Москва - Врата Демонов - Александр Прозоров

— Мы послали туда четыре беспилотных аппарата разного класса, — продолжил Сергей Кужугетович. — На высоте тысячи метров они пересекали эту черту, и в ту же секунду с ними утрачивалась связь. Несмотря на достаточно совершенную аппаратуру, ни один не вернулся, следов катастрофы не найдено.

— Даже самые совершенные роботы уступают человеку, товарищ министр. В нестандартной ситуации человек умеет импровизировать, а они способны только обкатывать стандартные алгоритмы.

— Лучше не скажешь, капитан, — кивнул Шойгу. — Там, откуда не возвращаются роботы, человек вполне способен найти дорогу и вернуться с ценнейшими разведданными.

— Разрешите выполнять?

— Мы не знаем, что находится за чертой, капитан. Очень высока вероятность того, что ты не вернешься. Возможно, для людей оттуда тоже нет обратной дороги.

— Вы читали мое личное дело, — опять вскинул бритый подбородок офицер. — У меня нет семьи и мало друзей. Я люблю одиночество. Если придется остаться по ту сторону… — Он пожал плечами: — Значит, продолжу жизнь отшельника. Без полетов будет тоскливо. Но если надо — значит, надо.

— Уравновешенность — это тоже одно из твоих достоинств, капитан Дмитрий Полесов. — Шойгу выключил запись. — Мы с генералом Налевиным предполагаем, что дикари пришли из-за черты. Мы предполагаем, что там расположена их база, их страна, место их рождения. Мы должны дать понять нашему противнику, что можем нанести их государству очень тяжелый, неприемлемый ущерб! Обозначить это ясно и недвусмысленно. Надеюсь, подобное осознание заставит их отступить.

— Я должен нанести ракетно-бомбовый удар по обнаруженным населенным пунктам?

— Нет, ты неправильно меня понял, — покачал головой Сергей Кужугетович и наконец-то сел в свое кресло. — Мы ведем бои с этими дикарями третьи сутки, они оккупировали значительную часть столицы, но из гражданского населения до сих пор никто не пострадал. Они не грабят, не насилуют, не убивают… В общем, с «западноевропейскими демократическими ценностями» явившиеся в Москву «папуасы» абсолютно не знакомы.

Капитан улыбнулся:

— Разумеется, мы тоже не хотим причинять вред мирному населению. И, само собой, провоцировать дикарей на ответные зверства. Но тем не менее им нужно показать, что мы способны нанести серьезный, абсолютно неприемлемый ущерб.

— Я должен нанести ракетно-бомбовый удар таким образом, чтобы напугать туземцев, но чтобы никто из них не пострадал… — понимающе кивнул летчик. — Рядом с городом, дорогой, оживленным местом.

— Мы не знаем, какая там местность, как живут они за чертой. Тебе придется сориентироваться по ситуации, оценить все факторы, выбрать место… И устроить нашим оппонентам яркое, запоминающееся зрелище. Разрушительное, но бескровное! — Шойгу опять встал. — Это очень важное задание, и ошибиться нельзя. Хорошо бы, конечно, нанести удар по военному объекту… Но какой может быть у людей каменного века военный объект? Хотя, впрочем… Кто знает? Эти ребята оказались очень непросты.

— Я справлюсь, товарищ министр. Когда прикажете вылетать?

— Завтра на рассвете. Завтра у них будет тяжелый день, и усилить впечатления окажется очень ко времени. Я отдал приказ снарядить твою машину одной бомбой типа «ОДАБ-1500». Боеприпас объемного взрыва. Бомба обеспечит взрыв, эквивалентный по мощности семи тоннам тринитротолуола. Что заметно мощнее обычного боеприпаса, хотя и слабее ядерного взрыва. И не дает осколков — это для наших целей тоже важно. Радиус гарантированного поражения триста метров, на этом расстоянии сотрет все в порошок. На удалении до километра зашибет до полусмерти. Вот, исходя из этих данных, мишень для удара и выбирай. Вопросы есть?

— Никак нет. Разрешите идти? — щелкнул каблуками офицер.

— Надеюсь на тебя, Дмитрий Полесов. — Министр обороны тоже отдал ему честь, а потом протянул ладонь и пожал руку: — Выполняйте приказ, капитан!

* * *

С первыми лучами солнца танки, стоящие на улицах перед путепроводами через железнодорожные пути, один за другим завели двигатели и медленно поползли вперед. Вид они имели ужасающий: обугленные до черноты, усыпанные обломками патронных ящиков, вспученными сизыми гильзами, с криво торчащими в стороны, словно полувыкорчеванными зенитными пулеметами. Однако в остальном все пятьдесят шесть машин были абсолютно исправны и боеспособны. Даже смотровые приборы на них ничуть не закоптились, несмотря на все старания летающих зверюг. Прицелы на башнях танков закрывались бронекрышками, у водителей поврежденные триплексы менялись в считаные секунды. А учитывая предыдущий опыт стычек с дикарями, комплекты смотровых приборов мехводам были увеличены до шести штук — замучаешься коптить.

Правда, один серьезный недостаток у грозных машин все-таки имелся. В начинающемся бою танкам, оказалось, нечем стрелять. Обычные пулеметы врагам ущерба не наносили, а крупнокалиберные снаряды пушек, наоборот, оказались слишком мощными и были опасны не столько для лучников и драконов, сколько для жилых домов, каковые москвичи в большинстве своем упрямо отказывались покидать. Посему «Т-90» шли вперед лишь с двумя задачами: отвлекать на себя внимание и стрелять в великанов, если те появятся.

Обнаружив, что демоны живы, драконы встрепенулись, метнулись через травяное ущелье и внезапно напоролись на густую завесу молний, прошивавших небо над танками и перед ними. Затаившиеся в глубине ущелий, странные, незнакомые демоны, похожие на обрубленные по бокам огромные чурбаки, стремительно вырвались вперед. У каждого из них было по четыре черных чародейских ветки, а каждая ветка выплевывала молнии с такой скоростью, что они сливались в единую алую линию. Демоны-чурбаки полезли сразу со всех сторон, изо всех закоулков, непрерывно грохоча, и небо засветилось от густого потока смерти, процеживающей воздух.

Драконы рухнули вниз, причем очень многие — раненными, а то и погибшими. Но даже и уцелевшие взлететь уже не могли — небеса оказались для них закрытыми. А демоны покатились вперед бесчисленным потоком. Перехлестывая со всех сторон травяные ущелья, они растекались по горным долинам, расселинам, полянкам — шести— и четверолапые, ползучие, длинные и пнеобразные, молчаливые и изрыгающие молнии, одинокие и внезапно порождающие из себя множество круглоголовых демонов.

А когда большие демоны заполонили крайние горные долины, встав в скальных ущельях и местах их пересечений, через широкие травяные ущелья хлынули волны человекоподобных круглоголовых демонов, наугад мечущих молнии из своих палок и не обращающих внимания на встречный ливень стрел. Когда им в руку или ногу вонзался наконечник, порождения зла спотыкались, замедляли шаг, но все равно стремились вперед, рвались через травяное ущелье, метали молнии, пытались добраться до воинов Спасенных Земель и захватить с собою в небытие… Их были сотни и сотни, огромный нескончаемый поток, наступающий на берег длинными шумными валами.

— Умрем во славу свободы! Умрем во славу родов наших! — Опустошив колчаны, воины взялись за мечи и топоры, поднялись навстречу врагу и сомкнули щиты в единую стену.