Путевой светлячок - Ольга Гусейнова

Крупные, мускулистые, с широкой грудью, густой гривой и хвостом! Раза в полтора больше тех, к которым я привыкла в поместье. Понятное дело — чтобы выдержать массу взрослого демона, надо быть очень выносливым и сильным. Шерсть короткая, а на ногах — длинная, мохнатая, и вместо полагающихся копыт — четыре когтистых пальца, наполовину сросшихся и противопоставленных — два на два. На зубастые хищные морды и вовсе смотреть страшно и непривычно. Лошвар, к которому нас подвел Рейн, косил блестящим любопытным глазом и, раздвинув толстые губы, показал набор огромных острых зубов с клыками. Животное прядало ушами, прислушиваясь к окружающим звукам, а лохматый хвост прошелся по бокам, словно таким способом лошвар выразил приязнь нам с Хемом… а может и нет. Но увидев это клыкастое чудище в непосредственной близости, я совсем обмякла в руках Рейна. Неужели мне на ЭТОМ еще и ехать придется?

Рейн видимо оценил мое состояние, потому что перехватил покрепче, заставив почувствовать свои горячие руки на теле и странное дело — ощущение его ладоней на моей спине и бедрах позволило отвлечься от лошваров и окунуться в незнакомые ощущения. Ярис почти три дня доставал ухаживаниями, прикосновениями и горячими взглядами, но меня эти знаки внимания раздражали и утомляли неимоверно. Эльфы в нашем поместье и при дворе Светлейшего Повелителя тоже не затрагивали струнок в моей душе. А этот демон с фиолетовыми волосами и ледяными лиловыми глазами странно зацепил, заставив реагировать на его горячие руки и зачастую ехидные слова и раздражение. Что со мной случилось? И всего за пару часов? Видимо вчера я слишком сильно перетрудилась… Вот и кажется всякое…

Снова подошел золотоволосый Дартвааль и пристально уставился на нас. Что на этот раз? Я заволновалась, гадая — не кинется ли вновь в драку или наорет. Знать бы, чем была вызвана такая злость к моей персоне. Может не хочет, чтобы я с ними ехала? Тогда зачем на моем присутствии Рейн настаивал?

Блондин скандалить не стал, подхватил Хема, как будто тот ничего не весил, и усадил на лошвара со словами:

— Его кличка Терн! Теперь он только твой!

— Правда, мой? — с небольшой толикой оживления поинтересовался мальчик, поудобнее устраиваясь на широкой спине животного.

Дартвааль усмехнулся, показав, свои крепкие клыки и ответил:

— Только твой! Такова природа лошваров!

— Красивое имя! — заметила я, еще раз окидывая взглядом огромное животное.

— Его так назвали из-за злобного колючего характера. В честь тернового куста! — бесстрастно пояснил Рейн. — Кроме Владеющего и меня, как ближайшего родственника, с ним никто не может управиться.

Ну вот, снова сказку разрушил.

— А теперь вы хотите, чтобы мы ехали на нем? — испуганно вопросила я.

— Хем — наследник Владеющего, в нем его кровь, так что Терн априори не сделает ничего плохого своему хозяину, — прозвучало снисходительно, словно я недалекая, раз не понимаю таких простых истин.

Чувствуя, что слезы все же подбираются к уголкам глаз, угрожая пролиться, ответила:

— Хорошо, я согласна, пусть Хем едет на этой колючке, раз тот считает его хозяином и ничего плохого не сделает. А я лучше пешком, заодно буду присматривать, чтобы не упал. Мы же оба не умеем ездить на лошадях, Хем на Малышке впервые верхом ехал, но она низкорослая и безобидная как улитка.

Четверо демонов уже сидели в седлах и теперь вместе со своими лошварами наблюдали за этой трагикомедией, наверное. Впрочем, Хем, совсем не испытывая страха, зарылся ладошками в гриву Терна и гладил его. В отличие от меня, демоненок ничего не боится. Я же испытывала неловкость, стыд за свою трусость перед этими животными, да и мужчинами тоже, в комплекте с ломившей тело усталостью. Разумно и логично думать становилось все труднее, я безвольной тряпочкой висела на руках Рейна и мечтала оказаться как можно дальше отсюда. Да пусть в той же таверне, на кровати, чтобы наконец-то выспаться вволю и в безопасности.

— Ты поедешь вместе с наследником! — жестко заявил Рейн.

Моя недавняя, неожиданно проклюнувшаяся симпатия к нему, завяла на корню.

— Назовите мне причину, по которой я должна с вами ехать? — ледяным тоном спросила я, собравшись с силами. — Я пока таковой не услышала!

— Материнский инстинкт — уже не причина? — холодно полюбопытствовал Рейн.

Я не смотрела на Хема, боялась, если взгляну, все — они смогут вить из меня веревки. Высвободилась из объятий демона, выпрямилась на дрожащих от усталости ногах и, гордо задрав голову, заглянула ему в глаза. Затем дрожащим от напряжения голосом сказала то, о чем невольно задумывалась последние дни:

— Вы — его дядя, здесь его охрана, уверена, вы гораздо лучше позаботитесь о мальчике. Даже если я поеду с вами, подумайте, что будет дальше? У Хема есть отец, который ожидает своего сына, и в дальнейшем будет опекать. Судя по его матери — к сожалению, я столкнулась с Азарель — ваш Владеющий с женщинами либо совсем не ладит, либо выбирает не тех. И почему-то больше чем уверена, что он не придет в восторг от моего присутствия рядом с сыном. Так какая разница, когда меня выкинут из жизни Хема — сейчас или немного позже? Мне еще до Эмеруна добираться, я пока еще не знаю, что там об исчезновении миссии мои темные родственники думают… Да и выжил ли кто-нибудь еще?

Красивые черты лица Рейна скривились, когда он с некоторой долей яда в голосе возразил:

— Хемвааль — наследник Владеющего, за место возле любого из них каждая демоница перегрызла бы другой глотку, а ты так легко отказываешься?

— Разве вы не слышали, о чем я сейчас говорила? Гномы сказали, что демоны истинно привязаны к матери и избранной. Я — не избранная Хема, да и матери из меня не получилось нормальной. Не думаю, что Владеющий захочет делить внимание и любовь сына с полукровкой эльфов. Да и как мне жить дальше? Если даже вы, едва познакомившись со мной, злитесь неведомо за что, раздражаетесь, приказываете…

Зябко обняла себя руками: ночью в лесу холодно, теплая жилетка в рюкзаке, а я в штанах и двух тонких рубашках, плюс общее утомление, и меня трясет мелкой противной дрожью.

В разговор вступил Дартвааль:

— Владеющему придется скорректировать свои желания в отношении сына. Привязка наследника к тебе состоялась, и разорвать ее ничто не в силах. Так что пользуйся этим! Ты — истинная мать Хемвааля!

— Мне ничего от вас и вашего Владеющего не нужно! Я — высокородная светлая и темная, клан моей матери и род моего отца — одни из самых древнейших. Мой дар тоже один из самых редких. Как только доберусь до Эмеруна, сама стану наследницей своего клана, и меня ожидает замужество с наследником из влиятельного богатого клана, — прошипела в ответ.

И сама не могла бы объяснить, зачем наплела про замужество. Просто не хотела, чтобы меня считали бедной родственницей, а то посоветовал таким тоном, словно на меня благодать снизошла, а я по глупости отвергаю.

— Мама, а как же я? Ты же обещала, что всегда будешь рядом! — с обидой в голосе произнес Хем, сверля меня большими грустными полночными глазами, крадя мою душу, решимость и волю.