Запретный Мир - Артем Каменистый

– Почему же?

– Вы странные люди. Я вижу в твоих глазах великий ум, но слышу слова, достойные младенца. Не хочу тебя оскорблять, просто ты мало что знаешь, а отсюда неправильные мысли и неосуществимые желания.

– Уж не хочешь ли ты меня просветить, купец?

– Я действительно купец, но, кроме того, сын своей родины. Каждый год здесь проводятся ярмарки, приходят люди со всех концов Вертины. Я со многими говорю, делаю щедрые подарки, на другой год эти люди дают мне ответы на заданные вопросы. Эти слова я доношу до старейшин Синума.

– Значит, ты шпион?

– Можно сказать и так. Я могу рассказать тебе, почему вы не сможете жить мирно, но это займет некоторое время. Здесь не хватит нескольких слов.

– Ты меня заинтересовал, купец. Времени у нас много, начинай свой рассказ.

– Тукс Длинный Лук, я доверяю тебе свою жизнь. Если мне в запредельном пути доведется увидеть опасность, твои правильные действия могут меня спасти.

– Великий, я же совсем несведущ в таких делах!

– От тебя не потребуется слишком многое. Присядь поближе, вот так, возьми мою руку, ладонь должна быть кверху. Отлично. Теперь своей ладонью хлопни по моей. Слабее, еще слабее, вот так! Ты должен хлопать по моей ладони все время, не на миг не останавливаясь и четко соблюдая ритм, три удара, два удара, потом один. Повторяй за мной – раз-два-три, раз-два, раз. Хорошо! Что бы ни случилось, не теряй этот ритм. Вдруг случится, что я упаду, тогда послушай стук сердца, если оно не будет биться, положи мою ладонь в горячие угли костра. Ты все понял?

– Да, великий. Но что ты хочешь сделать?

– Я убью нашего врага. А сейчас не мешай мне.

Зардрак протянул руку к последнему мешочку, извлек риалу, сжал ее в левой руке. Тукс восхищенно охнул, завороженный алмазным блеском священного предмета. Атон сам не знал, зачем ему такие крайние меры предосторожности, но слишком уж его испугала личность их нового врага, он не хотел давать ему ни единого шанса. Закрыв глаза, жрец ушел в десмериум.

Встав, Зардрак обернулся, взглянул на свое тело, оставшееся в ролиуме. Оно сохранило сидячее положение, только голова склонилась еще ниже. Взволнованный Тукс монотонно отбивал Ритм Возвращения. Атон радостно посмотрел вокруг – десмериум играл всеми красками, каждый предмет обернула мерцающая дымка, пролетевшая птица показалась разноцветным шаром. Хищно усмехнувшись, Зардрак пошел убивать своего врага.

– Сата, зачем мы сюда пришли?

– Здесь очень красиво!

– Согласна. Но Робин будет очень недоволен, если узнает, что мы уходили из крепости. Ты еще слишком слаба для таких прогулок, сама понимаешь.

– Он ничего не узнает. Робин ушел на ярмарку, мы успеем вернуться раньше него. Я хотела с тобой поговорить в таком спокойном, красивом месте. Взгляни, ведь здесь так чудесно!

Анита автоматически оглянулась. Девушки сидели на поросшем травой косогоре, плавно спускавшемся к реке. Цветы уже отцвели, но трава была по-прежнему зеленой, мягкой, воздух звенел от птичьих песен, а в чистейшей воде можно было разглядеть малейшую рыбешку.

– Что ты хотела мне сказать? – тихо спросила Анита.

– Пожалуйста, посмотри мне в глаза, – попросила Сата.

Подружка подняла голову, взгляды их встретились, карие глаза с золотистыми искорками смотрели с легкой печалью, жалостью, ярко-голубые блестели настороженно и виновато. Златовласка не выдержала, отвернулась. Сата кивнула:

– Ты сама знаешь, о чем я хочу поговорить. Нет, постой! – воскликнула она, увидев, что Анита поднимается. – Если ты уйдешь, мы больше не будем близкими людьми.

– А разве ты этого не хочешь? – чуть не плача воскликнула Анита.

– Конечно, нет! Как ты могла это сказать! Ты же самый близкий мне человек… после Робина. Я же не виновата, что он выбрал меня!

В глазах Аниты показались слезы:

– Ну зачем? Зачем об этом говорить, что ты хочешь изменить? Да, я люблю его! Ты отлично это знаешь, и я знала о том, что ты это знаешь! О чем тут можно еще говорить? Я никогда вам не мешала, все приняла молча, всегда была в стороне. В чем, по-твоему, я виновата?

– Анита, я ни в чем не хотела тебя винить! Просто я вижу, как моя лучшая подруга отдаляется от меня все сильнее и сильнее. Я помню время, когда ты ухаживала за моим беспомощным телом, как бы мне хотелось тебя отблагодарить, но нет, из-за меня ты потеряла любовь. Как это грустно!

– Сата, чтобы потерять, надо иметь. Он никогда меня не любил, ты ни в чем не виновата. Это я… я очень перед тобой виновата. Нет, не перебивай! Это было, когда Робин с Хондой отправлялись в свой поход. Ты тогда крепко спала, измученная болезнью. Робин уходил, он хотел тебя на прощание поцеловать, но я не дала, сказала, что ты можешь проснуться. Однако твой сон на самом деле был очень крепкий. Я сделала так по причине своей глупой ревности, если бы хоть кто-нибудь знал, как мне потом было стыдно. Ты же могла умереть, Робин никогда больше тебя не увидел бы, а моя подлость осталась бы со мной на всю оставшуюся жизнь. Он совершенно точно знал, почему я это сделала, ты бы видела его взгляд! Да если бы тебя не стало, Робин никогда и не взглянул бы в мою сторону. Как же мне стыдно перед ним и тобой!

Анита не выдержала, зарыдала, Сата прижалась к ней. Девушки обнялись и дружно занялись любимым женским делом, щедро орошая друг друга слезами.

– Глупая Анита! – наконец смогла произнести Сата. – Из-за такой мелочи так себя мучить!

– Ты… Ты не обиделась на меня?

– Конечно нет! Все мы совершаем в жизни поступки, которых потом стыдимся, но твой настолько незначительный, что о нем можно давно забыть. Успокойся.

– Но я же люблю твоего мужчину!

– Его все любят, ты же не виновата. А я не могу ничего поделать. Знаешь, я предлагала ему взять тебя, но Робин такой странный, он считает, что одной женщины ему хватит. По-моему, у него плохо с головой.

– И ты была согласна делить его со мной? – изумилась Анита.

– А что здесь такого? У многих наших мужчин две женщины, а у Ахмеда с Густавом их по три. Робин сам говорит, что нам надо много детей. А делить его с тобой гораздо лучше, чем с какой-нибудь незнакомой женщиной. Знаешь, ты ему должна нравиться, ты же всем нравишься. Я очень завидую твоей красоте. Он тебя не полюбит, как меня, но со временем, возможно, поймет, что ты не должна оставаться одна. А ведь ты совсем одна, никто из мужчин не может тебя привлечь. Может, ты дождешься этих времен, и у тебя все будет очень хорошо.

– Ты самая удивительная девушка, какую я видела, – изумленно воскликнула Анита. – И гораздо красивее меня. Ты уже почти поправилась, если еще перестанешь сутулиться, все будет просто замечательно.

– Я не могу, – грустно произнесла подруга. – У меня была такая плохая жизнь, что мои плечи никак не могут поверить в хорошее. И если… если…