время плакать!

Мама едет к Арчеру, по дороге развлекая меня историями о своих новых студентах. Она много общается с первокурсниками и уверяет, что у каждой группы есть своя коллективная личность. Похоже, нынешние ребята развернули кипучую деятельность в кампусе и наблюдать за ними забавно.

Когда мы приезжаем к Арчеру, бо́льшая часть ковена уже на месте.

Мама начинает болтать с Маргарет Леско, а я оглядываю двор в поисках Лекси и других манхэттенских Заклинательниц. Их я среди собравшихся не вижу, зато замечаю Сару. Она топчется в углу, скрестив руки на груди. Рядом с ней – Эллен Уотсон.

Вроде бы Эллен, которая на пару лет старше меня, уговаривает Сару присоединиться к нашим.

На Сару уговоры не действуют, а виновата тут я. В итоге Эллен сдается и с недовольными видом направляется в глубь двора.

При виде меня она меняет маршрут.

– Чушь полная! – восклицает Эллен с неприкрытой злостью. – Ненавижу мерзких выродков!

Не знаю, что пугает больше: ее ругань или готовность высказать то, о чем думают все остальные.

– Охотников? – на всякий случай уточняю я.

Эллен кивает.

– Почему мы не штурмуем их штаб-квартиру и не ставим всех до одного на колени?! – Она гневно смотрит на меня, пока я решаю, как ответить. – Вопрос риторический, Ханна, я знаю, почему, но это чушь собачья! Посмотри, как наши напуганы, все постоянно дергаются, опасаясь атаки. Поверить не могу, что Совет подверг тебя такой опасности. Ты еще ребенок!

– У нас несколько лет разницы.

Эллен отмахивается.

– Я рада, что в понедельничном рейде ты не участвуешь.

Я вскидываю бровь.

– Откуда ты знаешь?

Эллен щелкает пальцами, и между нами вспыхивает пламя.

– Я вызвалась оказать огненную поддержку.

Языки пламени лижут мою кожу, и я резко отстраняюсь.

– Но это опасно! – Я думала, Арчер привлечет агента Совета, а не члена ковена. – Ты можешь потерять дар!

Как по команде мы смотрим на Сару, которая переминается с ноги на ногу в углу двора.

– Оно того стоит, – говорит Эллен со злым упорством. – Арчер уверен: мы справимся, а я сделаю все, что в моих силах, для защиты ковена.

Эллен подталкивает меня плечом и растворяется в толпе. Я вздыхаю. Должна признать, она права касательно ковена. Среди присутствующих чувствуется необычное напряжение. Даже дети притихли.