Обрести любовь демона - Таша Танари

– Я думал, ты уехала из Вегарда.

– Должна была, да. Но когда начались землетрясения и прочие напасти, мы отложили эту затею. Какой смысл, если во всем Среднем не осталось ни единого безопасного уголка? Да и во всеобщей сумятице бабуле не приходилось тратить много сил на поддержание особо качественной иллюзии. Так что…

Аля взобралась на небольшую каменную площадку, уселась прямо на землю и похлопала рядом с собой.

– Ложись давай.

Фенрир выгнул бровь:

– Ну не вредничай.

Алинро не показывала, зная, как он относится к жалости, но прекрасно видела и ощущала его усталость и боль. Последняя сейчас притупилась, и Аля собиралась если не прогнать ее окончательно, то затмить, заставить потеряться на фоне всего того, что она хотела дать своему персональному демону.

Фенрир пристроил голову на коленях Алинро, попутно отмечая, что камни под ними теплые. Вот даже как! Он многое пропустил… Вновь помянув Рангара, прикрыл глаза, и вскоре пространство вокруг перестало существовать. Только касание ласковых рук и сбивчивый шепот:

– Мой хороший, самый лучший… Сильный, упрямый… Ведь сразу говорила: даже таким нужен тот, кто будет просто любить, просто гладить и обнимать. А ты мне не верил… глупый. Глупый, любимый… Больше не отпущу, слышишь?

Он почувствовал на губах вкус ее слез. Мгновенно напрягся и обеспокоенно уточнил:

– Аленький?..

Аля шмыгнула носом, утерла глаза. Сама с удивлением уставилась на мокрые пальцы.

– Надо же, оказывается, умею.

Проклиная себя, Фенрир сел и тут же сгреб свою личную частичку моря в охапку.

– Чего ты? Это мне надо тебя…

– Тш-ш-ш, – баюкая ее на руках, перебил асурендр. – Теперь моя очередь. Таким, как ты, тоже нужно.

– Считаешь, я сильная? – улыбнулась Алинро.

Фенрир вместо ответа поцеловал ее. Затем еще и еще. Прижал крепко, ощущая, как с каждым вдохом исцеляется и находит опору.

– Фенечка, – выдохнула Аля, крепко вцепляясь в ворот его туники.

– Что-о-о?! Кто-кто?

– Ой, случайно вырвалось, – щеки сирены зарумянились.

Она зажмурила один глаз, вторым виновато поглядывая на своего грозного и независимого демона. Асурендр вкрадчиво повторил, слегка отстраняясь:

– Так как ты меня назвала?

– Ну я это… хм, в общем, как бы, ну и вот.

– А-ля, – покачал головой Фенрир. – Повтори.

– Фенечка, – пискнула она и втянула голову в плечи. Выпалила: – Я только про себя тебя так называла, честно! Больше нигде. – Подумала и перешла в наступление: – А чего, тебе можно, а мне нельзя? У тебя имя длинное и не самое простое, знаешь ли, и вообще…

Его хохот оборвал сбивчивую тираду синеглазки. Поняв, что никто не собирается ее воспитывать и совсем-совсем не сердится, Алинро тоже хихикнула и потерлась щекой о грудь асурендра. Отсмеявшись, он только спросил:

– И когда я превратился в… э-э-э, Фенечку? М-да уж.

– Так сразу, – глядя огромными бездонными очами, бесхитростно призналась Аля. – Сразу после заключения сделки.

Брови Фенрира уползли на лоб, вскоре он пришел к очевидным и весьма правдоподобным выводам. Хмыкнул. Определенно, с этой девчонкой нужно держать ухо востро! Пока он наивно грезил о воспитательно-карательных акциях, она давным-давно всякий страх потеряла.

– Так ты не против?

– М-м-м, я-то? – демон как будто задумался. Потом округлил глаза и предельно серьезно попросил: – Только не вздумай так сказать при посторонних! Ясно?

Алинро активно закивала и расплылась в шкоднющей улыбке. Фенрир, в противовес, вдруг помрачнел. Ему не хотелось спрашивать, но и сделать вид, что забыл, не мог: человеческий мальчишка обращался к ней слишком лично.

– Что? – недоумевая по поводу столь резкой перемены, уточнила Аля.

– Тот пацан, как его… Сарин, кажется.

Она поежилась и тоже посерьезнела.

– Я отказалась от его предложения.

– Не могу сказать, что огорчен данным фактом.

Аля пожала плечами и уставилась куда-то вдаль.

– Он хороший, и заслуживает ту, кто действительно сможет сделать его счастливым.

– Когда я видел его в последний раз, счастье из него просто таки выплескивалось, – пробурчал асурендр.

– Ту, которая полюбит, – едва различимо уточнила Аля. – Я не смогла.

Фенрир прижал ее крепче и легонько дотронулся губами до виска. Сменил тему:

– Трудно твоей бабке маскироваться теперь под людей, да? Постоянный контроль и прочие энергозатраты.

– Лада ее зовут, если ты забыл, – вредным голосом отозвалась синеглазка. – Если угодно, можно Санрэль. Рангар только так и зовет, можно еще… – Алинро состроила хитрую мордашку. – Впрочем, не важно.

Фенрир закатил глаза и фыркнул, а Аля все же ответила на заданный ранее вопрос:

– Эльфы не такая уж невидаль в Среднем Мире, а с ее связями никто ей «гостить» в Империи не запрещает. Так что большую часть времени она выглядит и воспринимается на тонком плане, как эльфийка. На радость вышеупомянутому демону.

– Могу представить, – ухмыльнулся асурендр.

– Но вот злить ее не советую, – предупредила Аля. – Я урожденных демониц не видела, но Рангар говорит, что бабуленька им хвосты оторвет одной левой.

– А тебя?

– М? О чем ты?

– Тебя тоже лучше не злить? – расплылся в предвкушающей улыбке Фенрир.

– Ну-у-у… вообще не стоит, – Алинро продемонстрировала быстро удлинившиеся клыки. – Я еще не очень хорошо контролирую эту сторону своей новой природы.

– Это мы исправим, – пообещал Фенрир. – Что-то мне подсказывает: связываться с тобой тоже найдется мало желающих.

Аля просияла, а он, уловив непривычный оттенок в знакомой палитре чувств ее души, вопросительно выгнул бровь.

– Никак не привыкну. Что можно тебя обнимать и знать, что ты больше никуда не исчезнешь.

– Не исчезну, – предельно серьезно повторил асурендр. Помедлил и все же произнес: – Ты ждешь от меня м-м-м… пояснений или каких-либо иных слов?

Аля отрицательно помотала головой.

– Нет, не нужно.

Фенрир почувствовал ее уверенность и искренность в ответе. Облегченно выдохнул и постарался вложить в поцелуй все то, что испытывал к Алинро, но пока не мог озвучить. Судя по пришедшему отклику и вспыхнувшей счастливым огоньком ее душе, Аля и впрямь понимала его больше, чем даже он сам себя порой. Когда вихрь эмоций улегся, Алинро спросила:

– Что теперь будет? У тебя есть план?

Ненаследный асурендр прищурился и хитро улыбнулся: